Статья опубликована в №17 (386) от 30 апреля-06 апреля 2008
Регион

Осиновый кол

Строительство целлюлозо-бумажного комбината около Дедовичей может завершить экологически чистую историю Псковской области
 Лев ШЛОСБЕРГ 30 апреля 2008, 00:00

Строительство целлюлозо-бумажного комбината около Дедовичей может завершить экологически чистую историю Псковской области

18 апреля 2008 года в Дедовическом районе Псковской области состоялась презентация будущего строительства целлюлозо-бумажного комбината – крупнейшего инвестиционного проекта за всю постсоветскую историю Псковской области. По разным данным, инвестиции в проект оцениваются в сумму от 400 млн до 1 млрд евро. Комбинат должен производить целлюлозу и картон. Одновременно с официальными торжественными пресс-релизами о продвижении проекта растет обеспокоенность о том невосполнимом уроне, который может быть нанесен опасным производством природе Псковской области.

Губернатор Михаил Кузнецов
основной акцент делает на том,
что целлюлозо-бумажный комбинат
станет «локомотивом экономики
региона». Фото: Александр Сидоренко
Завод по производству беленой химико-термомеханической целлюлозы в Дедовичах, по заявленным параметрам, будет самым крупным на Северо-Западе. Проектная мощность ЦБК – 600 тыс. тонн целлюлозы в год. Кроме того, инвесторы обязались построить картонную фабрику, где будет перерабатываться 30% целлюлозы, производимой на комбинате. Это совместный проект Fjell Bruk AS (Норвегия), OU Estonian Pulp (Эстония, Норвегия), проектная компания - ЗАО «Ларрус Палп» (Россия). На сегодняшний день в предприятие уже вложено 5 млн евро.

В настоящее время на территории площадью 200 га прорубаются просеки для ведения геолого-разведочных работ. В соответствии с графиком работ в 2008-09 годах пройдет этап проектирования. В 2009 году будет подготовлена стройплощадка и начнутся строительные работы. К 2011 году они будут завершены, состоится запуск завода.

Предприятие будет использовать низкосортную древесину, в частности осину. Поле деятельности изначально описывается региональными властями как практически безграничное – получается, что в Псковской области сегодня избыток лесов.

Председатель комитета по инвестициям и стратегическому развитию Псковской области Алексей Сапрыкин утверждает, что «сегодня в Псковской области расчетная лесосека, или те лесные массивы, которые можно вырубать без нарушения экологии края, используются всего лишь на 30%. Что приводит к накоплению перестойных насаждений. Мягколиственные породы (осины, березы) стареют быстрее, чем хвойные и приводят к ухудшению древесины. А завод в Дедовичах будет потреблять именно низкосортную древесину, которой у нас в области избыток сегодня».

Ему вторит председатель комитета по лицензированию и природопользованию Псковской области Владимир Афанасьев: «целлюлозно-бумажный комбинат будет использовать лиственную древесину, которая в Псковской области никогда не перерабатывалась. У нас даже освоение расчетной лесосеки по осине составляет всего 10 процентов. Т. е. она никому не нужна, а арендаторы, поскольку они просто обязаны ее вырубать, зачастую просто сжигают ее на лесосеке, потому что дорого вывозить. Если ЦБК будет использовать осину в качестве основного сырья, то лесозаготовителю будет рентабельно вырубать всю древесину. Соответственно переработка у нас возрастет в разы».

По словам инвестора ЦБК Роара Паулсруда, проект будет разделен на два этапа. Первый этап нацелен на то, чтобы перерабатывать осину для производства химико-термо-механической древесной массы в объеме 250 тыс. тонн в год. На втором этапе будет организовано производство картона в объеме 450 тыс. тонн, который будет реализовываться, в основном, на внутреннем рынке России. Продукция комбината по производству химико-термомеханической массы и картона будет реализовываться на территории России, а также экспортироваться в страны Евросоюза и Китай.

Информация о намеченном строительстве ЦБК была озвучена в 2005 году, в самом начале губернаторства Михаила Кузнецова. Основной акцент был сделан на том, что завод станет «локомотивом экономики региона».

Переломный момент в развитии проекта, требующего значительных лимитов на газ, по словам самого Михаила Кузнецова, наступил после его встречи с Владимиром Путиным 19 сентября 2006 года: «Этот проект стал одной из моих главных просьб, с которой я обратился к Президенту. Владимир Путин поддержал мои начинания, и, я думаю, сейчас многие вопросы мы сможем решить на порядок быстрее, чем делали до этого. Могу сказать без преувеличения, что после этой встречи проекту ЦБК в Дедовичах дан зеленый свет».

