Статья опубликована в №41 (310) от 25 октября-31 октября 2006
Культура

…Плюс музеефикация всего Кремля

Вернее, минус: «круглый стол» показал – проекта музеефикации как не было, так и нет. Но есть интересы
 Елена ШИРЯЕВА 25 октября 2006, 00:00

Вернее, минус: «круглый стол» показал – проекта музеефикации как не было, так и нет. Но есть интересы

16 октября в Пскове прошел «круглый стол» на тему «Музеефикация Псковского Кремля». Предполагалось, что организаторы и участники заседания обсудят состояние комплекса кремлевских памятников, мероприятия по их реставрации и охране, концептуальные предложения Псковского государственного музея-заповедника. Но пришедшие на заседание «круглого стола» представители научной общественности, реставраторы, архитекторы, искусствоведы, историки и краеведы предполагали, а организаторы мероприятия – располагали. В том числе возможностью задать направление «дискуссии».

Сочинение на тему

Наталья Дубровская озвучила
«намерения, связанные с музеефикацией
Псковского Кремля».
Фото: Александр Тимофеев.
А начиналось все почти пристойно. Почетную обязанность «модерировать» дискуссию взял на себя председатель комитета по культуре Псковской области Виктор Остренко. По правую руку от него, в центре президиума был посажен профессор Института истории материальной культуры РАН, доктор исторических наук Анатолий Кирпичников, по левую – настоятель храма Иоанна Богослова отец Андрей (Таскаев). Демонстрируемый союз власти, науки и церкви даже внушал некоторый оптимизм. Да и сам псковский «министр культуры» не преминул заметить, что на встречу были приглашены все заинтересованные стороны, чтобы решить «что же все-таки делать с сердцем нашего города».

Позиция государственного комитета по культуре по «ключевому памятнику историко-архитектурного наследия», со слов господина Остренко, заключалась в следующем: «Псковский Кремль должен не номинально, а фактически стать своеобразной интегрированной точкой роста для нашего региона. Необходимо продумать конкретные шаги к использованию имеющихся зданий для концентрированного туристического обслуживания».

Ну, такова судьба всех вступительных слов – чего с них возьмешь, кроме повода считать заседание открытым. Тем не менее, уже в невинном вступлении господину Остренко удалось посеять в зале легкую тревогу – при упоминании о некоторых «дополнительных аспектах» встречи: проблемы состояния, реставрации, а также вопроса собственности здания консистории, памятника губернской архитектуры начала XIX века, находящегося на территории Кремля. В то, что под видом обсуждения музеефикации уникального архитектурного комплекса, можно более двух часов слушать (вернее, заслушивать) доклады о «данном объекте недвижимости», поверилось только после того, как эти два часа прошли – в обнимку с консисторией, от которой вынужденно отвлекались лишь по твердой воле свободных участников «круглого стола».

Бдительность же их усыпляли недолго. По всей вероятности, ключевым докладом заседания, который и должен был стать посылом к широкой дискуссии, был назначен доклад директора Псковского государственного музея-заповедника Натальи Дубровской. Госпоже Дубровской было поручено представить «намерения, связанные с музеефикацией Псковского Кремля». Намерения, как выяснилось, имеют рабочее название «Музей как хранитель Кремля», причем «под хранением мы понимаем не только сохранность памятников, но и его наполнение той исторической информацией, которая накапливалась многими поколениями», - отметила Наталья Дубровская.

Озвученная цель намерений – максимальное использование памятников Кремля в экскурсионной деятельности, превращение «сердца города» в его визитную карточку. Описываемые картины выглядели амбициозно.

Мы узнали, что стены и башни Кремля – тот самый экскурсионный потенциал, представляющий собой неиспользованные возможности для туристических маршрутов. Сам туристический маршрут должен начинаться со Власьевской башни – вот уже много лет псковичи и гости города не могут насладиться видом со смотровой площадки башни, которая сдана в аренду рестораторам.

