Статья опубликована в №36 (405) от 10 сентября-16 сентября 2008
Мир

Понуждение к безумию

Внешняя политика России приобретает все больше черт внешней политики позднего СССР
 Лев ШЛОСБЕРГ 10 сентября 2008, 00:00

Внешняя политика России приобретает все больше черт внешней политики позднего СССР

В минувшую субботу, 6 сентября, президент России Дмитрий Медведев впервые провел заседание Государственного совета, посвященное вопросам внешней политики. Никаких оснований сомневаться в верноподданичестве губернаторов у президента нет – все региональные ресурсы и так поставлены на службу нуждам Кремля, но, судя по всему, массовая милитаризация сознания и великодержавная истерия требуют более творческого участия глав регионов, что предполагает хоть какой-то доступ региональных начальников к реальной информации, поскольку официальная пропаганда, которая переживает сейчас в России подлинно советский ренессанс, для передачи достоверной информации совершенно непригодна.

Так или иначе, федеральной власти потребовалось выстроить и задействовать для достижения поставленных целей всю пресловутую «вертикаль», которая, как показывает практика, без пинка не работает. Без пинка она, правда, обильно ворует, но это тема отдельного разговора.

В создавшейся внутри и вне страны ситуации президентская «настройка рычагов» может быть необходима только для одной цели – максимальной мобилизации общества на поддержку власти и постоянного ведения необходимой для этого тотальной информационной общенациональной кампании, уже вступившей в стадию промывки мозгов – до их полной стерилизации и максимально возможного ограничения граждан в самостоятельном мышлении и самостоятельной оценке происходящих событий.

Закрытая часть

Основная часть заседания Госсовета проходила в закрытом для прессы режиме, что подтверждает обсуждение вопросов и оглашение фактов, о которых рядовым гражданам, часть из которых все еще переживает эйфорию от последних событий на Кавказе, лучше не знать. И хотя лояльная власти пресса уже давно привыкла сверять не только мысли, но и тексты с соответствующими персонами в администрациях разного уровня, присутствие даже журналистов «кремлевского пула», постоянно приглашаемых на заседания Госсовета, было сочтено нежелательным – чем меньше людей, допущенных до эфира и печатного листа, будет знать хоть какую-то часть правды, тем безопаснее для власти. Так, во всяком случае, считает власть.

Правда между тем более чем печальна.

«По большому секрету», за плотно закрытыми дверями губернаторы узнали о том, что известно сегодня любому человеку, имеющему технические возможности получать информацию не от РосГосПропаганды.

Они узнали о том, что результаты военной операции в Грузии вновь показали слабость Российской армии и ее неготовность к реальным боевым действиям. Особенно резкую критику вызвал при «разборе полетов» уровень командования боевыми подразделениями, который в большинстве случаев не отвечает требованиям современной войны и приводит к наиболее значительным человеческим потерям.

Выяснилось также (удивительно, но это по-прежнему выясняется только после начала очередных военных действий), что техническое состояние вооружений Российской армии является недостаточным, чтобы не сказать неудовлетворительным. Соответственно, министр обороны «утешил» губернаторов предстоящим ростом военных расходов.

Губернаторов мотивировали к масштабной «разъяснительной» информационной работе с населением в связи с очевидной (для многих внутри страны даже желаемой) международной изоляцией России после августовских событий на Кавказе. Теперь снова необходимо разъяснять публике, почему нас в равной степени не любят и страны Старого Света, и страны бывшего СССР. Получилось, что у России нет союзников, кроме армии и флота, но сами армия и флот находятся в таком состоянии, что им впору искать союзников, чтобы выжить.

Между тем предстоящее очередное увеличение военного бюджета не сулит ничего положительного тем людям, кто непосредственно рискует своими жизнями на объявленных и необъявленных войнах России: Минобороны всегда предпочитало рост производственных и хозяйственных расходов росту доходов солдат и офицеров. Потому что воровство зарплат намного менее доходное предприятие, чем «распил» денег на вооружение, строительство и хозяйственное обеспечение армии.

Добавившиеся в неформальной расходной части российского бюджета расходы на два «независимых» де юре, но де факто давно субъектов Российской Федерации (Абхазия и Южная Осетия) тоже потребовали сильно передвинуть костяшки на счетах.