«Мы вас избирали, голосовали, как же вы допустили!»

«Человек с пилой» в ближайшее время
станет главным действующим лицом
на территории Псковской области.
Фото: Александр Сидоренко
Между тем значительные общественные опасения в связи были с появлением в регионе ЦБК были связаны с экологическими последствиями этого производства. Общественное мнение в этом вопросе достаточно устойчиво, и фактов для этого вполне достаточно.

Именно по этой причине значительная часть усилий региональных властей была с самого начала направлена на то, чтобы сформировать позитивное отношение к стройке. Несмотря на все предпринятые усилия, сделать это так и не удалось.

Еще 18 декабря 2005 года во время прямой телефонной линии с жителями области в региональной редакции «Комсомольской правды» Михаил Кузнецов получил первый «звоночек». В газете был опубликован следующий диалог:

«- Еще я хотела узнать: мы вас избирали, голосовали, как же вы допустили, чтобы Норвегия и Финляндия строили у нас заводы нефтеперерабатывающие, целлюлозо-бумажные! Это у нас не будет зелени, древесина вся пойдет туда, и ягод-грибов мы не соберем. Как вы могли такое допустить? Надо же бороться за чистую зону!

- Я для того и пришел, чтобы работать. Вы, наверное, слышали, что на сегодняшний день наша область на одном из последних мест по развитию в России, зарплаты у нас маленькие, денег ни на что не хватает. Разве плохо, что возведут завод и люди будут получать высокую зарплату?

- При чем тут зарплата? Ведь будет отравлено все, леса потеряем!

- Зеленая зона будет всегда! Такого не будет: приехали, лес вырубили и уехали. Существуют законы – федеральные и областные, которые не позволяют брать кому хочется и что хочется. Если открывают производство, это связано с серьезными законами по нормативам вредных выбросов. Почему завод будут строить у нас? Потому что здесь газ дешевле. Чтобы и зарплата была хорошая, и деньги в бюджете были, и чтобы трубы у вас были не ржавые, чтобы у ЖКХ были средства, нам необходимы работающие предприятия. Если построят эти предприятия у нас в области, я буду считать свою миссию губернатора выполненной на 100%. Нефтеперерабатывающий завод планируем строить в Великолукском или Новосокольническом районе, а целлюлозо-бумажный в Дедовичском районе.

- Но ведь это вредные производства!

- Могу сказать следующее: в советское время подобные предприятия были затратными и по электроэнергии, по газу, по потреблению природных ресурсов. А сегодня законодательство более жестко относится к этим вопросам. Поймите, у нас нет другого выхода. Мне хотелось бы видеть нашу область хотя бы через 5-6 лет экономически сильной, независимой. Ведь здесь подрастает молодое поколение, которое надеется связать свою жизнь и будущее с Псковской областью. И без того, чтобы была сильная, мощная промышленность, нам этих задач не решить».

С самого начала Михаил Кузнецов делал акцент на безальтернативности этих экономических проектов для Псковской области в целях ее развития и безусловном приоритете экономики во всех вопросах развития области. В подтексте высказываний слышалось: другие живут в таких регионах, и псковичи выживут. Конкретных аргументов в пользу надежности экологических аспектов производства властями не приводилось, но заверения звучали. Совершенно естественно, что людям, в первую очередь жителям Дедовичского района, этого было недостаточно.

Токсично и особо токсично

Руководители Псковской области
уверенно шагают по земле
Дедовичского района.
Фото: Александр Сидоренко
Целлюлозно-бумажная промышленность по объективным причинам относится к ведущим отраслям российской экономики, так как Россия располагает огромными лесо-сырьевыми ресурсами. Потребность в продукции этой отрасли, как в России, так и за рубежом, стабильно велика, и это определяет большой объём её производства.

Продукцией целлюлозно-бумажной промышленности являются различные виды волокнистых полуфабрикатов (в т. ч. сульфитная и сульфатная целлюлоза), бумага, картон и изделия из них [ 1 ].

Чем больше отрасль, тем сильнее её воздействие на окружающую среду.

