Статья опубликована в №46 (315) от 29 ноября-05 ноября 2006
Экономика

Наш мусор

На почве городской свалки у псковских городских чиновников развился сильный мусороотталкивающий комплекс
 Елена ШИРЯЕВА 29 ноября 2006, 00:00

На почве городской свалки у псковских городских чиновников развился сильный мусороотталкивающий комплекс

Если ввести в любую поисковую систему Интернета словосочетание «мусороперерабатывающий завод», она в изобилии выдаст вам информацию о намерениях построить таковой в том или ином регионе России: Ленинградская область, Саратов, Челябинск, Владивосток, Смоленск. Особенно много таких намерений было заявлено в 2006 году.

А если почитать сообщения: почему властям (чаще всего – муниципальным) наконец-то страшно захотелось заработать денег на мусоре, сразу понимаешь, что по всей России – одно и то же. Российские города не столько поняли, что переработка отходов – это «золотое дно», сколько начали просто задыхаться от собственного мусора: городские свалки, они же полигоны по утилизации твердо-бытовых отходов, полностью выработали свой ресурс.

И Псков, свалка в котором эксплуатируется с 1946 года, давно попадает «в такт такого же неровного дыхания».

Полигон боевых действий

Правда, не без ноты самобытности. За последние четыре года городская свалка «столицы» Псковской области, как минимум, два с половиной раза становилась полем, где пытались заработать, прежде всего, политические дивиденды. В самом начале сентября 2002 года она загорелась. Вернее, самовозгорелась.

2002 год был не самым стабильным периодом в жизни Пскова. На носу - празднование 1100-летия первого упоминания Пскова в летописи, а областная и городская администрации увлеченно занимались одним из любимых видов спорта – перетягиванием на себя одеяла с надписью «кто больше сделал для грядущего юбилея». И тут свалка загорелась, как будто долетели до нее искры политических амбиций. Областная инспекция по пожарному надзору практически сразу вынесла представление о необходимости приостановить работу свалки с 1 марта 2003 года с довольно мягкими еще формулировками: полигон использовался неудовлетворительно, правила противопожарной безопасности не соблюдаются и так далее.

Чаще всего информацией о крайне сложном – не сказать опасном – состоянии свалки делился с лояльными областной власти СМИ тогдашний вице-губернатор по разного рода «чрезвычайщине» Виктор Комиссаров. Что также заставляло задумываться о реальной подоплеке скандала. Потому что скандал все же имел место: несмотря на очевидное (свалка-полигон уже явно не справлялась с поступающими объемами отходов), мэр Пскова Михаил Хоронен своим распоряжением продлил срок эксплуатации «места хранения мусора» до 1 января 2005 года. Официальные и приближенные к официальным областные СМИ не упустили возможности проехаться по мэрии, которая «не хочет» закрывать опасную свалку. Мэрия отвечала, что не может. А на поиски альтернативы ей было необходимо чуть меньше, чем полтора года.

Жара кончилась, пожар был потушен, жители Завеличья немножко отдышались, тему посчитали на тот момент исчерпанной.

А через месяц после возгораний и задымлений (в конце ноября 2002 года) появился в Псковской области потенциальный инвестор, о котором сейчас мало уже кто помнит: ОАО «РЭК» («Региональный экологический комплекс») сообщило о готовности построить мусороперерабатывающий завод на территории Псковского района. Проект предполагал не только строительство завода по утилизации отходов, но и создание нового полигона. На первом этапе в его реализацию намеревались вложить около 60 миллионов рублей, мощность будущего завода оценивали в 300 кубических метров ТБО (твердых бытовых отходов) в год. Известно было, что инвестор привечен администрацией Псковской области, поддержан администрацией Псковского района, а администрацией города проект еще «рассматривался». О продолжении отношений не сообщалось…

Однако жизнь на месте не стояла: в конце марта 2003 года Псковская городская Дума приняла муниципальную целевую программу в области обращения с твердыми бытовыми отходами. Защищая программу, председатель комитета городского хозяйства администрации Пскова Михаил Радионов подтвердил, что полигона твердых бытовых отходов в Пскове практически нет: «хоронят» их на городской свалке, которая давно исчерпала свой ресурс и находится (что все также знали) в границах города. По данным Московского научно-исследовательского института гигиены имени Ф. Эрисмана свалка оказывала непосредственное вредное воздействие на окружающую среду в радиусе 1,5 километров, что в 3 раза больше, чем нормативная величина. Фактически потребность в новом полигоне возникла 20 лет назад.