От Власьевской башни туриста поведут вдоль всех стен Кремля, где ему скороговоркой под демонстрацию слайдов было обещано полноценное приобщение к историческим и духовным ценностям. Дальше шли уже полные фантазии, которые может без особых усилий нарисовать воображение хоть однажды видевшего Кремль посетителя. В Домонтовой башне он сможет увидеть историческую инсталляцию псковских пушкарей, Кутний Костер обеспечит еще одну смотровую площадку и визит в историческое фотоателье (какое???). Вид на старое Запсковье откроется с площадки Средней башни. В Плоской башне были обещаны исторические аттракционы (какие???). Парадным входом в Кремль планируют сделать Рыбницкую башню (ту самую, единственную оштукатуренную и отбеленную, около нынешней остановки автобуса). Бывший Рыбный торг (берег Псковы напротив надвинувшейся на Кремль «Золотой набережной» превратят в сквер, на Вечевой площади обозначат вечевую степень. Ну и конечно: урны, скамейки, указатели, туалет(-ы), в конце концов…

Нынче в туристических маршрутах активно используются только Приказная палата Кремля (как напомнила бывшая хозяйка Приказной, сейчас в ее интерьерах гостит уникальная экспозиция из Эрмитажа – вывезенные туда фрески храмов Довмонтова города) и Троицкий собор. И добавила: а могло бы и должно бы использоваться также здание бывшей консистории, где по взаимному согласию с епархией хорошо бы разместить музей церковных древностей.

Удивительно – мы не услышали ни одной даты, ни одной суммы сметы, ни одного точного архитектурного решения, ни одного упоминания строительного проекта – НИЧЕГО, что могло бы заставить поверить: как минимум полувековые мечты псковичей действительно могут стать реальностью.

Между тем добротное школьное сочинение на тему «Каким я вижу Псковский Кремль» получило доброжелательную официальную прессу и громкое звание проекта музеефикации.

Кто бы мог подумать, что слово «консистория» в этой картинке было ключевым.

История с консисторией

Виктор Остренко предложил решить
«что же все-таки делать
с сердцем нашего города».
Фото: Александр Тимофеев.
Но это факт – на этом дань собственно теме «круглого стола» организаторы посчитали отданной. Да, еще останавливалась на проблемах обеспечения охраны, соблюдения режимов использования памятников начальник отдела охраны объектов культурного наследия комитета Псковской области по культуре Людмила Солдатенко. Было сказано много известного и важного. В частности, про отсутствие конкретного и единого хозяина у памятников Кремлевского комплекса (Приказные палаты сейчас принадлежат Псковскому музею-заповеднику, стены Кремля – государству, а, например, консистория – профсоюзам, которые сдают площади памятника в аренду). Кремль, уже в наисовременнейшей истории неоднократно страдавший от пожаров, сейчас является неохраняемой территорией. Миллион рублей на охрану в год – неподъемная сумма для бюджета любого уровня, а из федерального бюджета на главный архитектурный ансамбль Пскова последние три года средств не выделяется.

Но именно выступление госпожи Солдатенко от проблемы контроля над транспортом, кремлевского бурьяна, неопределенной судьбы храмов Рождественской батареи и всего прочего, на что настроились участники встречи, внезапно и целенаправленно укатилось к «многострадальному зданию консистории». Именно ее состояние, а не состояние средневековых стен и башен псковской крепости, было названо наиболее острой проблемой в контексте музеефикации Кремля. Тема сменилась резко, как слайды на экране. Урон, нанесенный пользователями консистории в ходе последних ремонтов, был продемонстрирован наглядно – с помощью фотографий. Металлопластиковые окна и двери, подвесные потолки и гипсокартоновые стены – вся эта красотища, наведенная пользователями, уже не позволяет определить – были ли под ней «объекты охраны», заметила Людмила Солдатенко.