По воздействию на окружающую среду целлюлозно-бумажная промышленность остаётся одной из проблемных по величине токсичных выбросов в атмосферу (категория промышленности «Чёрная металлургия; лесная, деревообрабатывающая и целлюлозно-бумажная», коэффициент токсичности 1.6–5.0, уровень токсичности «Токсичные выбросы»), сбросов в воду (категория промышленности «Микробиологическая; химическая; нефтехимическая; целлюлозно-бумажная», коэффициент токсичности более 5.1, уровень токсичности «Особенно токсичные выбросы» - наивысший из пяти возможных) и экологической опасности для природной среды (категория промышленности «Лесная, деревообрабатывающая, целлюлозно-бумажная; топливная», индекс экологической опасности 1.1–5.0, оценка опасности отрасли «Опасные»).

Отличительной особенностью ныне действующих российских промышленных предприятий являются устаревшие оборудование и технологический процесс. В связи с этим отрасль отличается большой отходностью, скудностью средств очистки и нейтрализации токсичных выбросов и сбросов, применением на производстве опасных химических веществ, наличием цехов, оказывающих вредное воздействие как на персонал, так и на окружающую среду. Кроме того, опасность представляют комплексные воздействия нескольких предприятий, размещенных на одной территории. Так крупные целлюлозно-бумажные комбинаты (ЦБК) размещаются, как правило, недалеко от лесоразработок и деревообрабатывающих предприятий.

Негативную роль играет и тот факт, что многие предприятия отрасли являются предприятиями-гигантами. Это означает большие объёмы выбросов и сбросов, а также огромные концентрации токсичных веществ в атмосфере и речных системах в районе работы предприятия. А крупные предприятия обычно имеют в своей инфраструктуре, находящейся в непосредственной близости, жилые поселения, где живёт многочисленный персонал предприятия. Эти люди подвергаются наивысшему риску, при этом находятся в практически полной (как правило, семейной) зависимости от предприятия – генерального работодателя, т. н. «градообразующего предприятия».

Все токсичные вещества целлюлозо-бумажной отрасли можно в целом разделить на вещества, загрязняющие атмосферу, и вещества загрязняющие гидросферу и педосферу (часть биосферы; почвенный покров Земли).

Кроме того, токсичные вещества подразделяются на вещества, используемые при производстве, и вещества, возникающие в процессе производства.

То, какие вещества будут использоваться, либо появятся в процессе производства, зависит от технологического процесса и получаемого конечного продукта.

Остановимся более подробно на сульфат-целлюлозном производстве как наиболее опасном с точки зрения экологии.

Основными источниками загрязнения атмосферы с сульфат-целлюлозном производстве являются: содорегенерационный, варочно-промывной, известерегенерационный и отбельный цеха, окислительная установка, цех приготовления отбельных растворов.

В зависимости от принятой схемы производства могут возникнуть дополнительные источники загрязнения из отделений цеха переработки побочных продуктов (очистки и дезодорации скипидара, получение одоранта сульфана; ректификации скипидара; разложения сульфатного мыла; ректификации таллового масла и др.)

Одним из наиболее опасных с точки зрения охраны окружающей среды объектов сульфат-целлюлозного производства является содорегенерационный котлоагрегат и его технологический узел – бак-растворитель плава (РП СРК).

Из результатов обследования количества и состава парогазовых выбросов РП СРК ведущих предприятий сульфат-целлюлозного производства следует, что расходы выбросов зависят от мощности котлоагрегата, высоты и диаметра вытяжной трубы, по которой они выводятся из бака растворителя в атмосферу, угла раскрытия шиберных устройств на этих трубах, состава слабого белого щёлока и уровня его в баке-растворителе, времени года и региона расположения производства.

В числе вредных веществ, попадающих в атмосферу на сульфат-целлюлозном производстве, находятся: пыль нетоксичная, диоксид серы, сероводород, метилмеркаптан, диметилсульфид, диметилдисульфид, метанол, скипидар, оксид углерода, хлор, диоксид хлора.

Основными источниками загрязнения гидросферы и педосферы в сульфат- целлюлозном производстве являются отбельный, варочный и кислотный цеха.

Сбросы в реки и почву с ЦБК увеличивают содержание взвешенных веществ, сульфатов, хлоридов, нефтепродуктов, органических соединений, ряда металлов, веществ метоксильных, карбоксильных и фенольных групп. По этим параметрам ПДК превышены в несколько раз. Самыми опасными токсинами, безусловно, являются диоксины и фураны. Диоксины – группа высокотоксичных экотоксикантов – полихлорированных дибензодиоксинов и дибензофуранов.

