Статья опубликована в №41 (360) от 24 октября-30 октября 2007
Политика

Анатолий Тиханов: «Нужно быть либералом, но при этом не отрываться от реалий»

 Максим АНДРЕЕВ 24 октября 2007, 00:00

АПИ «Навигатор» и «Псковская губерния» продолжают знакомить читателей с лидерами партийных списков, выдвинутых от Псковской области на выборах депутатов Госдумы РФ пятого созыва. Наш сегодняшний собеседник – депутат Псковского областного Собрания, председатель регионального отделения партии «Союз правых сил», Анатолий ТИХАНОВ.

«Некоторые сели в самолет, но не знают, сколько стоит буханка хлеба»

Анатолий Тиханов.
Фото: Александр Тимофеев
– Анатолий Владимирович, прокомментируйте, пожалуйста, федеральную и региональную предвыборные тройки СПС.

– Начнем с того, что и федеральную и региональную тройку формировал партийный съезд, где были представлены все регионы. Это чтобы некоторым не казалось, что все это формируется на региональном уровне. Да, наша региональная конференция рекомендовала нескольких кандидатов для включения в тройку, но съезд мог прислушаться, а мог не прислушаться.

Региональная тройка выглядит следующим образом: первым номером утвердили Анатолия Тиханова, вторым номером Николая Соболя и третьим номером Алексея Новоселова.

С федеральной тройкой все было достаточно неоднозначно. Предложения были собраны от всех регионов, тут демократия наблюдалась во всем ее размахе. И уже перед съездом развернулась дискуссия о том, кому быть в тройке.

Если, допустим, по Никите Белых не было никаких дискуссий, никто не возражал, что Белых как лидер партии должен возглавить список, то по Немцову вопросы были. Они были сняты только за две-три недели до съезда. Что касается третьей кандидатуры, то наши идеологи почему-то решили, что непременно должна быть женщина. Тут даже жаркие споры разгорелись.

Некоторые считали, что это должна быть Мария Гайдар: она – один из лидеров молодежного движения СПС, и фамилия у нее звучная. Другие считали, что достойна Ирина Ясина, дочь Евгения Ясина. То есть делался упор на некий принцип «отцы–дети».

Потом рассматривались некоторые другие кандидатуры. Естественно, Ирина Хакамада не рассматривалась, потому что она уже несколько лет не является членом партии. И остановились на Мариэтте Чудаковой. Какие в ее пользу доводы были? Трудно сказать. Я сам на съезде не был. Бесспорно, что она известный литературовед, специалист по Булгакову, ученый, демократ, с либеральными взглядами, еще ельцинской эпохи. Тут никто не возражал, поэтому на этой фигуре остановились, и она была утверждена на съезде.

– Как вы видите избирателя «Союза правых сил»?

– Вопрос конечно, лучше адресовать тем, кто у нас непосредственно организует избирательную кампанию и ведет ее. Я по этому поводу могу сказать следующее: наши избиратели – это не одни только предприниматели и молодежь, как некоторые считали раньше. Будет более широкий спектр избирателей, вплоть до пенсионеров и ветеранов.

Поэтому упор делается не только на голые либеральные идеи, ничем не подкрепленные и многим даже непонятные. Сейчас ситуация изменилась. Либеральные идеи никуда не делись, никуда не ушли, они остались, но разъясняются на достаточно простом и доходчивом языке, для ветеранов и пенсионеров. Так что электорат достаточно широкий.

– Вы говорите – «либеральные идеи». А как, в принципе, можно сформулировать идеологию СПС?

– Она прежняя: права и свободы граждан, частная собственность. Либеральные идеи по-прежнему остаются во главе угла, просто нужно четко представлять нынешнее положение наших граждан. Положение-то незавидное. И сегодня так, и вчера так было, и два-три года назад… Нужно что-то менять, и менять к лучшему… Мы кричим, что с долгами почти рассчитались, цены на нефть растут, и одновременно продовольствие дорожает! А правительство как воды в рот набрало, и не может объяснить: а чего это цены выросли и как с этим бороться?

Мы дошли до того, что спикер Совета Федерации предлагает: нужно монополизировать торговлю продуктами. О чем он говорит-то? Это он нас к чему толкает? К карточной системе! Продукты-то пропадут, если они на них цены зафиксируют, продуктов-то не будет! Я прекрасно помню, и вы, наверное, помните, как у нас были талоны, но не было продуктов.