Колоссальные прямые и косвенные последствия «антикризисных мер» на Кавказе в той радикальной форме, в которой они были Россией предприняты, и так уже привели к быстрому, практически мгновенному бегству капиталов из страны (российских капиталов в первую очередь, они быстрее западных улавливают запах продразверстки) и «свободному падению» акций всех ведущих российских компаний – на всех фондовых биржах мира. Капитализация страны, накапливаемая крупицами, тает сейчас, как кусок льда, вынутый из холодильника.

Теперь к этому «форс-мажору» прибавился неизбежный в таких случаях бюджетный кризис: финансирование Правительством социальных мандатов в прежнем объеме совершенно невозможно, если только не начать масштабную работу печатного станка. Но это будет означать финансовую горячку – высокую, возможно, гипервысокую инфляцию. Что неизбежно означает кризис, если не крах, всей социальной сферы.

Именно в финансовой сфере находится и еще одна причина «доверительного общения» президента с губернаторами. Известно, что главное, чего хотят главы регионов от федерального центра – это денег. Деньги важнее полномочий. Деньги во многом и есть собственно власть. Но именно с этим главным ресурсом у Федерации теперь проблемы.

«Мир во всем мире» дорого стоит. Бюджет военных действий и не менее дорогие «борьба за мир» и «повышение престижа страны в мире» на глазах привели к сильному перенапряжению в государственных финансах, накачанных доходами от продажи нефти и газа.

Губернаторов предупредили о самом для них существенном и болезненном – неизбежном сокращении социальных расходов, которые финансируются из федерального бюджета. Но только около десяти регионов России из 86 могут пережить это сокращение относительно безболезненно. Все остальные сильно зависят от федеральных дотаций и субвенций. Соответственно, у власти появилась необходимость «правильно разъяснять населению» причины очередного ухудшения материального положения граждан. И делать это так, чтобы не принести прямой политический ущерб позициям федерального центра. Миссия предсказуемо выпала губернаторам. Ведь глав регионов не выбирают, им в этом плане терять нечего, а Госдуму и президента выбирать надо, и снова будет необходимо обеспечить «правильный» выбор подвергнутого предварительной химико-политической обработке народа. Соответственно, грязная работа в прачечных государственной пропаганды снова поручена губернаторам.

Родовая травма

В 1992 году международное сообщество признало Россию государством-продолжателем СССР. Этот термин означает, что, с международно-правовой точки зрения, Россия и СССР — одно и то же государство (в отличие от понятия «правопреемник», подразумевающего смену одного государства другим). Благодаря этому решению Россия продолжила осуществление всех международных прав и выполнение международных обязательств почившего СССР. Среди этих прав и обязательств особенно важны статус постоянного члена Совета безопасности ООН, членство в других международных организациях, права и обязательства по международным договорам, имуществу и долгам. В 1917 году большевики основали новое государство, отказавшись от прав и обязательств царской России. Вопрос о долгах и, соответственно, собственности Российской империи и многих ее подданных не урегулирован до сих пор.

В 1992 году признание России и СССР «одним и тем же» воспринималось скорее как техническая неизбежность, вопрос о политическом наследовании практически не обсуждался. Более того, официальная Москва говорила о новой России, новой политике, новой традиции, в том числе в области внешней политики.

Сейчас, 16 лет спустя, международно-правовая синонимичность Российской Федерации и Союза Советских Социалистических Республик становится символической.

Все советские родимые пятна и наследственные политические заболевания СССР как во внутренней, так и во внешней политике дали о себе знать.

«Назад в СССР», расхожее название драматического триллера Дерана Сарафьяна, вышедшего в свет в 1992 году, стало наиболее кратким обозначением вектора российской политики после 2000 года.

Но этот вектор обозначился в ту эпоху, которая кардинально отличается от эпохи, когда СССР был жив.

Двухполярный мир, прямое противостояние капиталистической системы во главе с США и социалистической системы во главе с СССР во всех сферах жизни, коротко обозначаемое как эпоха «холодной войны» и гонки вооружений, было борьбой на уничтожение. Каждая из двух систем стремилась к ослаблению и разрушению другой всеми доступными средствами, причем вопрос законности не обсуждался, решался только вопрос политической целесообразности.

Эта борьба, в процессе которой к жизненно важным сферам для каждой стороны относился едва ли не каждый километр земной и водной поверхности земли, а также ее воздушного пространства, относительно быстро, в течение нескольких десятилетий, стала для мобилизационной экономики и бесконкурентной политической системы СССР непосильной ношей.