В США допустимая суточная доза диоксинов и фуранов равна 0.006 пкг на килограмм веса человека, тогда как в России она существенно выше – 10 пкг/кг. Норма загрязнения питьевой воды в нашей стране – 20 пкг/л, а ПДК для атмосферы – 0.5 пкг/м3. Поэтому человек весом в 60 кг при условии, что он потребляет три литра воды в день, может получить с водой лишь 10% диоксинов и фуранов от суточной нормы. В тоже время расчёты показывают, что при потреблении даже нежирной рыбы (с количеством жира до 5 %), в которой количество диоксинов и фуранов может быть около 50 пкг/г жира, 500 граммов рыбы даст уже 1250 пкг токсикантов, что в 2 раза превышает допустимую суточную дозу, а если речь идёт о рыбе с количеством жира 50 %, которая легко биоаккумулирует хлорорганические экотоксиканты, в этом случае имеют место существенно более высокие уровни накопления диоксинов и фуранов, а, следовательно, более серьёзные экотоксилогические эффекты.

Кроме химического загрязнения водоёмов происходит тепловое загрязнение воды. Это происходит вследствие использования больших объёмов воды в течение технологического процесса, а также использования воды в теплообменниках и конденсаторах для охлаждения, после чего нагретая вода попадает со стоком предприятия в гидросферу.

В водоёмы и почву в сульфат-целлюлозном производстве сбрасываются: взвешенные вещества, сульфаты (К2SO4, KHSO4, диорганилсульфаты и органилсульфаты), хлориды (KCl, NaCl) и хлораты (KClO3, NaClO3), нефтепродукты, фенолы, органические соединения (жирные кислоты, сульфатное мыло, ароматические соединения, клейкие вещества и др.), диоксины и фураны, металлы (Mg, Zn), тёплая вода.

Целлюлозо-бумажное производство в принципе не может быть полностью безвредным. Утверждения о том, что оно может быть доведено до состояния «экологически чистого» - в лучшем случае лукавство.

Безусловно, собственники вынуждены предпринимать усилия для уменьшения влияния на окружающую среду вредного производства. Для этого существуют два пути. Первый – совершенствование очистительных установок по очистке выбросов и сбросов от токсикантов. Второй – совершенствование технологического процесса производства, разработка экологически чистых методов производства, методов по уменьшению отходности предприятия и безопасных промышленных установок. Кроме этого, необходимо решать вопросы переработки макулатуры, отходов бумажных и картонных фабрик (их уменьшения и переработки) и деревообрабатывающих предприятий, а также токсичности выпускаемой продукции.

Все достаточно активно появляющиеся в печати сведения об увеличении «чистоты» и «экологичности» целлюлозо-бумажных производств нужно воспринимать исключительно относительно базовой высокой токсичности этих производств, которая неустранима.

Сточные воды

Известно, что уже построенное предприятие практически невозможно остановить, возникают риски убытков, которые могут быть обращены на любого, кто пытается бороться за ужесточение экологических стандартов и снижение таким образом экологических рисков.

Борьба не прекращается практически ни на день, но изначально совершенный «прорыв» в экологию полностью ликвидировать невозможно.

Самым известным общественным конфликтом вокруг ЦБК являются непрекращающиеся споры вокруг деятельности Байкальского ЦБК, расположенного рядом с всемирно известным озером.

Вот последний пример.

В январе 2008 года в Арбитражный суд Иркутской области поступил новый иск Росприроднадзора к ОАО «Байкальский целлюлозно-бумажный комбинат» (БЦБК). Сумма иска составляет 3,5 млрд рублей. Росприроднадзор требует компенсировать ущерб, нанесенный озеру Байкал в результате двухмесячной работы БЦБК без лицензии на водопользование.

Срок действия лицензии на водопользование и других документов, выданных БЦБК, закончился еще 3 ноября. С этого момента предприятие осуществляло неразрешенный в установленном порядке сброс загрязняющих веществ. 7 декабря Росприроднадзор направил БЦБК предписание о временном запрете деятельности, в результате которой в озеро попадают промышленные стоки, сроком на пять суток.