Но все-таки 2003-й год – юбилейный, праздничный. На всех фронтах царило перемирие. Не до свалок - тут бы в самом городе порядок навести, помыть, подчистить, подкрасить. В марте 2004 года Михаил Хоронен уверенно переизбрался в псковские градоначальники (предвыборная суета тоже, знаете ли, к конкретным действиям не располагает, но обещаниями душу греет), а в сентябре выдвинулся в губернаторы.

И тут снова пригодилась свалка. Еще до того, как пригодился Президиум Верховного суда РФ, окончательно отказавший Михаилу Хоронену в регистрации. Напомним, что с лета 2004 года и – особенно – с предвыборной осени 2004 года в Пскове обнаружился рост заболеваемости гепатитом А.

20 октября 2004 года вышло распоряжение комиссии по чрезвычайным ситуациям Псковской области: «В целях предотвращения распространения и ликвидации заболевания вирусным гепатитом «А» в г. Пскове вводится режим «чрезвычайной ситуации», населению города запрещено употребление некипяченой водопроводной воды, а также воды из децентрализованных источников водоснабжения». Кроме того, в документе говорилось: «По данным предварительного эпидемиологического обследования, вероятным путем распространения инфекционного заболевания является водоразборная сеть горводоканала, а также родники и колодцы, расположенные на территории района Завеличья. Предположительно, источником инфекции в них является дренажный водосток с территории полигона по закладке бытовых отходов (городской свалки), условия нахождения и содержания которого противоречат действующим санитарным нормам. При сохранении тенденции роста заболеваемости вирусным гепатитом «А», предпринимаемые меры со стороны органов власти города Пскова неэффективны».

Чем больше упорствовал мэр в своем желании стать губернатором, тем страшнее становилось пить воду в Пскове – особенно на Завеличье. Перепуганные влиянием свалки на водопровод, люди перестали чистить зубы без кипяченной воды и мыть фрукты под краном. Кипятили всё. Наизусть помнили историю свалки – с какого года функционирует, в каком (2001) году НИИ Эрисмана провело ее исследование, которое показало, что «наиболее опасным последствием действующей на территории города свалки является длительное и стойкое загрязнение подземных водоносных горизонтов».

Но после решения Верховного суда в отношении губернаторских амбиций мэра гепатит А как-то пошел на убыль. Казалось, что точкой в этой «больнично-свалочной» истории стало подписание соглашение тогда еще губернатора Евгения Михайлова и мэра Пскова Михаила Хоронена о совместных действиях по решению городской проблемы – консервации твердых бытовых отходов и разработке нового полигона в пределах Псковского района. Соглашение назвали первым этапом в решении вопроса со свалкой.

Но так случилось, что одна из подписавших ее сторон выборы проиграла и губернатором быть перестала. В истории псковского мусора начинался новый этап.

Новый губернатор Михаил Кузнецов в конце декабря 2004 года подписанное соглашение по свалке назвал «черт те чем», заявил, что не намерен устраивать чехарду из простых хозяйственных вопросов и что надо вернуться к делению земли между Псковом и Псковским районом, чтобы «мэр самостоятельно мог решать этот вопрос».

Мэру же подошло время подписать новое распоряжение о продлении временного использования свалки до конца 2005 года. Населению было сообщено, что с новым главой администрации Псковской области Михаилом Кузнецовым по теме свалки найден общий язык и вплотную новым полигоном займутся в январе 2005-го.