На протяжении следующих заранее подготовленных выступлений выше консистории мыслительный полет уже не поднялся. Наталья Новикова (НПЦ по охране памятников) в своем выступлении на «круглом столе» по музеефикации Кремля (не устаю об этом напоминать) рассказала о растущем интересе… к губернской архитектуре Пскова и подробно остановилась на истории… консистории. А также на возможностях использования этого памятника XIX века под экспозицию об истории города XVII-XVIII веков или посвященной реставрации Пскова и Кремля…

После чего Виктор Остренко даже поспешил отметить, что фантазировать можно сколько угодно, но территория Псковского Кремля – это единое пространство. А сейчас оно разорвано в части имущественных отношений…

Вопрос имущественных отношений (прежде всего, «в части консистории») перешел в «активную фазу» - в бой пошли юридические силы. Начальник отдела нормативно-правового обеспечения комитета по культуре Псковской области Елена Кулик высказала мнение о том, что облсовпроф сдает площади здания консистории незаконно, поскольку в договорах аренды помещений отсутствует охранное обязательство, подписанное арендаторами.

«Профсоюзы знали, что консистория – это исторический памятник, и умышленно это скрывали, чтобы беспрепятственно сдавать его помещения в аренду. Они заключали договоры каждый год, а не на длительный период времени, потому что, если хотя бы один пользователь обратился в учреждение юстиции за регистрацией права аренды более чем на один год, то там сделали бы запрос о статусе здания консистории. В результате стало бы известно, что это памятник», – объяснила Елена Кулик.

Тут случился некий композиционный казус: после своего юриста организаторы «круглого стола» решили предоставить слово отцу Андрею, видимо, не предполагая, что следующий номер программы – заместитель председателя областного совета профсоюзов Ульяна Михайлова, которой предоставили слово в порядке демократии, тоже вполне юридически грамотный специалист.

Но между ними оказался священнослужитель, который бесхитростно заявил, что впервые ознакомился с проектом музеефикации Кремля. «Если он осуществится, можно будет поставить памятник администрации Псковской области», - заметил отец Андрей. И он пояснил – почему так взялись за консисторию. Это же все-таки тоже Кремль, и то, что это здание занимают учреждения коммерческие («несоциальной направленности») епархию не может не беспокоить. В суды она, конечно, не пойдет, но деятельной помощи светской власти просит. По ходу был сделан ряд важных замечаний: по словам о. Андрея, церковь не намерена, например, претендовать в Пскове на возведенные на ее средства здания планетария, старого корпуса педагогического университета или онкодиспансера.

Вот после этого и получили слово «профсоюзы». Ульяна Михайлова поблагодарила устроителей за первую предоставленную профсоюзам возможность выступить и рассказала, что объект в свое время профсоюзами не был «получен» – он был выкуплен. Дом, где жили после войны работники КГБ, силами профсоюзной организации расселили, приобретя, между прочим, 12 квартир. Отрицать очевидное – по нарушениям эксплуатации памятника – госпожа Михайлова не стала. Но отметила то, о чем деликатно умолчала г-жа Кулик: санкции к собственникам и пользователям здания могут быть применены, но утраты права собственности они не влекут [ 1 ].

Казалось бы, при чем здесь музеефикация?

Когда слово передали профессору Кирпичникову, стало понятно, что «круглый стол» сейчас завершится. Роль ему досталась незавидная: подвести итог «непрозвучавшему», но давно уже намеченному и обсуждаемому. «Псков – величайший город России и Европы, его историческое значение еще недооценено. Будущее города связано с туризмом – есть колоссально невостребованные возможности. Но сейчас человек, входящий в Довмонтов город, видит странную картину – законсервированное бетоном мертвое пространство», – сказал профессор. По его мнению, следует восстановить полностью, до крестов хорошо сохранившиеся в основаниях три храма Рождественской батареи (во времена Петра I они были засыпаны землей). Таких храмов на территории Довмонтова города было 14 – уникальное мировое явление, мемориал духовной жизни. И было бы замечательно отдать Рождественскую церковь под «покровительство» Эрмитажа. Как раз там могли бы быть размещены фрески, снятые со стен этого храма и хранящиеся ныне в Санкт-Петербурге. По консистории – ну нельзя было не высказаться в свете уже сказанного, и ученый высказался – чуть менее остро, чем от него, возможно, ожидали. Да, здание эксплуатировалось на износ, а для музея (совместного с церковью) это было бы прекрасное место. Там и крупномасштабный макет Довмонтова города можно было бы разместить – у посетителя Кремля это сразу бы создавало настроение. Но, вместе с тем – обижать собственников здания не стоит, их надо просто переместить в другое здание. Просто и понятно.