Приостановка должна коснуться только того производственного цикла, в результате которого в озеро сбрасываются промышленные стоки. Это не повлечет остановку всех производственных процессов на предприятии, в том числе работы очистных сооружений, принимающих стоки города Байкальска, работы ТЭЦ, электро- и теплоснабжения города. Байкальск в силу созданной производственной инфраструктуры стал полностью зависим от БЦБК.

Управляющая компания «Континенталь Менеджмент» 11 декабря 2007 года распространила заявление по факту получения предписания. Как подчеркнули в компании, «исполнение данного решения в силу технологии производственного процесса на БЦБК автоматически приведет к остановке всего предприятия, что в свою очередь повлечет за собой прекращение приема со стороны очистных сооружений комбината сточных вод города Байкальска, остановку ТЭЦ, прекращение поставки тепловой и электрической энергии в город Байкальск, необходимость отправить трудовой коллектив в вынужденные отпуска с последующим уведомлением о сокращении». В связи с этим руководство БЦБК отказалось выполнять предписание.

Росприроднадзор ссылался в правовом обосновании иска на нарушение норм Водного кодекса РФ. Однако этот же кодекс не предусматривает обращения органов государственной власти в суд с требованием о приостановления деятельности хозяйствующего субъекта, влияющего на состояние водных объектов. То есть реальных государственных рычагов борьбы с загрязнителями окружающей среды в России нет.

25 февраля 2008 года в Иркутске состоялся митинг «Байкал без БЦБК» под лозунгом «Потомки проклянут нас на века, если сегодня не закрыть БЦБК!»

В резолюции митинга сказано: «Байкальский целлюлозно-бумажный комбинат в течение четырех десятилетий загрязняет Байкал. Мы, участники митинга, заявляем: нам надоела ложь и пустые обещания властей и российских капиталистов по прекращению загрязнения Байкала. Однако деньги продолжают оседать в карманах самого богатого человека России – Олега Дерипаски, целлюлоза уходит в Китай, а Байкалу остаются сточные воды.

Ежедневно в священное Сибирское море БЦБК сбрасывает 120 тыс. кубометров отходов – это целая «река», содержащая губительные для обитателей озера химические вещества. Прошлым летом многие местные жители в течение 2 месяцев наблюдали в Байкале поток целлюлозы шириной в 200 метров. Из-за изношенности инженерных коммуникаций продолжается и усиливается загрязнение подземных вод – они без всякой очистки попадают в Байкал. Более 30 тыс. тонн в год атмосферных выбросов убивают прибрежные леса и тоже, в конечном итоге, оказываются в Байкале.

Байкал – это 20% чистой пресной воды планеты и уникальное природное наследие. Ценность пресной воды растет с каждым годом, а мы позволяем убивать Байкал.

Мы требуем от федеральных и региональных властей:

Закрыть БЦБК и рекультивировать загрязненную территорию за счет «Континенталь-Менеджмент».

Привлечь к уголовной ответственности руководство БЦБК за грубое нарушение экологического законодательства.

Создать в Байкальске рабочие места за счет открытия новых экологически безопасных местных предприятий.

Перенести Особую экономическую зону туристско-рекреационного типа в Байкальск».

Байкальский ЦБК не является единственной «точкой напряжения».

Пермское управление Роспотребнадзора наложило на краснокамский ЦБК «Кама» штраф в размере 300 тысяч рублей за аварию, связанную с порывом коллектора промышленных стоков ЦБК, произошедшую 30 ноября 2007 года. В результате порыва трубы в Каму ушло, по информации самого целлюлозно-бумажного комбината, шесть тысяч кубометров неочищенных стоков, содержащих фенол, формальдегид, нефтепродукты. На берегу Камы была вымыта огромная воронка диаметром 30 метров и глубиной 15 метров, произошел смыв камского берега. Эксперты считают, что, судя по последствиям, указанный официальный объем стоков в шесть тысяч кубометров явно занижен.

По словам директор Краснокамского правозащитного центра Олега Сергеева, работы по ликвидации последствий аварии – закладка котлована смесью коры и земли, ведутся крайне медленно, никаких видимых изменений ситуации на месте катастрофы почти не наблюдается. Между тем, ЦБК «Кама» обязано полностью ликвидировать последствия происшествия к концу марта.

Управление Росприроднадзора по Пермскому краю оказалось неспособно самостоятельно рассчитать размер ущерба, нанесенного аварией, из-за отсутствия необходимых методик и специалистов. В итоге размер взыскиваемой с ЦБК суммы штрафа был рассчитан самим предприятием-виновником и явно занижен.

