Статья опубликована в №6 (375) от 13 февраля-19 февраля 2008
Человек

Памяти Мастера Золотцева

 Наталья ВОЛКОВА 13 февраля 2008, 00:00

«Не мне судить, достоин ли я счастья
Поэзии родной служить как Мастер, но знаю: я - Её Мастеровой.»
Станислав Золотцев, «Сонет мастерового», 2005 г.

Это кажется невероятным…. Никогда больше двери кабинета не откроются и после вежливого «Можно?» не прозвучит: «Здравствуй, Наташа!» Нет, он уходил, уезжал, не появлялся месяцами, но все мы знали, что библиотека – одно из его любимых в Пскове мест, где живёт его детище – клуб «Два капитана», где «поголовно прекрасный женский коллектив», где его примут и поймут любым…

Станислав Золотцев.
Художник Анатолий Набатов.
А начиналось всё в 1995 году, осенью. В июльские дни был открыт перед библиотекой памятник двум капитанам, и у Аллы Алексеевны Михеевой, тогда – директора библиотеки, и Леонида Николаевича Трифонова, в те годы – директора Псковского педагогического комплекса, родилась идея создания подросткового литературно-патриотичесого клуба.

Уже осенью состоялся первый разговор с новым председателем Псковской писательской организации Станиславом Александровичем Золотцевым. С первой же встречи началось наше «СОдружество, СОтворчество, СОтоварищество», как любил говорить Станислав…. И – первые споры, поиск Слова, Фразы, которые бы наиболее точно определили цель, смысл этого объединения.

Сейчас трудно вспомнить, кому принадлежало авторство в названии клуба. Трудно, потому что всё мы решили вместе. А вот выбор гимна клуба – песни «Прощайте, скалистые горы…» – это идея Станислава. Это не случайно. Для него тема Севера, тема морской службы не были пустыми звуками. Позже, в стихотворении «Сонет мастерового», он признаётся: «Огонь и лёд – гнездо моим глаголам…», имея в виду «разъярённый воздух индийских плоскогорий» (годы его работы в Индии) и «ветер просолённый над глыбами арктического льда» (это – о времени службы военным переводчиком в Северной морской авиации).

Станислав становится автором и соавтором программы работы клуба, поиска новых форм проведения заседаний… и появляются такие заседания, как ассамблея, кают-компания…

Золотцев – первый ведущий заседаний клуба. Занятый делами писательской организации, много работающий над новыми поэтическими, прозаическими, публицистическими произведениями, он относился к работе в Совете клуба как наиважнейшей, почётной, ответственной. Надо было видеть, как он волновался перед каждым заседанием… Как переживал, что не хватит запала, «куража», чтобы провести заседание так, как задумывалось… Чтобы верно расставить акценты… Чтобы донести до ребят величие темы… Волнение и трепет – как перед выходом на сцену… Но… одевалась морская пилотка, Станислав входил в зал – и происходило великое перевоплощение! Дрожащий от волнения голос успокаивался, тембр менялся, и начиналось Действие, где высокий пафос не казался выспренным; где были точно отмерены и определены интонационные ударения, выверены паузы, расставлены смысловые акценты…

Многие его авторские заседания – это своеобразные эссе (к сожалению, не записанные полностью). Чего стоит только тема «Пушкин и море»!

Надо сказать, что Золотцев–чтец – это отдельная тема. Читая его стихи, поражаешься наполненности, нерву, пульсирующему в каждом произведении. Но, когда эти стихи читал сам Станислав, какие эмоциональные высоты достигались вместе с автором! Как велика была степень постижения темы у слушателей и сопереживания каждому звуку!

Филолог, специалист в области романо-германских языков, английской литературы, наречий Севера Индии, Станислав преклонялся перед русской речью, русским словом, трепетно исследовал любимые с детства диалекты Псковщины. Не случайно в цикле стихотворений «Распахну окно на Север» появляются строки:

«Я целую слово в губы, речь целебную, живую, выросшую из земли, пахнущую чешуёю, и смолою, и травой. Верноподданный я твой, только твой, глагол славянский, древняя моя держава, северная речь моя.

…Это слово дышит, плачет, белкою по веткам скачет, волком по чащобам рыщет, соловьем на зорьке свищет, в руки яблоком оно падает, и, как спасенье, ветром входит мне в окно.»

«Целуя», Станислав изыскивал, собирал яркие выражения, образные слова, речевые обороты. Будучи прекрасным слушателем и лингвистом, он радостно восклицал при обнаружении точного, меткого выражения, записывал их… А позже я встречала эти обороты опоэтизированными в его новых стихах.