Мы этого хотим? Мы этого не хотим! Мы за рыночную экономику, мы за свободу конкуренции, мы за частную собственность. Естественно, мы всегда говорим: что велосипед изобретать? Он изобретен, посмотрим на Запад. Не надо, конечно, брать и полностью переносить западные матрицы на нашу землю, они не подходят. Но, тем не менее, Запад успешно развивается, и там народ благополучно живет. А у нас все какие-то катаклизмы и проблемы. Мы против этого.

– «Союз правых сил» был создан в 1999 году, накануне выборов Госдумы третьего созыва. Как вы считаете, какая самая крупная ошибка была совершена партией за эти годы?

– Партией была совершена крупная ошибка при подготовке к прошлым думским выборам. Это был некий отрыв от реальности. Когда наши лидеры снялись в рекламном ролике, где они сидели в самолете с кожаными сиденьями, то тем самым, на мой взгляд, они символизировали некий отрыв от народа: «вы там летаете, а мы здесь будем голосовать за других», сказали люди.

Нужно быть либералом, но при этом не отрываться от реалий. А то некоторые сели в самолет, но забыли или даже не знают, сколько стоит буханка хлеба. Этот отрыв привел к чему? К поражению на выборах. «Союз правых сил» не представлен в нынешней Госдуме. Это, на мой взгляд, главная ошибка. Оторвались.

«Если бы мы бы не стояли бы в оппозиции «ЕР», то, наверное, я был бы во фракции «Единой России»

– «Союз правых сил» – это оппозиционная партия?

– На сегодня – да, СПС является одной из оппозиционных партий, а, может быть, и единственной оппозиционной.

– А по отношению к властям Псковской области СПС также позиционирует себя как оппозиционную силу?

– Естественно, если наша региональная власть представлена «Единой Россией», то СПС является оппозиционной. Если бы, допустим, мы не стояли бы в оппозиции «ЕР», то, наверное, я был бы во фракции «Единой России». А я пока членом этой фракции не являюсь и вступать в «Единую Россию» не собираюсь.

– Если представить себе, что Ваша партия заручилась поддержкой большинства россиян и, соответственно, имеет возможность расставлять своих людей на самые главные государственные посты, то кто из лидеров СПС стал бы президентом России, спикером Госдумы, премьером?

– Мечтать не вредно, что называется, но надо мыслить и смотреть на вещи реально. Этого не произойдет, СПС большинства не наберет. Вы прекрасно понимаете, какая сейчас ситуация у нас в стране: не до жиру, быть бы живу, я бы так сказал. Поэтому об этом речи не идет. Но «Союз правых сил» должен быть представлен в Госдуме, и я думаю, что он будет представлен, и свои 10% наберет. По крайней мере, мы приложим для этого максимум усилий, чтобы иметь трибуну, чтобы высказывать свое мнение и иметь возможность вносить законопроекты в Государственную Думу и как-то влиять на процессы, которые происходят в нашей стране.

А то ведь мы так можем докатиться до примера Казахстана. Там ведь одна партия прошла, да? Наверное, у нас этого не произойдет, но все говорит о том, что это может случиться. Похожая ситуация-то. Ну, может не одна партия пройдет, а две, хотя в Конституции у нас сказано, что наша политическая система должна быть многопартийной. Но все говорит о том, что наши лидеры, лидеры «Единой России», все делают для того, чтобы у нас осталась либо одна партия, либо две партии, чего, я считаю, не должно произойти.

– Кого Вы хотели видеть президентом после Путина? Правда, непонятно, когда будет это «после Путина», но, тем не менее…

– Путин сам говорил о том, что не останется президентом, не пойдет на третий срок, потому что Конституция не позволяет.

Хотя, конечно, есть возможность введения чрезвычайной ситуации, если какая-нибудь там война разразится. Сейчас вот начинает разгораться война между Турцией и Ираком, во что это выльется – неизвестно. Недавно была встреча с Ираном, по поводу Каспия, тоже непонятно, во что это выльется. Отношения с Грузией – тоже непонятно, в какое русло пойдут…

Причин разных может быть много, но чем все это закончится – мы не можем предугадать и говорить, что там как сложится. Но если представить, что Путин не будет президентом, то следующим мог бы быть Никита Белых, наш лидер партии, молодой, энергичный. Но он, к сожалению, президентом не станет, потому что по закону не может участвовать в президентских выборах. Если мне память не изменяет, президент должен быть старше 35 лет, а ему их еще пока нет, ему 33.