Порывы на коллекторе происходят у ОАО ЦБК «Кама» регулярно. Изношенность труб с токсичными стоками составляет 80 процентов. Все предписания надзорных органов о необходимости срочной замены труб остаются без особой реакции со стороны руководства предприятия. Незадолго перед аварией природоохранный межрайонный прокурор Пермского края Владимир Шестаков подал судебный иск, в котором потребовал приостановить деятельность варочного участка целлюлозного производства из-за экологических рисков. Однако Краснокамский районный суд отклонил иск прокурора.

Собственником ЦБК является ЗАО «Инвестлеспром», принадлежащее жене московского мэра Елене Батуриной.

Летопись борьбы с ЦБК в любых регионах России показывает: они приходят один раз и навсегда. Региональные власти, «подсевшие» на финансовую иглу (поступления налогов в региональный и местный бюджеты), практически всегда идут навстречу «производителю» в вопросах экологической политики. Ни одного случая занятия властями принципиальной позиции по отношению к ЦБК найти не удалось.

Соседи сбоку

На этом фоне жителей Псковской области должен был убедить «яркий пример» аналогичного успешного производства того же инвестора.

Такой пример появился в сентябре 2006 года в небольшом (4000 жителей) эстонском городке Кунда.

Эстонские власти дали проекту зеленый свет. Estonian Cell получила от государства на 99 лет участок для застройки площадью 80 га. Стройка началась с 2004 года.

Строительство и запуск завода обошлись австрийским и норвежским инвесторам в 2,4 миллиарда крон (165 млн. евро), что является второй по величине прямой зарубежной инвестицией после построенного в порту Мууга завода по гальванизации стали Galvex. Одни только очистные сооружения предприятия стоили 155 млн. крон. Интересная деталь: по информации мэра города, за 2 года строительства предприятия цены на квартиры в Кунда выросли в десять с лишним раз.

Строительство поддержал Европейский банк реконструкции и развития кредитом в 19 млн. евро. Владельцы завода – австрийский концерн Heinzel Group, норвежское целлюлозное предприятия Larvik Cell и Европейский банк реконструкции и развития. Так как в Эстонии до сих пор нет завода по производству качественной бумаги, то вся продукция Estonian Cell пойдет на экспорт. В год на заводе будут производить 140 тысяч тонн целлюлозы, пригодной для изготовления разных сортов качественной бумаги. На заводе будет работать 80 человек. Так как в Эстонии до сих пор нет производства качественной бумаги, то вся продукция Estonian Cell пойдет на экспорт.

Завод начинает свою жизнь достаточно трудно.

Производственные расходы, по сообщению эстонской газеты «Деловые ведомости», оказались значительно выше, чем предусматривалось бизнес-планом, а окупаемость огромной иностранной инвестиции при нынешнем уровне цен – под вопросом.

Основные статьи расходов Estonian Cell заметно превзошли уровень, предусмотренный бюджетом, который был составлен в 2001 и в 2002 годах: цена сырья – на 62%, фонд заработной платы – на 43%, транспорт – на 20%, электроэнергия – на 12,5%. Только цена химикалий осталась прежней, а цена газа фиксирована до 2008 года. В то же время цена целлюлозы на мировом рынке падала примерно на 1% в год.

Обсудив кризис, собственники и менеджеры рассмотрели несколько вариантов действий.

Заместитель директора Nor-Est Wood Урмас Ларвен объяснил подорожание осины резким увеличением цены дров. «Мы не можем закупать подходящую для производства целлюлозы осину по цене, более низкой, чем цена дров, потому что в противном случае осину вообще не будут отсортировывать», - объяснил Ларвен. Десятую часть необходимой заводу осины Nor-Est Wood завозит из России.

«Мы поддерживаем контакты с российскими заготовителями на случай, если в связи с сокращением объёмов вырубки отечественного сырья будет уже не хватать», - добавил Ларвен.

Хорошо известно, что Дедовичский ЦБК тоже не обойдется псковской древесиной. Глава Дедовичского района Дмитрий Гуйдо еще в марте 2006 года говорил: «Правда, в нашем районе мы для завода будем брать только двадцатую часть от необходимого объема древесины. На остальное заключим договоры со всеми районами области, плюс близлежащие области – Смоленская, Брянская, Новгородская».