Поэт, прозаик, публицист, переводчик.… В каком бы жанре ни работал Станислав Золотцев, это всегда было слово Патриота и Гражданина. В силу неуёмного «псковского» характера, сохранить это своё Кредо в сложные 90-е годы было нелегко. Он, как ратник, не думая о последствиях, о том, «со щитом или на щите», ввязывался, выгодно ему это было или нет, в драку. За свою Позицию он сражался пером! Сражался за то, без чего не мыслил себя на Земле: за честь, личное достоинство, процветание России.

Я уверена, что творчество Станислава Золотцева ждёт своего исследователя. Надеюсь, что таковыми станут его земляки, молодые филологи, студенты. А, может быть, молодые писатели, на творческие встречи с которыми он так стремился.

Дух просветительства, подвижничества, поддержки молодых (и не очень молодых) пишущих в не меньшей степени, чем дух бунтарский, были его стихией. Впрочем, только ли это? Желание самореализоваться – вот, пожалуй, главный посыл его земного бытия. «Я из этого времени выпал» – в этом суть внутренней трагедии Мастера. Непростые 90-е годы, начало века 21-го…

Сколько споров, сколько жарких дискуссий о позиции творческой интеллигенции в эти переломные годы, о собственной позиции прошло между нами! Казалось – всё! «Разодрались» и рассорились до конца. К счастью, этого не произошло, и спустя годы мы попытались примирить наши позиции. И примирили их для совместного творчества. Станислав был непреклонен, бескомпромиссен… Часто – безрассуден. Но всегда – честен: перед собой, перед потенциальным читателем, слушателем. И обо всём этом – в цикле «Кредо» книги «Последний соловей», выходом которой в свет он так гордился.

Может, завтра ты ответишь головой
За сегодняшний горячий голос твой.
Может быть… Но нет страшнее ничего,
Чем удушье от молчанья своего.

Собственно, он не молчал никогда. Другое дело, была ли у него возможность быть услышанным многими? Не всегда был доступен эфир, сложности, как у многих, впрочем, авторов с изданием сборников. Было много такого, что обижало, унижало, ранило… Не давало дышать… Давило…

Тяжело дышать, давит…
Открывая словарь Даля,
где любая строка дарит
больше, чем любая страна,
кроме той, где дышать столь тяжко,
что и в зиму – грудь нараспашку
и душа – обнажена.

…Тяжело дышать, давит…
Открываю словарь Даля:
«Даль, скажи мне, скоро ль умру?»
…Как Луганский казак, отчаян,
молвит православный датчанин:
«Смерть – поэту не ко двору!»

Выездное заседание клуба «Два
капитана» на военно-спортивном катере
«Сайгак». Руководители похода:
С. А. Золотцев, капитан III ранга
А. В. Лучин, Ю. Д. Зильбер.
1 августа 1996 г. Фото: архив
клуба «Два капитана»
Наступала весна, лето… И опять душа поэта возносилась к красоте Псковщины, а строфы стихов наполнялись кипением сирени, медовым жаром рябины, бесконечным восхищением перед Женщиной!

Нет больше Станислава, нет!

Мало кто знал, как он страдал от того, что вынужден был зарабатывать переводами средства на собственное лечение. Не труда переводческого боялся – что ему переводы при знании шести языков! – время своё, украденное у личного творчества, жалел! Понимал, что отпущено Богом ему уже совсем немного!

Вот и прошедшим летом 2007 года, при нашей последней встрече, он опять заговорил об этом. О том, что мало осталось времени, практически – месяцы… О своём желании выступить перед клубовцами, провести творческие семинары для пишущих молодых читателей… О том, что в эти месяцы он будет много работать, чтобы успеть сказать, завершить… Да разве же я тогда могла подумать, насколько это серьёзно!?

Впрочем, ведь об этом – в его стихотворении, написанном ещё в 2000 году:

Время всё расставит по местам…
Торжествуйте, пойте и вещайте.
Я – устал. Поймите. Я устал,
Я вас всех прощаю, И – прощайте.

Время всё расставит… Как ко многим русским поэтам, истинное признание народа, к которому он столько раз взывал в своих стихах, придёт к Станиславу Золотцеву. И станет очевидным, что рядом с нами жил, нашим современником и земляком был не Мастеровой Поэзии, а Мастер – мастер русского слова, российской словесности…

Не дождутся Станислава летом 2008 года покосы… Не будет любовно и со знанием дела собранных травяных сборов. Не будет наших споров, рассказов… Но останутся его стихи, его проза. Придет новое осмысление его творчества.

Наталья ВОЛКОВА,
директор Псковской областной библиотеки для детей и юношества
им. В. А. Каверина, Заслуженный работник культуры России.

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  2876
Оценок:  5
Средний балл:  7.8