Статья опубликована в №32 (351) от 22 августа-28 августа 2007
Общество

Сами отстояли

Себежский районный суд признал незаконным решение районного Собрания депутатов о реорганизации Малаховской основной школы
 Елена ШИРЯЕВА 22 августа 2007, 00:00

Себежский районный суд признал незаконным решение районного Собрания депутатов о реорганизации Малаховской основной школы

Публикуя в конце июня 2007 года открытое письмо родителей, учителей и учащихся Дубровской основной школы Себежского района [ 1 ], мы еще не предполагали, насколько глубоко нам придется вникнуть в процесс «оптимизации» сельских малокомплектных школ. К концу августа «Псковская губерния» посвятила «оптимизационной» проблеме четыре выпуска газеты [ 2 ]. Ниточка из Дубровки связала нас с Малаховской основной школой, которой районная исполнительная и представительная власти отказали даже в надежде на дальнейшее существование [ 3 ].

Напомним, что Дубровской основной школе на внеочередной сессии районного Собрания депутатов, состоявшейся 26 июля, позволили стать отделением Кузнецовской средней школы, оставив в родных стенах не только начальную школу, но и классы «второй ступени» – все вплоть до девятого. И учителя, и родители учащихся реорганизованной школы иллюзий по поводу дальнейшего развития событий не питают. Дубровская школа больше не является юридическим лицом, и теперь решение об организации подвоза детей в Кузнецовскую школу, против которого выступали жители волости и родители учеников, администрация «головной» школы может принять по собственной инициативе. Как и решение о закрытии самого отделения. Без всяких сходов граждан и учета мнения родителей. Поэтому решение Собрания депутатов Себежского района в Дубровке расценивают только как отсрочку.

Малаховской основной школе, которая изначально категорично не соглашалась с потерей самостоятельности, 26 июля 2007 года отсрочки не дали. Нет худа без добра: родители учеников Малаховской школы решили обратиться в суд. Терять им, кроме своей школы, было нечего.

Здесь, как говорится в таких случаях, редакция должна сделать официальное заявление. Мы – средство массовой информации, газета. Мы – не адвокатская контора и не юридическая фирма. Но так вышло, что наши статьи, наши письма и запросы властям дали жителям Себежского района надежду на то, что они не одиноки в своей борьбе. И уверенность в том, что они правы. Зажегся «свет в конце тоннеля». У нас не было никакой моральной возможности остановиться в этот решающий момент. И мы приняли решение о том, что редактор газеты Лев Шлосберг (но как частное лицо, естественно), должен согласиться на обязанности представителя родителей в суде. Как редакция мы, как ни странно, в суде были только один раз. Но опыт других судебных процессов у редактора есть. Поэтому признаем: мы заняли сторону детей, родителей и учителей полностью и официально. Что называется, подписались. Признаем: мы пристрастны, и у нас нет никаких оснований стыдиться этого. Потому что мы убеждены в правоте той борьбы, которую ведут жители сельской волости с махиной районных и областных властей. И когда они сделали следующий шаг в этой борьбе, мы не могли не пойти дальше вместе с ними.

Наши права и свободы

Ирина Демидова: «Я –
законопослушный человек,
плательщик налогов, работаю
19 лет, мы с мужем всю жизнь
платим налоги, и неужели мы
не заслужили права учить
детей там, где мы живем!»
Фото: Алина Шагарова
Да, на это надо было решиться: вызвать в суд всех представителей местных властей – председателя Собрания, главу района, районную администрацию.

На это надо было решиться – встать в суде и в лицо, под протокол, спрашивать – почему, на каком основании вы нарушили права и свободы наших детей и наши права.

На это надо было решиться – заставлять чиновников отвечать на вопросы, на которые они не хотят отвечать. Ни людям, ни себе самим. Ни Богу.

Это называется на самом деле просто – гражданский поступок. Но попробуйте совершить его сами. Попробуйте.

С заявлением об оспаривании решения органа местного самоуправления в Себежский районный суд обратились Ирина Демидова, сын которой должен пойти в пятый класс Малаховской основной школы, и Наталья Трашкова – её сын перешел в девятый.

Аргументы заявителей знакомы каждому, кто внимательно следил за развитием событий вокруг реорганизации школ в Себежском районе и нашими публикациями: присоединение Малаховской основной школы к Идрицкой средней школе в качестве отделения фактически является ликвидацией присоединяемого учебного заведения. Ирина Демидова и Наталья Трашкова указали в своем заявлении, что «Малаховская основная общеобразовательная школа имеет лицензию на право осуществления образовательной деятельности по образовательным программам, указанным в приложении (общеобразовательные программы дошкольного образования, общеобразовательные программы начального общего образования, общеобразовательные программы основного общего образования), сер. А № 029644, рег. № 9 от 8 июля 2004 г. (срок действия до 8 июля 2009 г.), выдана Управлением образования Себежского района.

Таким образом, Муниципальное образовательное учреждение «Малаховская основная общеобразовательная школа» является юридическим лицом, имеющим право осуществления образовательной деятельности в сфере дошкольного образования, начального общего образования, основного общего образования и право выдачи документов об образовании государственного образца».