Кто бы мог? Не знаю. Сейчас трудно судить, потому что у нас те люди, которые могли бы претендовать на пост президента, в силу разных обстоятельств мало известны народу. Взять того же Никиту Белых. Он мало известен народу, потому что его не пускают на телеэкран, там совершенно другие лица примелькались, но только эти другие лица, наверное, не понимают, что слишком долгое мелькание иногда приводит к совершенно противоположному эффекту, к раздражению.

– Путин и сам, незадолго до того, как стал президентом, был мало известен народу…

– Здесь, скорее всего, будет разыгран точно такой же или похожий сценарий. Я думаю, что будет разыграна ситуация с преемником. На кого укажет президент с его великим рейтингом, того и будут пытаться продвигать на выборах. Того, скорее всего, возможно, и изберут. Потому как такова у нас ситуация. Кто конкретно это будет? Трудно сказать, я думаю, что и сам Путин до конца не уверен, кто там будет.

Но кандидат точно будет рангом не ниже министра. То есть с каким-то начальным рейтингом. Без начального рейтинга трудно что-то сделать. Даже Путин – и то он был главой правительства перед тем, как пошел на президента. А кто реальные кандидаты? Это всем известно. Наиболее реальный, наверное, Зубков, коль он руководит сейчас правительством. И по всей видимости, ситуация сложится таким образом, у нас произойдет какое-то изменение государственного устройства: из президентской республики она может стать парламентской, по крайней мере, формально. Посмотрим. Нас ждут интересные изменения в самые ближайшие месяцы.

«Хорошо, у нас Путин президент, а если сейчас будет не Путин, а кто-то неизвестный?»

– В избирательное законодательство были внесены многочисленные изменения. Это и отмена голосования «против всех», и повышение порога прохождения для партий, и отмена порога явки. Как Вы считаете, они могут повлиять на исход выборов?

– Они, естественно, скажутся на итогах выборов. Потому что если они делаются – значит, из каких-то соображений тех, кто это делал. Решили отменить графу «против всех». Но кому она мешала, эта графа? Пусть народ ходит, голосует против всех, если он не видит в этом списке своего кандидата или своей партии. А так человека ставят в непонятное положение, и он просто не идет на выборы. Все эти изменения, в общем и целом, недемократичны.

– Что касается проходного барьера для партий. Каким он должен быть, по Вашему мнению?

– Пять процентов, я считаю. Когда шло голосование по поводу того, каким должен быть этот барьер на региональном уровне, я голосовал за пять процентов. Думаю, что и на федеральном уровне этого достаточно. В некоторых государствах есть трехпроцентный барьер. Трех, наверное, маловато, но пяти – достаточно. Чтобы хоть какие-то политические силы были представлены.

– Есть еще одно ограничение – количество членов партии должно быть не меньше 50 тысяч человек. К этому Вы как относитесь?

– Тоже негативно. Почему 50, а не 150, например? Или, допустим, почему не 5 тысяч? Откуда цифру-то взяли – 50? Как она исторически сложилась? Кто ее обосновывал? Кто-то, видимо, подумал, посчитал, исходя из текущей ситуации в России. Определили 50 тысяч и тем самым взяли и отсекли некоторые партии, которые, скажем так, не дотягивали до этой численности. Республиканскую партию Владимира Рыжкова на этом основании вообще отстранили от участия в политической борьбе. Я считаю, что это неправильно.

– А в целом, предстоящие выборы могут быть справедливыми?

– Справедливыми их назвать сложно. Потому что некоторые партии отстранены от участия в политической борьбе. Некоторые политики не нашли себя ни в одной партии, потому что кто-то, видимо, указал на то, что их просто быть не должно ни в одних списках, они стали изгоями, никуда не попали. Может, вели себя как-то не так… Но это же ненормальная ситуация!

– Вы сказали, что Россия в связи с «Планом Путина» из президентской республики может превратиться в парламентскую. А у СПС есть какая-то собственная версия государственного устройства нашей страны?