Светлое пятно

Дальше с общим языком стало очень плохо. Однако, вспоминая тот безбюджетный 2005-й год, хочется заметить, что «мусорная тема» была одним из самых светлых его пятен, одной из самых больших надежд. Потому что во имя решения проблемы твердых бытовых отходов в апреле 2005 года был объявлен открытый конкурс на строительство мусоросортировочного комплекса на территории Пскова и межрайонного полигона твердых отходов на территории Псковского района. По условиям конкурса срок строительства мусороперерабатывающего комплекса был обозначен в 12 месяцев, самого полигона – около 2-х лет. Правда, Псковская городская Дума дописала в решении по данному вопросу, что результаты конкурса должны быть утверждены на сессии Псковской городской Думы. Представители администрации не соглашались: сделку после проведения конкурса необходимо заключить в течение 3-х дней – а если депутаты будут на каникулах? Да и чего лишний огород городить, когда в состав конкурсной комиссии входят и представители городской Думы? Депутаты клятвенно пообещали, что если будет нужно, они соберутся и утвердят решение до истечения трехдневного срока. И слово свое сдержали.

Они действительно прервали свои каникулы, чтобы 22 июля 2005 года… не утвердить результаты проведенного конкурса [ 1 ].

Любопытно, что информацией о конкурсе заинтересовались 22 организации, а участие приняли только три. Впрочем, тогда вопрос о том, какие прописали условия для участников, как-то не возник. Выбирать-то пришлось чуть ли не на безальтернативной основе. Третьего участника сразу отсеяли как не представившего необходимый пакет документов. Победителем стало ООО «Ир-Лизинг», пообещавшее построить не то что мусоросортировочный – мусороперерабатывающий комплекс! С переработкой чуть ли не 95, да ладно – всех 96% отходов! Полигон при таком раскладе в принципе не очень-то и нужен. Разве что совсем маленький… К томе же, если второй участник конкурса предлагал какие-то несерьезные сроки по строительству полигона (до пяти лет), то ООО «Ир-Лизинг» бралось осчастливить Псков за восемь месяцев. Как же было не утвердить такие итоги? А вот так!

Пока депутаты придирались к потенциальному инвестору, в котором им мало что нравилось (размеры уставного капитала предприятия, отсутствие отзывов заказчиков, воспользовавшихся его услугами и т. д.), они успели восстановить против себя не только представителя инвестора г-на Василия Бобалева, чиновников городской администрации, но и практически всех парламентских корреспондентов. Казалось, мусороперерабатывающий заводик, который по информации, доходящей из Европы, убыточным быть не может вообще, был так близок, так возможен… К чему эта бессмысленная дискуссия? Берите, пока дают! Но, во-первых, не брали, а во-вторых, как обнаружилось к концу той чудной сессии, и взять не могли. Выяснилось, что один из пунктов – как раз межрайонный полигон по утилизации ТБО – не входит в круг вопросов, составляющих компетенцию муниципалитета. И, соответственно, его представительного органа. Это дело субъекта Федерации, между прочим! Потрепанные, но не побежденные чиновники мэрии уходили с сессии, уводя за собой инвестора, даже выражением спины давая понять: обойдемся без ваших утверждений.

Все – в переработку!

И начали обходиться. В октябре того же года председатель комитета городского хозяйства мэрии Михаил Радионов уже с полной ответственностью заявил на пресс-конференции, что строительство мусороперерабатывающего завода (не мусоросортировочного) будет завершено к концу 2006 года. Степень обещанной переработки была потрясающей: для мусоропереработки намеревались использовать американское оборудование. «Будут установлены машины для переработки отходов древесины, пластмассы, ветоши, бумаги и другого», - живописал заместитель г-на Радионова Борис Третьяков.

Более того, комплекс будет предназначен для переработки любого типа мусора: отходы будут сортироваться, а потом измельчаться. Измельченные элементы будут использоваться в изготовлении строительных материалов. К примеру, измельченная резина и древесина будут добавляться при изготовлении шифера, тротуарной плитки, асфальта, а также спрессовываться в топочные брикеты. Вот это жизнь – какой там полигон! Впрочем, его необходимость все равно не отрицалась. В декабре 2005 года мэр Пскова заявил, что берет строительство полигона под личный контроль – если этот инвестор не справится, всё самое вкусное отдадут другому. От чего вера в возможность переработки мусора и разрешения проблем со свалкой только крепла. Потому что – сколько можно-то?