Однако, согласно решению Себежского районного Собрания депутатов от 26 июля 2007 года № 113 Малаховская основная школа перестает быть субъектом образовательного процесса, прекращает оказание услуг в сфере образования, ее лицензия утрачивает силу (абзац 2 п. 2 ст. 34 Федерального закона «Об образовании», в редакции Федерального закона от 03.11.2006 г. № 175-ФЗ), и по завершении процедуры присоединения к другому муниципальному образовательному учреждению будет исключена из Единого государственного реестра юридических лиц. Поэтому родители учеников расценивают последствия решения районного Собрания депутатов не иначе как ликвидацию школы. Ликвидация же сельской школы в соответствии с п. 5 ст. 34 Федерального Закона «Об образовании» не может происходить без согласия схода граждан населенных пунктов, обслуживаемых этой школой.

Схода граждан с повесткой дня «О реорганизации (ликвидации) муниципального образовательного учреждения «Малаховская основная общеобразовательная школа» никто, как известно, не инициировал и согласия жителей на прекращение деятельности Малаховской основной школы никто не получал. Потому что такого согласия никто не давал.

Более того, 6 июля 2007 года в адрес Собрания депутатов Себежского района было направлено коллективное обращение с требованием сохранить Малаховскую основную общеобразовательную школу и против перевода учащихся в Идрицкую среднюю школу. Письмо подписали 215 совершеннолетних жителей Красноармейской волости (всего в волости, по данным на 1 января 2007 года, проживало 305 совершеннолетних граждан).

Кроме того, 26 июля двенадцать депутатов Себежского районного Собрания благородно и щедро решили, что они могут «помочь» и тем детям, для которых так называемый «подвоз» неприемлем, поскольку они не могут совершать ежедневные (и длительные) поездки в автобусе по состоянию здоровья. И в решении Собрания появился пункт, предписывающий администрации Себежского района «обеспечить нуждающихся в проживании местами в пришкольном интернате» и «дать согласие на аренду помещений общежития ФГОУ СПО «Идрицкий сельскохозяйственный техникум» для использования в целях проживания школьников МОУ «Идрицкая общеобразовательная школа».

Начальник отдела образования
администрации Себежского района
Лариса Кремс: «Нас тут зовут
на борьбу. С кем бороться?
Работать надо!»
Фото: Алина Шагарова
В своем заявлении в суд матери указали, что, по существу принятого Собранием депутатов Себежского района решения, предполагается изымать детей из семей на пять дней в неделю из семи (в соответствии с учебным расписанием) с проживанием в общежитии образовательного учреждения среднего профессионального образования, в отрыве от семьи. И с этим категорически не согласились. Тем более что облагодетельствовали ребят из дальних деревень пока только на бумаге – интернат для них обещают подготовить лишь к 1 октября. Родители даже примерно не представляют, в каких условиях предлагают жить практически всю неделю их детям. В любом случае, вряд ли кто-то взял бы на себя смелость утверждать, что в интернате детям будет лучше, чем дома.

Законодатель тут на стороне родителей – в соответствии с п. 1 ст. 54 Семейного кодекса Российской Федерации ребенок имеет право жить и воспитываться в семье. «Каждый ребенок имеет право жить и воспитываться в семье, насколько это возможно, право знать своих родителей, право на их заботу, право на совместное с ними проживание, за исключением случаев, когда это противоречит его интересам. Ребенок имеет права на воспитание своими родителями, обеспечение его интересов, всестороннее развитие, уважение его человеческого достоинства», - отмечено в заявлении родителей, которые считают, что своим решением депутаты районного Собрания нарушили не только Федеральный закон «Об образовании», но и ряд положений Семейного кодекса РФ.

Кроме того, нарушен Федеральный закон «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации». В соответствии с п. 2 ст. 13 этого закона «принятие федеральным органом исполнительной власти, органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органом местного самоуправления решения о реконструкции, модернизации, об изменении назначения или о ликвидации объекта социальной инфраструктуры для детей, являющегося государственной и (или) муниципальной собственностью, не допускается без предварительной экспертной оценки уполномоченным органом исполнительной власти, органом местного самоуправления последствий принятого решения для обеспечения жизнедеятельности, образования, воспитания, развития, отдыха и оздоровления детей, для оказания им медицинской, лечебно-профилактической помощи, для социального обслуживания. В случае отсутствия экспертной оценки такое решение признается недействительным с момента его вынесения».

Заявительницы сообщили суду, что экспертная оценка при принятии решения о реорганизации муниципального образовательного учреждения «Малаховская основная общеобразовательная школа» уполномоченными органами местного самоуправления не производилась, представители Красноармейской волости, школьного коллектива, родители обучающихся в школе детей к проведению экспертизы не приглашались.

Ирина Демидова и Наталья Трашкова просили суд признать решение Собрания депутатов Себежского района № 113 «О даче согласия на реорганизацию муниципальных общеобразовательных учреждений Себежского района» незаконным с момента принятия и отменить данное решение.

Заявления граждан с оспариванием действий властей рассматриваются судами в ускоренном режиме – в течение не более чем десяти дней.

Заявления были поданы в суд 8 августа. 17 августа 2007 года, в пятницу, началось судебное заседание под председательством судьи Любови Борисенко. Решение было вынесено 20 августа, в понедельник.

Экспертиза показала…сь?