– СПС стоит на том, что у России должен быть сильный парламент. Получается, что у нас президент с неограниченными полномочиями. Сегодня это де-факто. Но так быть не должно! Хорошо, у нас Путин президент, а если сейчас будет не Путин, а кто-то неизвестный? Кто за него может поручиться? Кто может гарантировать, как он себя поведет, к чему приведет нашу Россию? Никто не может дать никаких гарантий.

Некоторые утверждают, что для России это свойственно – сильная рука, сильная личность. Роль личности в истории никто не отвергает, она есть и будет. Но не настолько абсолютной она должна быть. Поэтому парламент – парламент законно избранный, легитимный, сильный, должен быть. Он должен влиять на все процессы, на назначение высших должностных лиц. Я лично поддерживаю эту позицию, за это выступаю.

«Совершенно не хочется менять место жительства, что бы тут ни происходило»

– Последний и самый любимый мой вопрос: чем бы Вы занялись, на чью сторону встали бы в 1917 году?

– В 1917 году? Трудно сказать, как бы оно было, но я точно бы не был в рядах большевиков. Трудно об этом говорить, потому что нужно себе представить, где ты должен быть, определить свое место, понять, к какой социальной группе или классу ты принадлежал, какие у тебя были мировоззрение, образование, где ты территориально находился…

– Если Вас, нынешнего, забросить в Петроград 1917 года, что Вы там будете делать: на Дон пробираться, к батьке Махно?..

– Наверное, ни того, ни другого. А если было бы тяжело, я был бы в эмигрантской среде… А сейчас хочется жить в России. Понимаете, в чем дело? Если я здесь родился, то здесь пригодился, и хочется жить в России, совершенно не хочется менять место жительства, что бы тут ни происходило, хочется как-то влиять на этот процесс, который здесь происходит.

– А в 1991 году, исходя из того, что Вы сейчас знаете, думаете, какую бы Вы заняли позицию?

– В 1991 году позиция моя была уже понятна, я был выпускником вуза и работал в коммерческом предприятии... И в институте я отличался определенными политическими взглядами, был в группе тех, кто одними из первых в стране вышли из комсомола. Впереди нас были только МГУшные «выходцы» из комсомола. Некоторые наши сокурсники даже крутили пальцем у виска: мол, всё ли вы правильно делаете, товарищи?

На стороне ГКЧП меня сложно представить. Там я точно не был бы, и когда я об этом узнал, я сильно расстроился. Был рад, что все так благополучно разрешилось тогда, в 1991 году. Но эти 2 или 3 дня, сколько там это происходило, этот путч, было тяжелое настроение и тяжелые мысли, которые я просто гнал от себя. Мы ведь только вздохнули глоток свободы – в политическом смысле, в экономическом смысле…

Даже то предприятие, на котором я работал, было возможно только потому, что была Перестройка со всеми ее плюсами и минусами, и я как выпускник исторического факультета четко представлял, к чему все это могло привести тогда... Я не ездил на баррикады, некоторые наши поехали, а я был занят работой, у меня была семья, но всей душой и телом я был на стороне тех сил, которые победили в 1991 году.

– А в 1993 году?

– В 1993 году меня тоже сторонником Хасбулатова трудно было определить. Но те методы и средства, которые были тогда применены, я тоже не поддерживал, скажем так. Понятно, что нужно как-то было там решать этот вопрос, но стрелять из танков не стоило. Хотя, наверное, мы все тонкости и нюансы узнаем несколько позже, когда рассекретят некоторые документы.

– И все-таки, если бы была возможность все переиграть, что бы вы делали в октябре 1993 года: штурмовали бы Останкино, или танком командовали?

– Останкино я бы точно не штурмовал… Есть законы, бороться нужно за их принятие, за их выполнение. Я сторонник эволюционных методов развития, в рамках закона. Закон суров, но это закон. Есть Конституция, я считаю, у нас очень хорошая Конституция. В очередной раз всем советую перечитывать ее хотя бы раз в год. Она не такая уж большая, там есть всего лишь несколько сотен статей. Перечитывать и вдумываться в них. Там все сказано, все там здорово описано, кто мы, где мы и когда, с кем мы. Там все четко сказано, в Конституции.

Беседовал Максим АНДРЕЕВ, Агентство политической информации «Навигатор».
http://navigator.pskovregion.org.

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  2964
Оценок:  0
Средний балл:  0