Как бы со временем два завода одного инвестора не вступили в конкуренцию друг с другом.

Чтобы сохранить конкурентоспособность в условиях роста производственных расходов, предприятие Estonian Cell рассматривает разные варианты, в т. ч. расширение с целью увеличения производственных мощностей.

«Я не думаю, что расходы вырастут до небес и нам придётся закрыть предприятие, - сказал директор завода Маргус Кохава. - Эффективность можно увеличить и путём роста производственных объёмов».

Проекта расширения предприятия, по словам Кохава, ещё нет, но этот вариант обсуждался: «Вопрос в том, сохранится ли в Эстонии благоприятный экономический климат, и решатся ли собственники на дополнительные инвестиции». За сырьём дело не станет - технология позволяет использовать и еловую древесину.

Визит в Кунда специальной делегации псковских политиков и предпринимателей, включая губернатора, был освещен в псковской региональной прессе как событие первостепенной важности. Все комментарии были нацелены на то, чтобы убедить общество в безусловной полезности проекта и отсутствии серьезных экологических рисков.

Председатель Псковского областного Собрания Борис Полозов отметил: «Поездка была очень полезная и крайне необходимая. Как у нас говорят: лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Действительно, давно говорили об этом проекте, и мы сейчас убедились, что достаточно в короткие сроки заработало на полную мощность современное предприятие и выпускает столь нужную в мире продукцию. Если этот проект будет реализован на территории Псковской области то это, прежде всего, в значительной степени поднимет технологический уровень производства, во-вторых, пополнит бюджеты всех уровней – и Дедовического района, и в целом Псковской области. Кроме того, даст новый толчок развитию экономики области, деревообрабатывающего комплекса, использования зачастую гниющей, пропадающей осины и древесины, не используемой в строительном или в другом производстве. Это крайне важный проект и, думаю, наш визит для всех весьма полезен».

Положительный отклик был получен и от лояльных власти ученых.

«Технология сама по себе апробирована на западе давно, уже в течение 10 лет, и никакой опасности она не представляет», - высказал мнение член-корреспондент Российской Академии естественных наук Сергей Иванов. - «Никакого процесса получения бумаги, в котором применяется «тяжелая химия», на этом производстве нет. Это фактически простейший вид физико-механики. Применяется перекисная технология отбеливания, которая намного прогрессивней в экологическом плане по сравнению с сульфатной и использованием «активного» хлора. На выходе – всего несколько десятков кубометров стоков остаточных концентраций перекиси водорода со щелочью. Степень их очистки по основным показателям превышает 98%. Все параметры намного ниже тех норм, которые требуют законы Евросоюза для сброса сточных вод в акваторию Финского залива. При этом осуществляется трехступенчатый контроль – общественности, ведомственной и производственной экспертизы. Ни в одном из случаев не было выявлено нарушений. Мы посмотрели и еще раз убедились, что никакой опасности и какого-либо воздействия на бассейн Шелони, водотоки Новгородской области – ничего этого не будет при реализации аналогичного проекта в Дедовичах», - выразил свое мнение ученый.

Но чем больше положительных откликов звучит, тем больше беспокоятся люди.

Развилка

Экологическое благополучие региона является существенной частью его общей, в том числе экономической, капитализации. Его практически невозможно выразить в денежном значении, так как экономический потенциал экологически благополучной территории практически неисчислим и в каком-то смысле бесконечен.

Отсутствие вредной индустрии на территории Псковской области (единственным исключением стал в свое время вынесенный как раз по экологическим причинам за пределы Ленинграда филиал «Ленкабеля», ныне «Псковкабель») позволило сохранить в области уникальную экологическую среду – почвенную, водную, лесную, воздушную. В экологическом отношении Псковская область сегодня – самый экологически благополучный регион Северо-Запада России. И это экологическое благополучие на самом деле – одно из главных его богатств.

Это богатство не будет работать автоматически. Под него должен быть выстроен весь каркас экономической деятельности на территории региона, с одним принципиально важным ограничителем – сохранение окружающей среды.

Инвестиции бывают разного качества. И объем «быстрых денег» для бюджета и числа создаваемых при инвестициях рабочих мест (а именно эти факторы выносятся сегодня на первый план руководителями Псковской области) не является единственным критерием качества инвестиций.