Глава Красноармейской волости
Виктор Лапшин: «Ни один
человек не поедет работать туда,
где нет школы для его детей».
Фото: Алина Шагарова
Это были тяжелейшие два дня для всех участников процесса. Буквально за полчаса до его начала заявители узнали, что администрация Себежского района представила в суд документ, названный «экспертной оценкой». Документ, который в глаза не видели ни педагогический коллектив Малаховской средней школы, ни родители, ни представители волостных властей. Как выяснилось впоследствии, не видели его и депутаты районного Собрания (в представленном к сессии пакете документов отдел образования администрации Себежского района ограничился некоей «аналитической запиской»). При том, что законодательство, напомним, четко определило: при отсутствии экспертной оценки решение о реконструкции, модернизации, об изменении назначения или о ликвидации объекта социальной инфраструктуры для детей признается недействительным с момента его вынесения.

Даже при беглом знакомстве с представленной в суд «экспертной оценкой» («благоразумно» датированной, кстати, 4 апреля 2007 года) заявители обнаружили, что пункты, по которым должна проводиться экспертиза последствий принимаемого решения, мягко говоря, сокращены. Можно сказать – ликвидированы. Нет оценки дальнейшего обеспечения жизнедеятельности, воспитания, развития, отдыха и оздоровления детей, возможностей оказания им медицинской, лечебно-профилактической помощи, социального обслуживания. Фактически оценена была только финансовая сторона последствий «реорганизации» (естественно, положительная: получается экономия, хотя такого предмета у экспертной оценки вообще быть не должно) и возможность дальнейшего предоставления образовательных услуг (естественно, не все школы еще «оптимизированы», есть еще где учиться в Себежском районе).

Что может показать такая «экспертиза»? Что «больной» умер от вскрытия? Но ни один из вышеприведенных аргументов (все они были озвучены и в ходе заседания) не смог убедить представителей отдела образования администрации Себежского района в том, что данная бумага не является экспертной оценкой, оформленной к тому же с вопиющими нарушениями закона.

Впрочем, уровень подготовленности муниципальных чиновников к судебному разбирательству обнаружился в самом начале процесса, до начала разбирательства по существу. И первый заместитель главы района Николай Ковалев (сам Владимир Афанасьев в суд не явился), и начальник районного отдела образования Лариса Кремс, и главный специалист отдела образования районной администрации Валентина Даниленко попытались резко возразить против участия в судебном заседании в качестве представителя заявителей редактора «Псковской губернии» Льва Шлосберга. Судя по всему, районным чиновникам очень хотелось общаться в суде с родителями учащихся Малаховской школы наедине – в смысле «без посторонних». «Основания» для «отвода» (право на который, к слову, у ответчиков отсутствовало по закону) были приведены весьма странные. Господина Ковалева не устраивала партийная принадлежность господина Шлосберга, а госпожа Даниленко не могла оправиться после тех «оскорблений», которые якобы нанесла уважаемым людям («с упоминанием имен, фамилий, отчеств!») «свободная газета «Псковская губерния» (так и сказала, спасибо!) в серии публикаций о реорганизации школ в Себежском районе.

Представителю заявителей пришлось напомнить заинтересованным лицам законодательство: представлять интересы заявителей в суде может любой дееспособный гражданин. Кроме того, Лев Шлосберг указал чиновникам, что принимает участие в разбирательстве как частное лицо и дал согласие быть представителем не кого-либо, а именно родителей учащихся, позицию которых разделяет. С «партийным вопросом» было покончено, а вот мнение обозревателя «ПГ» (то есть моё – прим. Авт.) не давало покоя госпоже Даниленко еще долго и неоднократно – до тех пор, пока практически все участники процесса едва ли не хором попросили ее не отвлекаться от сути вопроса.

«У вас какое образование?» - поинтересовалась Любовь Борисенко у Льва Шлосберга. – «Высшее, Ваша честь, но ведь это не имеет значения для суда». И судья допустила господина Шлосберга к процессу.

Впрочем, выступления заявителей и их представителя по существу дела заставили, судя по всему, представителей себежских властей хотя бы на какое-то время забыть о своей и чужой партийности, высшем образовании и даже, не побоюсь это написать, о «свободной газете «Псковская губерния». Люди были готовы к суду.

Изначально ни один из чиновников: ни господин Ковалев, ни госпожа Кремс, ни госпожа Даниленко не поддержали заявление родителей Малаховской школы. Представители районного Собрания депутатов 17 августа в зале суда так и не появились, спрашивать в тот день было не с кого. Но 20 августа принявший участие в заседании депутат Василий Солдатенков также сообщил, что он, как представитель Собрания, заявителей поддержать не вправе. Напомним, что господин Солдатенков – один из четырех депутатов, голосовавших против варианта реорганизации Малаховской школы, вынесенного на последнюю сессию.

Заминка поначалу вышла только с директором Идрицкой средней школы Натальей Дударь, приглашенной ответчиками в качестве третьего лица на своей стороне. Директор школы, которая «волею судеб» оказалась вовлечена в конфликт власти и граждан, несколько растерянно призналась: «Я даже не знаю, какую позицию мне занять». Но после недолгих колебаний и она решила заявление родителей не поддерживать.

«Нас просто обманули!»