Какие будут предложения, кроме утвержденных?

Анатолий Кирпичников напомнил,
что «Псков – величайший город России и
Европы, его историческое
значение еще недооценено».
Фото: Александр Тимофеев.
Хоть словечко, но успел замолвить заместитель директора по реставрации ГП «Гендирекция «Псковреконструкция» Игорь Лагунин. Он напомнил, что Псковский Кремль еще с середины XVIII века переживает мемориальный период, а сейчас памятник работает лишь где-то на 15 процентов своего потенциала. «У нас нет даже парадного входа в Кремль, мы заходим в него со служебного входа», – подчеркнул господин Лагунин. А идей оборудования парадного входа в Кремль несколько: через Святые ворота, для чего требуют восстановления храмы Рождественской батареи, или через Кутнюю башню (для этого надо восстановить Нижние решетки и благоустроить проходы по набережной Великой) и другие. Лагунин также был солидарен с профессором Кирпичниковым: наиболее слабое место Псковского Кремля – это Довмонтов город. «Псковский Кремль – это наше все, как и Пушкин. Все с него начинается и им же заканчивается», – использовал понятную большинству систему измерения ценностей Игорь Лагунин. Если бы господин Лагунин выступил с основным сообщением, возможно, толку было бы больше.

Но почти три часа уже прошло. Надо было как-то завершать, как-то выплывать от «честного отъема» консистории у профсоюзов со слабыми вкраплениями музеефикации Кремля к собственно предложениям по музеефикации. Как выяснилось в этот момент, они были заготовлены заранее, причем более половины предложенных пунктов оказались всё о ней, о консистории.

Предлагалось отметить неудовлетворительное состояние памятников Кремля, но в особенности – здания бывшей консистории (Кремль, 6). Комитету по культуре – разработать программу первоочердных мероприятий по охране и реставрации памятников Псковского Кремля. «Концептуальные предложения» по музеефикации Кремля, подготовленные музеем-заповедником – одобрить. Ну а далее – консистория, консистория, консистория… Следующие пункты – подготовить предложения в адрес Федерального агентства по культуре и кинематографии по выделению средств на реставрацию и музеефикацию Кремля, а в адрес областной администрации – предложения о включении в областной бюджет отдельной строки на реставрацию и содержание Кремля…

Но как подготовить такие предложения на основе прозвучавшей информации, осталось совершенно непонятным.

Предложения на правах ведущего озвучил сам Виктор Остренко. Но финишировать без проблем ему не дали: археолог Елена Яковлева резюмировала, что «круглый стол» не походил на «круглый стол», предмет обсуждения не был ясен. Во всяком случае, это не был подход к научно обоснованному проекту музеефикации Кремля. Директор Центра социального проектирования «Возрождение» Лев Шлосберг призвал не голосовать за этот документ как за «решение «круглого стола», потому что «круглый стол» не может принимать «решение» и предложил: уж если долгожданная встреча по музеефикации Кремля выявила так много спорных вопросов, то не надо объявлять «круглый стол» закрытым, не надо суетиться, нужно собраться еще раз в ноябре, заслушать меньше должностных лиц, больше специалистов – в частности, по судьбе Довмонтова города и Крома.