Глобальные «точечные» проекты вроде целлюлозо-бумажного комбината или нефтеперерабатывающего завода – это своего рода «искушение дьявола», иллюзия решения большинства проблем «одним выстрелом». Но выстрел попадает совсем в другую цель.

В последние советские годы областные коммунистические власти уже согласовали один такой проект, который тоже должен был «вытащить» всю экономику региона – атомную электростанцию в районе Себежских озер. Проект был абсолютно аналогичен Чернобыльскому. Тоже говорили об экологической надежности. Врали, а, возможно, искренне заблуждались. И только 26 апреля 1986 года в Припяти положило конец этим заблуждениям… И спасло Псковскую область.

Инвесторы вредных сырьевых производств, в том числе из Европы, не случайно идут сейчас в Россию. Дело не только в дешевой рабочей силе и избытке электроэнергии в связи с недостатком производственных мощностей. Дело также и в другом. В низких экологических стандартах и, таким образом относительно низких затратах на экологию. В высочайшей коррупции госорганов, которые готовы закрывать глаза практически на что угодно. В слабой судебной системе, которая, как правило, встает на сторону «неизбежного зла». Зачем это им – понятно. Зачем это нам – вот вопрос.

При выборе формирования ведущих кластеров региональной экономики необходимо учитывать стратегические последствия инвестиций, а не только ближнесрочный эффект.

У Псковской области есть несколько версий экологически приемлемого развития, в частности, всемерное развитие индустрии массового отдыха и оздоровления, способного «вытащить» и находящееся в бедственном состоянии историческое и культурное наследие региона. Это – намного более медленные деньги, но намного более качественные с точки зрения сбережения имеющихся у региона экологических богатств [ 2 ].

Не противоречит экологическому благополучию жителей и территории развитие логистических центров и «отверточных» производств, агропромышленного сектора. Но это тоже – долгие и хлопотные деньги. В них должна быть вложена большая мера труда.

Кроме всего прочего, такой подход позволяет сохранить территорию для будущих поколений, которые, возможно, будут иметь возможность для развертывания новейших постиндустриальных экономических кластеров, которые возобладают в Европе через 20-30-50 лет. Но для этого им должно достаться «чистое поле». Или хотя бы – неиспорченное.

Нам есть что терять.

Лев ШЛОСБЕРГ.

 

1 Производство химической целлюлозы (Chemical pulp). При производстве химических сортов целлюлозы древесина сначала размалывается на мелкие щепки, которые затем варятся вместе со специальными химическими добавками, удаляющими лигнин. Существует два способа химической обработки целлюлозы, в результате которых получаются два разных вида целлюлозы.

Сульфатная целлюлоза. Из самого названия следует, что древесина варится в щелочном растворе (обычно это смесь едкого натра и сульфида натрия). В виде сырья обычно используется ель, сосна или береза. В процессе производства сульфатной целлюлозы выделяется едкий запах (очевидно, от едкого натра), что является большим недостатком, если речь идет об организации производства вблизи населенного пункта.

Сульфитная целлюлоза варится в кислотном растворе. Активным веществом тут выступают ионы сероводорода и металла. Сырьем обычно бывают ель, сосна или бук.

По окончании процесса волокна частично освобождаются от лигнина. Получившаяся целлюлоза затем промывается, обезвоживается и перекачивается по трубе на бумажную фабрику, если она находится рядом, или высушивается, упаковывается и транспортируется ее потребителям.

Из-за оставшегося лигнина (его содержание после варки может колебаться в пределах 1,5-7%) сульфатная целлюлоза обычно имеет коричневатый цвет, тогда как сульфитная – серо-желтый. После многоступенчатого процесса отбеливания остатки лигнина удаляются, и целлюлоза приобретает белый или слегка сероватый цвет. Раньше в этом процессе использовался хлор – чрезвычайно вредный для окружающей среды химикат. Сегодня большинство целлюлозных фабрик мира перешло на бесхлорные процессы отбеливания целлюлозы (ECF elementary chlorine free - ТС - totally chlorine-free).

Древесная масса (Mechanical pulp) производится путем размола древесины в специальных жерновах с добавлением воды. После того, как древесина превращается в кашицу (целлюлозу), ее отбеливают и перекачивают в близлежащий бумагоделательный завод или, высушив, продают на рынке.

2 См.: Т. Хмелев. Тест на гостеприимство // «ПГ», № 41 (260) от 26 октября – 1 ноября 2005 г.

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  15312
Оценок:  31
Средний балл:  9.5