Депутат Себежского районного
Собрания Василий Солдатенков:
«Решение районного Собрания
депутатов основывалось на
безысходности ситуации».
Фото: Алина Шагарова
Содержание заявления мы достаточно подробно изложили выше. В своем выступлении госпожа Демидова еще раз подтвердила, что согласия на фактическую ликвидацию школы ни сход граждан, ни родители учащихся не давали. И мероприятие, прошедшее в клубе деревни Исаково, которое администрация района была склонна называть сходом граждан, было встречей районных властей с родителями учеников. Хотя зачем властям надо было пытаться представлять собрание сходом – уму непостижимо. Да, на встречу пришли бабушки, дедушки, другие родственники детей, родители будущих учащихся школы, но сходом эта встреча ни в коей мере не являлась. Ни протокола схода, ни его решения, ни результатов голосования граждан по вопросам, которые должны быть заранее обозначены в повестке дня схода и обнародованы, не было и не могло быть. Это была встреча граждан и чиновников. Единственным результатом встречи стало то, что родители еще раз четко донесли свою позицию до представителей местной и областной власти: подвоз учащихся 5-9 классов в Идрицкую школу их категорически не устраивает и они настаивают на сохранении Малаховской школы в статусе юридического лица. Им нужна своя школа. Точка.

Ирина Владимировна сообщила, что при попытке родителей высказать свои возражения против подвоза, Лариса Михайловна Кремс им тут же заявила, что ни о каком подвозе речи уже нет, рассматривается предложение о сохранении всех классов «второй ступени» на месте, в здании Малаховской школы, которая может стать отделением Идрицкой школы. «Нас просто обманули!» - констатировала Ирина Демидова, напомнив, что через два дня на сессию районного Собрания было вынесено только предложение о реорганизации Малаховской школы путем присоединения к Идрицкой, после которого в Исаково должны остаться только начальные классы и дошколята. Остальным – подвоз или не подготовленный еще для жизни интернат. «Таково было решение учредителя» - холодно прокомментировала позже госпожа Кремс, никак не персонифицируя учредителя.

Как мама, Ирина Демидова не могла не отметить таких «незначительных» последствий фактической ликвидации школы, как отсутствие гарантий безопасности школьников в дороге. Отвечая на вопрос судьи по поводу безопасности перевозок, первый заместитель главы района Николай Ковалев был вынужден сообщить факт недавней аварии школьного автобуса в Себежском районе. Автобус с детьми из Сутокской школы перевернулся по вине нетрезвого (!) водителя местного АТП. Дети вылезали через окна. В другом автобусе отказали тормоза, и он съехал в кювет. В Красноармейской волости пути подвоза детей со всех сторон оставляют желать много лучшего. Водитель рейсового автобуса, во всяком случае, часто отказывается следовать до конечного пункта своего маршрута (там тоже живут ученики из Малаховской школы), мотивируя это тем, что он «хочет жить». Плюс – удорожание питания ребенка в школе и удорожание всей его подготовки к учебному году. Не учебной, а материальной подготовки: только форменный костюм, который обязательно должен носить ученик Идрицкой средней школы, обойдется сельской семье в 1200-1500 рублей.

Кроме того, Ирина Демидова подтвердила, что документ, называемый районным отделом образования «экспертной оценкой» последствий реорганизации и подписанный исключительно сотрудниками районной администрации, она впервые увидела за полчаса до начала судебного разбирательства.

Наталья Трашкова отметила, что как родитель, довольна качеством образования, которое ее сын получает в Малаховской школе, и ее абсолютно устраивают условия, в которых мальчик получает знания: «Я, мой муж, мой сын, моя дочь – все учились в нашей школе, я хочу, чтобы мои дети могли учиться именно в нашей школе!» Сын – без пяти минут выпускник школы, через год ему в любом случае предстоит сделать выбор образовательного учреждения для продолжения обучения. Но этот последний, такой важный, год он хотел бы учиться в родной школе, в которой учился с первого класса. И жить – дома!

Директор Малаховской школы Галина Жиглова, участвовавшая в заседании, как третье лицо, описала более чем годовую историю борьбы районных властей против существования школы, напомнив, что в «истории» фигурирует и опротестованное прокуратурой постановление главы Себежского района, которым он пытался реорганизовать школы даже без согласования с районным Собранием. Представленную суду «экспертную оценку» директор реорганизуемой школы также доселе не видела. Галина Жиглова подтвердила: «Никогда не поднимался вопрос о качестве образования в Малаховской школе, никогда!» И еще: «Я не встречала в волости людей, которые не поддерживают школу». Вот, собственно говоря, и корень силы этих людей.

Уважаемый суд имел возможность убедиться, что, согласно постановлению районного Собрания, прекращает свое существование школа, дающая своим ученикам качественные знания. В том числе знания по немецкому языку: Галина Жиглова, последнее время неоднократно выслушавшая упреки по поводу того, что она преподает язык детям, не имея на то специального образования, представила в суде сертификат, подтверждающий высокое знание немецкого. Тут не будет лишним напомнить, что знание немецкого языка выпускники Галины Сергеевны подтверждают в других школах и профессиональных учебных заведениях. Об этом не раз говорили (в том числе в ходе судебного процесса) родители детей, уже закончивших Малаховскую школу.

Последние три года подряд школа получала почетные грамоты от главы района «за развитие образования». Она и сейчас полностью готова вести образовательный процесс. Собственно, школа даже «принята» к учебному году, правда, как отделение начальных классов Идрицкой средней школы. А ремонт помещений здесь сделали на спонсорские и собственные (собственные – это значит из своего, сельского учительского кошелька!) деньги. Район не дал ни рубля.