Анатолий Кирпичников заметил, что вопросы, затронутые последним выступающим, поставлены правильно и глобально. Но, на его взгляд, спорных вопросов сегодня, кроме консистории, как раз и не было. «Мне хочется, чтобы мы разошлись с долей оптимизма, сейчас хоть что-то наметилось», - профессор как будто боялся нарушить некое, мало кому еще заметное равновесие.

Обстановку решил разрядить директор Псковского института «Спецпроектреставрация» Александр Акименко, сказавший, что музеефикация Кремля так и может остаться на уровне обсуждения, пока не будет решен вопрос финансирования. И развил мысль об «эффективном собственнике» – так, в консистории можно оборудовать парадный кабинет губернатора. Вот тогда по части денег…

Дискуссия катилась с горки, но именно в ее конце и зазвучали те самые вопросы, без принципиального решения которых воплощать в жизнь даже вменяемые «предложения» «круглого стола» было бы весьма затруднительно. Искусствовед Ирина Голубева, вступив в профессиональную дискуссию с коллегой Кирпичниковым о принципах современной реставрации, в частности – храмов Рождественской батареи, подвела итог и «круглому столу»: проекта музеефикации Кремля практически нет (тот же проход по стенам Игорь Лагунин предлагал еще 30 лет назад, без стеснения напомнила Ирина Борисовна), зато есть большой «перекос» по консистории, являющейся всего лишь элементом концепции, – ну не может, не может она занимать 4 из 7 пунктов предложений при заявленной теме дискусии. И вопрос в конце – что называется, кстати: Ирина Борисовна спросила у отца Андрея – будет ли церковь претендовать на возрожденные (если такое состоится) в Довмонтовом городе храмы. Отец Андрей заверил, что нужды в том большой нет – нет в Пскове столько православных прихожан, чтобы все храмы по назначению использовать. Но богослужения раз в месяц – вполне приемлемы. «Вы ответили на мой вопрос», - улыбнулась Ирина Голубева.

А над предложениями «круглого стола» было решено (разрешено?) еще подумать и представить их в комитет в трехдневный срок.

По информации «Псковской ленты новостей», на 23 октября подписи под сформированными к «столу» предложениями поставили 17 человек.

Из рабства

Игорь Лагунин вспомнил, каким
он мечтал видеть Псковский
Кремль 30 лет назад.
Фото: Александр Тимофеев.
Какие выводы после «круглого стола» должны были появиться у неискушенного даже не участника – свидетеля обсуждения, которого не мучает историческое образование? Что ключевой, главной, самой проблемной точкой музеефикации Кремля является здание консистории?

А у сведущего? К проблеме музеефикации Псковского Кремля здание консистории имеет ничтожно малое отношение, а «новый» проект музеефикации от Псковского музея-заповедника по объему предложений – чуть большее, чем вся консисторская эпопея.

Ну, нехорошо, ей Богу, когда занятые и уважаемые люди должны изображать заинтересованность в теме, о которой они не намерены были говорить в навязанном объеме. Не хорошо, когда они вынуждены упрямо гнуть свою линию, пытаясь привлечь внимание к официально заявленной теме музеефикации Кремля и доказывать организаторам, что обсуждать надо то, что предложено для обсуждения, а не «рояли в кустах».

Конечно, все понимают: если в течение последних двух месяцев тема консистории и ее вызволение из «профсоюзного рабства» (пользования, ненадлежащей эксплуатации, легальных синонимов много) не слезает с газетных полос и новостных лент официальных СМИ Псковской области, то ситуацию будут пытаться «дожать». А многие ведь еще верят, что окончание музеефикации Кремля – это не фикция. Не понятно одно – кому нужно превращать проект «Наше все» в «одеяло», под которым просто перетаскивают собственность.

Елена ШИРЯЕВА.

 

1 См. подробно в этом номере: Ульяна Михайлова. Свободный микрофон. «Нам нужен приемлемый с финансовой точки зрения вариант».

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  5102
Оценок:  7
Средний балл:  7