И эта уверенность оставалась незыблемой: любопытная пресса не мешает – караван идет. То есть думалось, что заводик строится. Некоторое обострение интереса к теме в 2006 году возникло после майских праздников: понимаете, к ужасу псковичей свалка опять загорелась. Как утверждали в мэрии, не самовозгорелась, а именно загорелась при чьей-то помощи (возможно, из-за пала травы). Виновных обещали найти и наказать по всей строгости. Первый вице-мэр Пскова Валентин Иванов в комментариях по этому поводу опять вскользь поминал, что у города есть инвестор завода, в ближайшее время вопрос решится.

В нынешнем сентябре «Псковская губерния» решила, что пора. Пора обозначить сроки ввода завода в эксплуатацию, походить по территории нового комплекса, сделать фото, побеседовать с инвестором на предмет конкретных этапов переработки, установленных линий, вложенных средств, проблемах с кадрами или отсутствия таковых. Но ответственный за данный участок работы – г-н Радионов – не спешил порадовать нас контактами со строителями. И даже место стройки завода не рассекретил. Представитель инвестора в то время находился за пределами Отечества, набирался опыта в мусоропереработке. Поэтому… Поэтому говорить было не с кем.

Впрочем, в середине сентября были достигнуты очередные договоренности между администрациями Псковской области, Пскова и Псковского района о новом полигоне для хранения отходов – где-то в районе деревни Большая Дуга (Псковский район), хотя все еще были возможны варианты. О мусороперерабатывающем комплексе новостей не было.

«Я-то знаю, я вас спрашиваю!»

Через два месяца окончательно выяснилось, что их и быть не могло. 22 ноября на заседании Совета администрации Пскова Михаил Хоронен выразил крайнюю озабоченность отсутствием результатов по полигону и по заводу. И призвал г-на Радионова к ответу. Председатель ответственного комитета добросовестно рассказал об этапах большого пути. Он напомнил, что первая площадка по строительству полигона «была рекомендована в районе деревни Моглино, вторая была предложена между деревнями Ершово и Большая Дуга». Обе были отклонены из-за того, что население деревень категорически отказалось принимать у себя свалку. Было еще альтернативное предложение по площадке в районе деревни Лопатинские Кресты, но вариант оказался «тоже неприемлемым».

Затем была выделена новая площадка на землях Ершовской и Верхолинской волостей между деревнями Ольгино Поле и Большая Дуга. Эта площадка, по словам Михаила Викуловича, была выбрана для ООО «МПМ» («Муниципального предприятия мусоропереработки» - хорошее название для общества с ограниченной ответственностью), которое «собрало определенные документы и представило их в управление по технологическому и экологическому надзору по Псковской области в июле». А 7 ноября эти документы были возвращены «по ряду причин». «Не совсем правильно были подготовлены предпроектные материалы по выбору площадки, не было обоснования самих инвестиций и ходатайства о намерениях», - пояснял причины провала г-н Радионов.

Также, по его информации, выяснилось, что не соблюдались нормы санитарно-защитной зоны (там от Ольгина Поля – около 380 метров, а не 500, как требуют нормы). Кроме того, была сделана оценка воздействия на атмосферу («атмосферный воздух», как гениально выразился физик-самородок г-н Радионов) – получилось, что весь полигон распространяется на 600 метров. Также отсутствует окончательное положительное заключение ряда надзорных контрольных органов. «Эти документы есть, но все в обтекаемой форме, они однозначно не говорят, что здесь можно строить полигон», - похоже, Михаил Викулович не очень надеялся, что его поймут. И обтекаемость этих документальных форм подчеркнул аж два раза. Так бы и глянул на формулировки: «Размещайте, но мы бы на вашем месте не стали?».. или «Строить можно, но лучше не надо?».. или «Ну, попробуйте»...

