Статья опубликована в №24 (796) от 22 июня-28 июня 2016
Культура

Дом Печенко: коммерция на смену науке

Псковские специалисты в пух и прах разнесли петербургский проект реставрации Дома Печенко
Светлана ПРОКОПЬЕВА.	 Светлана ПРОКОПЬЕВА.  22 июня 2016, 12:33
Дом Печенко: коммерция на смену науке

Если проект реставрации Дома Печенко, выполненный в рамках государственного контракта, будет реализован, то «исказит памятник и нанесет ему непоправимый вред». К таким выводам реставраторы Владимир Никитин и Андрей Лебедев пришли после сопоставления проектной документации ООО «Гуар» с результатами собственных натурных исследований. По их выводам, петербургские проектировщики почти полностью проигнорировали предмет охраны памятника федерального значения – на каменных палатах XVII века они произвольно разбирают стены, закладывают оконные проемы и рисуют из головы новое крыльцо.

Сотрудничество Псковской области с федеральным Агентством по управлению и использованию памятников истории и культуры (АУИПИК), похоже, не обойдется без скандала.

Первый крупный контракт по Пскову агентство заключило по Дому Печенко – руинированному памятнику гражданской архитектуры XVII века на улице Гоголя, 43. Дом Печенко связан с именем Юрия Павловича Спегальского (здесь реставратор провёл своё детство, здесь начал научную работу) и оттого особенно дорог защитникам исторического Пскова.

Выполненный на средства агентства проект реставрации и приспособления Дома Печенко, согласно заключению специалистов, полностью игнорирует предмет охраны. Письмо с предупреждением об угрозе утраты памятника члены научно-методического совета при Государственном комитета по охране объектов культурного наследия Псковской области архитекторы-реставраторы Андрей Лебедев и Владимир Никитин 16 июня направили в адрес председателя комитета Елены Яковлевой.

 «Просто с каких-то картинок всё срисовывают»

«На объект» Андрей Лебедев и Владимир Никитин вышли по предложению самого комитета. Ещё в прошлом году, при рассмотрении эскизного проекта реставрации и приспособления Дома Печенко у членов научно-методического совета возникли сомнения относительно достоверности некоторых решений проектировщиков. Было известно, что полное научное исследование памятника никогда не проводилось, в том числе, в ходе реставрации 1949 года, которая была жестоко раскритикована самим Спегальским. Архитекторы решили лично проверить, насколько качественно выполнено исследование на этот раз.

Оказалось, что вообще не выполнено.

Ни в штукатурке, ни в кладке эксперты не увидели новых зондажей, которые должны были дать представление о состоянии памятника и его конструктивных особенностях.

Архитекторы-реставраторы Андрей Лебедев и Владимир Никитин направили в адрес председателя комитета Елены Яковлевой с предупреждением об угрозе утраты памятника. Фото: Тимур Галимов / «ПГ»

«Мы увидели, что здесь пустая, белая, гладкая стена – именно там, где предполагается вести работы, – рассказывает Андрей Лебедев. – Это вообще нонсенс, когда без исследования проектируются какие-то пристройки, произвольные для памятника. Такого просто не бывает и быть не должно».

Вместо того чтобы изучить памятник, авторы проекта делают вывод, что он полностью утратил подлинность после многократных переделок. Все аварийные участки стен предлагается попросту разобрать до основания и заново восстановить.

«Они не исследовали объект. И поэтому они не нашли никаких подлинных следов, - объясняет Владимир Никитин. - И решили, что здесь их нет. Вернее, чтобы оправдать то, что они не исследовали, они сказали: «Всё перестроено, ничего не сохранилось». Но как только мы вышли сюда, мы сразу же нашли: вот откос первоначального окна XVII века, и оно было гораздо больше, чем то, что мы сейчас видим. Вот ещё откос, окошко, которое сидело вот на этом месте, а не здесь, где оно позднее появилось… Вот это то, что на поверхности лежало».

Через полторы недели натурных исследований – зондажей в штукатурке и кладке, обмеров и фотофиксации – реставраторы обнаружили подлинные оконные и дверные проёмы, сохранившиеся стены XVII века, киоты и внутристенные шкафы – всё настоящее, тот самый предмет охраны. И всего этого нет в проекте ООО «Гуар». На месте подлинных элементов памятника появляются новые окна и двери, новые пристройки «в формах XVII века». Например, крыльцо, придуманное в 1949 году Эльзой Штольцер и Георгием Гедике, меняется на новое, точно так же придуманное из головы.

«Они сделали проектную документацию, причём низкого качества. А наукой там и не пахнет, - оценивает работу петербуржской фирмы Владимир Никитин. - Они должны исследовать были этот объект, и на базе исследования сделать реконструкцию крыльца и её защищать на методсовете, приводить какие-то аргументы в пользу своих выводов. Ничего этого не было сделано. Крыльцо нарисовано произвольно. Такое впечатление, что этим занимались молодые выпускники вузов, которые ничего не понимают, а просто с каких-то картинок всё срисовывают».