Оскал капитализма

Директор Малаховской основной
школы Галина Жиглова: «Я не
встречала в волости людей,
которые не поддерживают школу».
Фото: Алина Шагарова
Любопытно было после выступления заявителей послушать противную сторону – заинтересованных лиц из органов местного самоуправления. После почти двух месяцев нашего наблюдения за развитием событий, сложилось впечатление, что их аргументация сильно зависит от аудитории, перед которой они защищают свои реорганизационные планы. Что-то скажут они в суде?

Если приходится доказывать родителям, что их детей надо везти за знаниями за 16-30 км или помещать в интернат, то используется тактика «добрых следователей», которые всей душой рады бы оставить хорошую школу и детей в покое, но не имеют на это никакой финансовой возможности. Потому как государство в лице субъекта Федерации (то бишь Псковской области), утверждающее норматив финансирования школ исключительно в привязке к числу учеников в классе, не позволяет им этого сделать. Областной бюджет платит зарплату учителям, а не муниципальный. То есть государство в лице области – не платит. Ему не по карману учителя Малаховской школы, у которых так мало учеников в классе – далеко не 25, как предусмотрено для городских школ и даже не «обещанные» для сельских школ 14. В Малаховскую школу «за учениками» могут прийти деньги, которых хватит только на ставки четырех педагогов. Вот в этом дело, вот с этим ничего нельзя поделать. Так обычно говорят чиновники родителям. Не виноватые мы, это – они, областники.

Но на уровне власти (при общении, например, сотрудников администрации района с депутатами районного Собрания, среди которых нет педагогических работников, о чем пожалела госпожа Даниленко, уж они-то сразу вникли бы в суть «дела») используется другая тактика. Чиновники депутатам говорят о КАЧЕСТВЕ образования и КВАЛИФИКАЦИИ учителей. То, что удовлетворяет родителей, теперь категорически не удовлетворяет местную власть: материально-учебная база плохая – 20 лет не обновлялась (ценное признание от учредителя школы), компьютеров мало, интерактивных досок вообще нет, дети существуют в замкнутом социуме (считается, что там, где в классе 25 учеников, дети учатся лучше, чем при занятиях с учителем в малых группах), учителя с недостаточным уровнем образования, некоторые ведут предметы не по специальности. Например, в Малаховской школе учитель физкультуры – без высшего образования, что совершенно, совершенно недопустимо. Правда, его ученики в неплохой физической форме (например, старший сын Ирины Демидовой поступил в кадетский корпус, показывает хорошие результаты в физической подготовке), а самого учителя уже приглашали на работу в ту же Идрицкую школу, но какое это имеет значение, если ТЕПЕРЬ это НЕДОПУСТИМО? И не задавайте чиновникам вопросы – почему столько лет было допустимо, а теперь – нет. Ответ будет очень своеобразным: недопустимо, потому что это недопустимо ТЕПЕРЬ.

В суде представители отдела образования применили смешанную тактику, но, тем не менее, с «качественным» уклоном. Выступления ответчиков большей частью состояли из описывания преимуществ образования в Идрицкой средней школе (достоинств которой, к слову, никто не оспаривал: родители говорили лишь о том, что всему свое время – придет время, и дети поедут в 10-й класс в Идрицу, поедут, готовые к этому морально и физически, а не в возрасте 10-13 лет). При этом акцент делался на явном отставании Малаховской школы «от прогресса». Есть интерактивная доска – есть прогресс. Нет интерактивной доски – нет прогресса. Хоть ты тресни. Но для сельских школ интерактивные доски просто не приобретают.

Или вот еще один аргумент: в Идрицкой школе есть грамотный психолог! Казалось, вот-вот произнесут: мы, возможно, создаем вашим детям психологические проблемы, зато у нас есть специалист, чтобы эти проблемы решать!

Но главное – ответчикам надо было совершить практически невозможное: доказать, что Малаховская основная школа будет продолжать существовать, будучи присоединенной к Идрицкой средней школе! Ясно, что даже своего названия школа не сохранит, не говоря о статусе юридического лица, лицензии, имуществе и учениках, но при этом она «как бы будет» существовать «внутри» другой школы. Потому что если признать, что школы больше нет, придется признать и все другие аргументы заявителей, которые НЕ ДАВАЛИ СВОЕГО СОГЛАСИЯ НА ЛИКВИДАЦИЮ ШКОЛЫ.

Видит Бог, себежские начальники понимали суть вопроса. Сколько раз, «чисто автоматически» они проговаривались под гул зала: «Если мы сейчас не ликвидируем вашу школу… Эээ.. не реорганизуем». Напрасно, господа: правда сама слетает с языка.

Долго и проникновенно говорила госпожа Даниленко в суде о том, что «государственная политика в области образования шагнула далеко вперед». И теперь «мы не можем мириться с уровнем подготовки», который дает своим ученикам малокомплектная сельская школа. «Еще вчера нас это устраивало», - призналась госпожа Даниленко. Сегодня «их» это не устраивает. Поэтому и делается «все возможное, чтобы предоставить всем детям право на доступ к качественному образованию». Видимо, чтобы не было «отступа» от «доступа», и нужно «зарезать» Малаховскую основную школу, которая по-прежнему больше устраивает на данном возрастном этапе детей и их «неразумных» родителей из Красноармейской волости.