Одним словом, документы вернули на доработку, срок которой определен Ростехнадзором в 30 дней.

«Вы докладываете, как сторонний наблюдатель», - поразился нечаянному открытию мэр города. И тут же получил подтверждение своей догадки от своего же главного специалиста по городскому хозяйству. «Я хочу один момент в этом аспекте заакцентировать. Поскольку полигон межрайонный, его строят областная администрация, районная администрация и ООО «АСПО». Они и являются учредителями ООО «МПМ». Мы не принимаем участия в строительстве – мы со стороны смотрим на их действия, поэтому я и докладываю», - слегка смутившись, подтвердил смелую мысль начальника г-н Радионов.

Михаил Хоронен редко выходит из себя публично. А тут вышел. И пошел… И дошел до того, что изловил своего подчиненного на полной некомпетентности в вопросе размещения полигона. Выглядело это примерно так.

Михаил Хоронен: «Простым языком, не для специалистов – третий вариант размещения полигона, который прорабатывается – где это?»

Михаил Радионов: «Это между двумя деревнями. Ольгинское Поле…»

Члены совета (хором): «Как?»

Радионов: «То есть, Ольгино Поле»…

Михаил Хоронен: «А были ли вы там хоть раз?»

Михаил Радионов: «Я был, это по Гдовскому шоссе ехать, чуть подальше, чем раньше было у Ершова».

Михаил Хоронен: «И все-таки конкретнее, направо - налево? Я-то знаю, я вас спрашиваю?»

Но ответа не дождался, что, собственно, и было ответом. «Решение вопроса по полигону неразрывно связано с мусоропереработкой. Что у нас сейчас с промежуточными итогами реализации конкурса по строительству мусороперерабатывающего завода?» - спросил мэр все с той же интонацией «я-то-знаю-я-вас-спрашиваю».

«Ну здесь тоже есть определенные пробуксовки, хотя «Минерал-К» занимается этим вопросом», - приступил ко второй части мусорной истории Михаил Викулович, пояснив, что под «Минералом» понимает представителя инвестора Василия Андреевича [Бобалева]. А потом продолжил пояснять, что он понимает под «занятием вопросом»: «У него [Бобалева] были договоренности с двумя финскими фирмами, он ездил в Финляндию, смотрел очень глубокую переработку вторичного сырья. Одна из компаний приезжала сюда. Окончательно он хочет вступить в отношения после того, как сюда приедет другая финская компания, чтобы посмотреть наиболее приемлемые условия. Это было в октябре, сейчас ожидается в ноябре-декабре приезд другой компании». (Оригинал текста здесь, ранее и далее цитируется нами бережно, т. е. дословно – Авт.)

Г-н Бобалев, приглашенный к участию в Совете, в кабинете мэра отсутствовал. И взамен себя никого не прислал. Похоже, его отсутствие было истолковано мэром правильно: «О, вот и ответ! Нечего сказать – и не пришли».

Члены совета согласились с тем, что картина нарисовалась нерадостная. И решили, что следует сосредоточиться на работе в индивидуальном порядке (не надеясь на областную администрацию и «АСПО») с администрацией Псковского района. Крайнее свое разочарование в инвесторе выразил первый вице-мэр Валентин Иванов, вспомнивший вдруг о «хлебопекарском» прошлом г-на Бобалева и заподозрившего, наконец, его в отсутствии опыта по вопросам мусоропереработки. А еще выразил сожаление: самая заинтересованная сторона процесса, Управление генерального заказчика в лице подчиненного ему Святослава Пидуста, осталась в стороне. Ведь вся «слава мусора» изначально досталась г-ну Радионову.

Впрочем, Михаил Хоронен персональную ответственность за отсутствие результата сегодня и получение его завтра возложил именно на первого вице-мэра. И резюмировал: «Будем напрямую работать с Псковским районом в рамках соглашения, подписанного полтора месяца назад». И поручил до 11 января 2007 года подготовить новые условия для проведения конкурса на всю систему сбора, вывоза, утилизации и переработки мусора. Предусмотреть, что если победит крупный инвестор, который не сможет договориться с «АСПО» по вопросу вывоза мусора, то договор с «АСПО» на сбор и вывоз мусора будет расторгнут. В следующем году полигон должен быть построен! Хоть пальцы скрещивай…

Как это у Владимира Семеновича: «Треугольник будет выпит, будь он параллелепипед, будь он круг, ядрена вошь!».