По проекту ООО «Гуар» на месте подлинных элементов памятника появляются новые окна и двери, новые пристройки «в формах XVII века». Фото: Тимур Галимов / «ПГ»

«Именно неисследованность памятника привела к грубейшим ошибкам проекта, к тотальным нарушениям предмета охраны памятника», - заключают архитекторы-реставраторы.

 Победитель всегда проиграет

«Представленная научно-проектная документация по сохранению объекта культурного наследия федерального значения «Дом Печенко» в г.Пскове (стадии «Комплексные научные исследования», «Эскизный проект», «Проект реставрации и приспособления») не соответствует заданию.

Осуществление проектных решений в натуре приведет к нанесению непоправимого вреда объекту культурного наследия федерального значения и привлечению виновных к уголовной ответственности  по статье 243 УК РФ (в ред. Федерального закона от 23.07.2013 N 245-ФЗ)», - говорится в письме Никитина и Лебедева, направленного в адрес областного комитета по охране памятников. В своем экспертном заключении они указали на шестьдесят с лишним нарушений предмета охраны ОКН.

Когда письмо поступило в орган охраны, председатель комитета Елена Яковлева была в отпуске и к моменту подготовки материала «ПГ» не успела детально изучить выводы реставраторов. Сходу она оказалась не готова разделить их паникёрские настроения:

«По большому счёту, в том проектном варианте, который предлагал «Гуар», большого вреда для памятника я не видела. Может быть, какие-то вещи остались недоисследованными. Детали всегда будут. Фактически, на сегодняшний день, мы не имеем, наверное, в России ни одного памятника, проект реставрации которого был бы однозначно и бесспорно воспринят сообществом и коллегами», - говорит Елена Яковлева.

За последние два года, рассказывает она, в комитет не принесли ни одного проекта, который сразу получил бы «зеленый свет» от экспертов. Это, к сожалению, предсказуемая ситуация, когда контракты на реставрацию разыгрываются на торгах.

«Мы видим псковскую школу и специалистов, которые десятилетия, практически всю жизнь работали на памятниках и, несомненно, обладают большими знаниями, по сравнению с теми, кто появляется в результате конкурсных процедур. За ними стоят архивные материалы, десятилетия исследований (причём не одного поколения), специализация на этом материале. А к нам приходят люди, которые по условиям госконтракта должны весь этот огромный профессиональный путь пройти в какие-то исключительно сжатые сроки. Это не конкуренция даже, в этой ситуации победители торгов всегда проиграют», - объясняет Елена Яковлева.

Об этом же говорит Андрей Лебедев: система госзакупок по своей сути не годится для реставрации и только вредит объектам культурного наследия.

«Дело в том, что памятники любого города – они очень индивидуальны, и соответственно, ими должны профессионально заниматься те люди, которые знакомы с этой архитектурой, - настаивает Андрей Михайлович. – Просто так – за месяц, за два – невозможно изучить ни аналоги, ни сам памятник. Поэтому сама практика госзакупок изначально порочна. А решают, кому поручить работы на памятнике, в Москве тоже люди совершенно случайные. Дилетанты».

Вредит памятникам и простота покупки лицензии на реставрационную деятельность, считает Владимир Никитин: в результате к участию в торгах допускаются все подряд, без опыта работы и без малейшего понимания специфики отрасли.

«Мы сейчас стоим на пороге того, что в ближайшее время вся эта макулатура, которая произведена, и за которую деньги получены, станет обвалом для наших памятников. Начнут просто уничтожать наши псковские памятники», - опасается реставратор.

После такого проекта «Гуар» должен, по идее, лишится лицензии, считает он.

В отличие от членов своего методсовета, Елена Яковлева настаивает на презумпции невиновности исполнителей госконтракта.

Замечания псковских специалистов, по её словам, теперь будут направлены проектировщику. Это, считает Елена Александровна, рабочий момент: «Пусть трудятся, вносят изменения, доводят проект».

«Но на следующей стадии, когда начнут что-то здесь ломать и строить, мы им не дадим, - предупреждает лауреат Государственной премии Владимир Никитин, для которого после увольнения из Института «Спецпроектреставрация» охрана культурного наследия стала основным занятием в жизни. – Выйдем на объект и остановим».

Ситуация с Домом Печенко показывает всё те же системные проблемы реставрации, что проявились в уголовном деле о хищениях в Министерстве культуры: нереальные сроки, подрядчик со стороны и пренебрежение наукой. Любопытно при этом, что глава АУИПИК Олег Рыжков, по информации «Коммерсант. Власть», возглавил рабочую группу при Минкульте по реформированию реставрационной отрасли. Возможно, свежий псковский кейс поможет ему детально разобраться в проблеме.

«Псковская губерния» обязательно проследит за дальнейшей судьбой проекта реставрации Дома Печенко.

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  1247
Оценок:  36
Средний балл:  9.7