«У детей вашей школы отнято право обучаться в более качественном учебном заведении!», - до такой поразительной констатации поднялась Валентина Даниленко. То есть пока жива Малаховская основная школа, право выбрать другую у детей отнято, зато, как только она «растворяется» в Идрицкой школе, это право сразу появляется во всем многообразии: не хочешь в Идрицкую – езжай в Себежскую, или в Сосновоборскую, или в любую другую. Только езжай…

«Мы не отнимаем право выбора школы, но мы не можем позволить себе содержать Малаховскую основную школу!», - почти в отчаянии сформулировала позицию властей района «другими словами» главный специалист районного отдела образования. То есть по-хозяйски содержать-то ее можно, район в состоянии, но «наш регион не знает, где взять деньги на оплату труда учителям».

Иногда госпожа Даниленко в своей речи жалела школу, которой «хочется жить». Но сильнее всего жалела не детей, не учителей, не родителей. Жалела «своих, любимых». Да, на собрании родителей в Красноармейской волости доведенные до отчаяния люди «врезали» районным чиновникам по многим позициям. «Мне было жалко своего начальника, жаль главу района, жаль представителя из области», - с легким ужасом вспоминала перед судом Валентина Александровна свой второй «выход в люди» (за два дня до сессии, на которой школе приказали стать «растворенной»).

А себя-то как жаль: «Мы жили спокойно и занимались своими делами…» Видимо, сидели за столом, в культурной обстановке («Нас тоже реорганизовали, нас всего-то трое: Лариса Михайловна, я и Зоя Егоровна!»), писали программы оптимизации, реструктуризации и реорганизации, после которых район выбился в областные лидеры по сокращению сельских основных школ, а тут такое: открытые письма в газету, репортажи с сессий, на которых некоторые депутаты такую правду в лицо «отрежут», что не знаешь, как ответить («Я впервые видела Василия Ивановича, он на меня как зарычит, я так испугалась!»), страшные встречи с гражданами, которые почему-то думают, что власть для них, а не они для власти. Конечно, жаль себя. А дети… Что дети? Пусть привыкают. «К сожалению или к счастью, мы живем в эпоху капитализма. Мир урбанизируется, люди уезжают из села. Мир жесток, всем правят деньги», - договорилась Валентина Александровна до страшной правды, которую не услышишь с экранов телевизоров. Там все больше о социальном государстве толкуют и национальных проектах «Образование» и «Развитие агропромышленного комплекса».

В конце концов, ответственность за возникшие проблемы в процессе «организации реорганизации» главный специалист отдела образования района вдруг возложила на директора Малаховской школы. Оказывается, в администрации района на нее надеялись, считая, что Галина Сергеевна Жиглова, директор и волостной депутат, «будет успокаивать народ». И попутно «хоронить» свою же школу, заметим… «Видимо, надо было нам с вами тщательнее работать», - публично пожалела об упущенных возможностях в отношении Галины Жигловой госпожа Даниленко. И все это – в суде.

Невидимая школа

Госпожа Кремс, в свою очередь, объяснила, что никаких обещаний она родителям Малаховской школы не давала, поскольку не была на то уполномочена. И если кому-то послышалось, что речи о подвозе больше не идет, то, значит, ее плохо слушали. Плохо слушали и слышали госпожу Кремс, как оказалось, все 75 человек, присутствовавших на собрании. Это выяснилось уже при опросе свидетелей.

Кроме того, Лариса Михайловна подтвердила, что состав комиссии, проводившей так называемую экспертную оценку, никем официально в письменной форме не утверждался, задача проведения экспертной оценки никем не ставилась, сроки работы комиссии и сроки проведения экспертной оценки не утверждались. Но понимание, что данные действия противоречат закону, к начальнику районного отдела образования так и не пришло.

По мере звучавших выступлений чиновников, все сильнее становилось ощущение: эти люди сами не верят в то, что они говорят.

Изначально предполагалось, что в суде выступят 18 свидетелей. Все они приехали в Себеж. Но рассмотрение дела шло настолько детально, что заявительницы решили ограничиться 5 свидетельскими показаниями, на большее уже не хватало времени и физических сил.

Глава Красноармейской волости Виктор Лапшин, убежденный и последовательный сторонник сохранения школы, считающей, что школа – одно из условий сохранения жизни в волости, сообщил, что практически все мужское население трудоспособного возраста в волости теперь имеет работу. С женской занятостью хуже. Но рабочие места в волости создают. Совсем недавно был шанс построить даже заправочную станцию, но в последний момент инвестор отказался от идеи строиться именно в Красноармейской волости. Отказался после встречи с главой Себежского района, после которой сразу нашлась земля под строительство заправки около границы. Но есть и другие предложения от инвесторов. И еще будут. Была бы школа. Ни один человек не поедет работать туда, где нет школы для его детей.

Ольга Проценюк, работающая заведующей сельской библиотекой, рассказала, что ее старшая дочь – выпускница Малаховской школы – сейчас учится в школе Великих Лук (там живет бабушка). Учится очень хорошо, особенно учителя отмечают ее успехи по математике и немецкому языку (спасибо Галине Сергеевне).

Госпожа Проценюк невольно затронула еще один аспект ликвидации школы в Исаково. Местная библиотека во многом ориентирована на нужды и интересы школьников, она активно задействована в учебном процессе. Дети пользуются библиотекой при подготовке домашних заданий, для получения дополнительных знаний, написании рефератов. После их перевода в Идрицкую школу работа библиотеки окажется под вопросом. Как и работа центра досуга. В отсутствии школы волость становится практически «бездетной», «привозным» школьникам некогда будет заниматься в кружках, готовить праздничные мероприятия и участвовать в них. Для людей, особенно пожилых, действительно пропадает свет из окошек Малаховской школы: «И жизнь дома культуры, и жизнь библиотеки встанут сразу же!»