Капиталистический реализм

Страшно, аж жуть – как бы пальцы судорогой не свело. Но дело еще и в том, что днем раньше этого достаточно нервного Совета в деревне Котово близ Пскова открылся сортировочный комплекс по переработке твердых отходов на производственной базе ООО «Спецтранском». На Совете о нем тоже говорили, но без особого энтузиазма. По общему мнению, мусорных проблем города это предприятие явно не решает, во всяком случае в желаемых масштабах.

Директор предприятия Андрей Папчук настроен более чем реалистично. Из 900 тонн поступившего на сортировку сырья в качестве вторичного было отобрано около 240 тонн, т. е. около 20% поступивших объемов. Отобранное сырье поступает в другие регионы: на картонные фабрики, стекольные заводы и т. д. Причем надо учитывать, что речь идет о так называемом «коммерческом» мусоре – от предприятий торговли, рынков, и из контейнеров, куда выбрасывают мусор жители домов, не имеющих мусоропроводов. Отходы, прошедшее сквозь жерло мусоропровода (упавшие с 9-го и нижерасположенных этажей), хорошо перемешанные – это «грязный» мусор. Сортировке, а тем более переработке, он практически не подлежит. И мусороперерабатывающий комплекс эту проблему не решит: объемы мусора, поставляемые Псковом, не достаточны для того, чтобы мусоропереработка стала рентабельной. В России пока что глубокая переработка мусора, по мнению Андрея Папчука, дело не столько прибыльное, сколько дорогое. Кстати, директор «Спецтранскома» заметил, что в том тендере на строительство полигона и комплекса он тоже был не прочь поучаствовать. Но, ознакомившись с условиями… И таких «ознакомившихся», напомним, оказалось почти 22…

Если вспомнить, что во многих странах Европы первичную сортировку мусора осуществляют сами граждане (этот бак – для пищевых отходов, этот – для бумаги, этот – для пластика, этот – для стекла и т. д.) и мусор поступает в переработку в таком достаточно «чистом» виде, над реализмом Папчука стоит задуматься.

Тем более, что в недрах Интернета мелькнуло вдруг знакомое название инвестора: оказывается, до того как сделать предложение Пскову ОАО «Региональный экологический комплекс» построило мусорный завод в трехсоттысячном Белгороде – тоже в 2002 году. Правда, не мусороперерабатывающий, а как раз сортировочный (но со своим полигоном). Рассказывают, как за два первых месяца в Белгороде русские инженеры намучились со шведским оборудованием, пытаясь приспособить его к особенностям русского мусора. Сами разрабатывали отдельные машины и механизмы. Сейчас бумагу с Белгородского завода забирают в Молдавию и Белоруссию, текстиль – в Рязань, стекло – в Краснодар и Минеральные Воды, металлическую банку – в Москву, пленку и пластик – в подмосковное Лыткарино…

На псковском же «материале» пока складывается впечатление, что, проводя конкурс по строительству полигона, рассматривая возможности строительства мусоросортировочного, а – тем более – мусороперерабатывающего комплекса, администрация Пскова весьма примерно представляла себе ситуацию на вторичном рынке сырья, а также конечный результат, который должен был бы помочь Пскову в ситуации со злополучной свалкой. На пробы и ошибки ушел год. Мусорный воз и ныне там. Назначено очередное время X. Даже как-то неудобно перед Псковской городской Думой, которая так упорно не хотела утверждать результаты конкурса.

Елена ШИРЯЕВА.

 

1 См.: С. Прокопьева. Чертовщина какая-то // «ПГ», № 29 (248) от 27 июля - 2 августа 2005 г.

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  5615
Оценок:  153
Средний балл:  0.1