Именно Ольга Викторовна возразила госпоже Кремс, считавшей, что она не заверяла родителей в том, что подвоза не будет, что рассматривается именно вариант об оставлении 5-9 классов на базе Малаховской школы: «Вы так говорите, как будто 75 человек сидели в зале и все ничего не слышали!»

Татьяна Тюкова, мама троих детей, рассказала, что в свое время она поспешила, отдала старшую дочь в пятый класс Идрицкой школы. Ребенок стал часто болеть, жить в интернате девочка просто не могла: сильно скучала по дому, «организованный» режим питания оказался для нее неприемлемым. Уже через год родители вернули ее в Малаховскую школу. И все встало на свои места. Особую тревогу Татьяна Ивановна испытывает за судьбу своих сыновей (14 и 13 лет). Мальчикам учеба дается с большим трудом, чем дочери. Татьяна Ивановна опасается, что обучение «на дистанции» от дома, тем более при проживании в интернате, без родительского надзора скажется на их и без того скромных успехах не лучшим образом. Она же еще раз напомнила об известной российской беде: «Мы знаем, как у нас чистятся дороги! Они, можно сказать, не чистятся!» И – вот вам, слуги государевы: «Говорят о патронате, просят: берите детей в семьи, чтобы у них был дом, а наших детей мы должны отдать чужой тете?»

Валентина Шлюева взбодрила весь зал острой, как перчик, фразой, обратившись с судебной кафедры к госпоже Кремс: «И как это у вас получается: за один день переоделись, переобулись, и все поменяли!» Впервые с начала процесса в зале засмеялись.

Истина в вине

Продолжилось судебное заседание через два дня – 20 августа, в понедельник. Прибыл депутат Василий Солдатенков, который сообщил, что накануне, в воскресенье, ему позвонил председатель Собрания Виктор Полукеев и попросил явиться в суд. Господин Солдатенков, не без внутренних мучений восстанавливая в памяти процессы, происходившие вокруг реорганизации сельских школ, не сразу, но признал: решение схода граждан (был такой по зиме еще, в самом начале эпопеи) и предварительная экспертная оценка на сессии районного Собрания не обсуждались. На момент принятия решения депутаты «доверились информации администрации Себежского района: это их работа». Добавим, что своего аппарата у районного Собрания нет. Все юридические заключения для Собрания готовят специалисты районной администрации. Тем не менее, как представитель Собрания, депутат Солдатенков с доводами заявителей не согласился. Но не удержался от замечания: «Решение районного Собрания депутатов основывалось на безысходности ситуации. Мы не можем повлиять на губернатора и областное Собрание депутатов!». И признал: «Надо отдать должное коллективу школы: они борются».

И напомнил (бывший прокурор все-таки): есть прокурорская практика, «школьные автобусы» никак не приспособлены для подвоза детей, предельные расстояния подвоза превышаются, интернат не готов.

В заключение, после паузы, проговорил: «Есть мнение, что на депутатов происходило какое-то давление… Как сказать… Возможно, и было давление. Но… это не было основным фактором».

Сотрудники администрации смотрели на господина Солдатенкова с постепенно нарастающим ужасом.

На этом фоне госпожа Даниленко отчаянно пыталась доказать суду, что «для детей ничего не меняется», под потрясенный шепот зала: Малаховской школы не будет, детям надо либо совершать длительные поездки (намного дольше, чем утвержденные СанПиНами 20-30 минут: муниципальные чиновники расстояния замеряли «по радиусу», а не по фактической протяженности подвоза, которое отличается от радиуса в полтора-два раза – о «безопасности» этих «путей» мы уже говорили), либо жить в интернате, который еще неизвестно когда отремонтируют (госпожа Дударь, например, сообщила, что интернат на 20 мест будет готов к 1 января 2008 года), а все равно - «для детей ничего не изменится»! Только лучше будет – компьютеры, Интернет, интерактивные доски… «Мы ориентируем суд и родителей на эффективность образования!» Вот так – «мы ориентируем суд»! Создавалось впечатление, что начальники так и не поняли, что они в суде.

Госпожа Даниленко, выступая, перебирала в руках распечатки законов и призналась, что все выходные напролет, даже ночью, читала Семейный кодекс: «Я не вижу никаких нарушений!» Но тут же заметила: «Депутатам не разобраться, юриста в отделе образования нет, а надо бы!» Ох, надо бы…

Ну надо же догадаться просить: «Уважаемый суд! Помогите нам привезти детей и родителей в Идрицкую школу!»

А на вопрос об отсутствующей в сельских школах обязательной пожарной сигнализации ляпнуть: «А зачем тратить деньги? Смысла нет!»

Представляя суду письма администрации района в администрацию области с просьбой об увеличении средств на образование (все больше, правда, на Идрицкую школу и на компенсацию затрат по сокращению учителей сельских школ), Николай Ковалев сказал: «Нам ни на одно письмо в 2006 году даже не ответили! В 2007 году мы, наученные горьким опытом, даже не писали».

И тогда же, улыбнувшись, неожиданно попросил суд: «А давайте спросим детей!» Судья напомнила первому заместителю главы района, что родители являются законными представителями своих детей и избавила тем самым учеников от встречи с местными властями «лицом к лицу». Это было гуманно, конечно. Особенно если вспомнить чудный аргумент Николая Ильича: «Почему мы отказываемся пить вино, не попробовав? Давайте попробуем!» – озвучил нечаянный образ господин Ковалев. И тут же благоразумно вернулся к «уровню образования».

«Ломоносов пришел в Петербург без ноутбука в холщовой сумке!», - заметила властям Ирина Демидова. Но доводы родителей о том, что высокотехнологичные игрушки от детей никуда не уйдут – лишь бы ко времени пользования ими дети подошли живыми и здоровыми, умеющими в первую очередь думать, а не нажимать на кнопки клавиатуры, на заинтересованных лиц впечатления не производили. От суда они ждали лишь подтверждения своей правоты. Николай Ковалев так и сказал: «Мы ждем от суда подтверждения законности наших действий, чтобы продолжить работу».

«Нас тут зовут на борьбу. С кем бороться? Работать надо!» - тяжело вздохнув, коротко высказалась в последнем слове госпожа Кремс, сказав, что отказывается от написанного заранее многостраничного выступления.

Оппоненты родителей не хотели слышать о том, что работают они в органах местного самоуправления, не входящих, согласно Конституции, в систему органов государственной власти. Что государственная политика может измениться (а в нашем государстве порой – мгновенно). Что губернаторы приходят и уходят – так же, как и главы районов, и депутаты. А люди остаются. Или не остаются… И что главная задача властей – отстаивать права и интересы этих людей, защищать их, помогать им.

В конце концов, как сказала Ирина Демидова, «Я – законопослушный человек, плательщик налогов, работаю 19 лет, мы с мужем всю жизнь платим налоги, и неужели мы не заслужили права учить детей там, где мы живем!» Ответа на этот риторический вопрос со стороны чиновников, получающих заработную плату из налогов, не последовало.

Господин Шлосберг заметил оппонентам, что если в Себежском районе и дальше будет продолжаться такая политика, то лет через пять в суд придется ездить в Опочку или даже в Великие Луки…

Исчерпав все юридические аргументы, представитель заявителей сказал, что если суд поддержит требования родителей, то, может быть, это поможет Собранию депутатов тверже защищать права своих избирателей, поможет администрации района быть более уверенной в общении с областными властями. Ведь закон – на одной стороне. И тогда жители Себежского района и власти Себежского района будут по одну сторону барьера, а не по разные, как получилось в суде.

Всё, что смогли

Судебное заседание подходило к завершению тяжело. Стороны исчерпали свои доводы, повторив их по несколько раз. Иногда появлялась надежда, что вот-вот представители власти все же услышат людей – уж за пятнадцать-то часов, за два дня, можно и вслушаться, и проникнуться. Но – не вслушались, не прониклись. В последних словах своих просили суд заявителям отказать – полностью.

На оглашение решения суда Николай Ковалев и Василий Солдатенков не пришли.

Любовь Борисенко огласила только резолютивную часть решения: заявления Ирины Демидовой и Натальи Трашковой о признании незаконным и подлежащем отмене решения Собрания депутатов Себежского района № 113 «О даче согласия на реорганизацию муниципальных общеобразовательных учреждений Себежского района» удовлетворить, решение отменить с момента его вынесения, при этом приостановить действие данного решения Собрания до вступления в законную силу решения суда.

Полный текст решения суда участники процесса получат 24 августа. Мы еще не знаем, что именно в нем будет написано, какие именно аргументы суд принял во внимание. Но мы знаем, что выигравшие суд родители плакали. Плакала директор школы Галина Жиглова, когда-то сказавшая мне, что никогда не плачет на выпускных вечерах. Только один раз это случилось – в этом, 2007 году. Тогда Галина Сергеевна думала, что это был последний выпускной в Малаховской основной школе. 20 августа 2007 года появилась надежда, что не последний.

Мы не видели лиц «заинтересованных лиц», которые очень быстро покинули зал суда, не сделав шага навстречу, – видимо, все-таки пожелав остаться по другую сторону барьера.

Мы знаем: Малаховская основная школа по решению суда должна жить. Право учить своих детей в своей школе отстояли сами родители. Мы знаем: они сделали всё, что могли. И мы знаем, что большего не мог сделать никто.

Елена ШИРЯЕВА. Себеж-Псков.

 

1 См.: «Мы считаем это позорным фактом» // «ПГ» № 25 (344) от 27 июня - 3 июля 2007 г.

2 См. Е. Ширяева. Прощай, Родина! // «ПГ» № 27 (346) от 11-17 июля 2007 г.; Е. Ширяева. Снова отстояли // «ПГ» № 28 (347) от 18-24 июля 2007 г.; Е. Ширяева. Бессильные всесильные // «ПГ», № 29 (348) от 25-31 июля 2007 г.;

3 См. Е. Ширяева. (С)дача согласия // «ПГ» № 30 (349) от 8-14 августа 2007 г.; Л. Шлосберг. Дорога к школе // «ПГ» № 30 (349) от 8-14 августа 2007 г.; Три ответа // «ПГ» № 30 (349) от 8-14 августа 2007 г.

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  10429
Оценок:  22
Средний балл:  10