Сначала советская система оказалась не в состоянии экономически и политически поддерживать свои притязания и амбиции за пределами страны, а после этого, очень быстро – внутри.

Инерция экономической и политической несостоятельности СССР, центробежная сила распада системы были столь велики, что этой энергии хватило не только на распад Варшавского Договора и Совета Экономической Безопасности, но и на распад самого СССР, чего не ожидал практически никто. Возникшая на руинах СССР Российская Федерация с трудом устояла на ногах и ценой сильнейших диспропорций в федеративной политике, закармливая сепаратистские регионы в индивидуальном режиме полномочиями (в большой степени) и деньгами (соответственно полномочиям и наглости региональных князей) на фоне экономической разрухи и утраты управления территориями с трудом остановила инерцию распада и предотвратила территориальное разрушение уже собственно России, к которому двигались не только национальные республики с давно сформированными этносами, но и этнически русские регионы на Урале и Дальнем Востоке.

Существуют разные оценки федеративной политики Бориса Ельцина в начале 1990-х годов, с ее знаменитым «берите столько суверенитета, сколько сможете унести», но именно эта рискованная политика позволила, жертвуя полномочиями федерального центра и равенством субъектов Федерации, предотвратить распад страны.

Риски начала 1990-х годов и причины, их вызвавшие, уже прочно забыты российским политическим классом. Между тем забытые уроки истории неизбежно напоминают о себе.

Ассиметричная конструкция

Непременной частью советской внешней политики было выстраивание системы государств-сателлитов, полностью движущихся в фарватере СССР. Недешевое было удовольствие. Эти государства быстро превращались в наглых и циничных иждивенцев, хорошо знающих, что у каждого вопроса есть «цена». СССР обеспечивал этим государствам кредиты (практически все – безвозвратные), военное оснащение, рынок сбыта неконкурентной продукции, международное прикрытие действий марионеточных по существу режимов. Причем речь шла не только и не столько о государствах Европы, временно и вынужденно получивших в «дар» от СССР после Второй Мировой войны советский политический строй, но о государствах третьего мира в Африке, Америке и Азии, где СССР напрямую финансировал и вооружал криминальные режимы (вплоть до людоедских в самом буквальном смысле слова), а также террористические группировки, вплоть до партизанских отрядов головорезов. Представители этих стран в ООН платили СССР за оказанную поддержку голосованием. Так формировалось «всё прогрессивное человечество».

Одно из таких государств сейчас внезапно снова стало знаменитым в России: Никарагуа (проще говоря, перековавшийся в политика террорист Даниэль Ортега) заявило о признании государственной независимости Абхазии и Южной Осетии. Постаревшее, но все еще энергичное лицо главного партизана маленькой Центральноамериканской страны снова вернулось на российские телеэкраны.

Трудно было придумать большую пощечину российской внешней политике и реальному престижу страны, но при жестоком рецидиве имперской лихорадки всякое лыко в строку. Следующее поколение российских граждан, уверен, узнает, сколько стоило никарагуанское признание бюджету России. То есть гражданам России.

Ряд стран и организаций, высказавших нашей стране в новой политической ситуации прямую или косвенную поддержку, не просто впечатляет. Он убивает остатки международной репутации России.

«Хамас» и «Хесболла» приветствовали признание Россией независимости двух грузинских провинций. Ждите, в самое ближайшее время в Абхазии и Южной Осетии «в знак благодарности» появятся структурные подразделения этих международно признанных террористическими радикальных организаций, руки которых в крови даже не по локоть – по плечи, по горло. Они не просто пускают кровь, они ею питаются. России, очевидно, чрезвычайно нужны для каких-то важных государственных целей учебные центры и базы подготовки «специалистов» этих организаций около наших огнедышащих кавказских границ.

В нашей стране один подобного рода специалист руководит формально входящим в состав России кавказским регионом, земля которого на сантиметры вглубь пропитана кровью многих народов. Ему будет с кем обменяться опытом.

В боевых действиях в Южной Осетии проявился и совершенно легально действовал в составе российской группировки официально расформированный батальон «Восток» во главе с бывшим полевым командиром, а теперь подполковником Сулимом Ямадаевым, заявленным до этого по инициативе Рамзана Кадырова во всероссийский розыск якобы «за убийства и похищения людей»! Судебного подтверждения этим обвинениям нет, но обвиняемый и ранее скрывавшийся от следствия Ямадаев раздает интервью российским СМИ и прямо говорит: «Чаще привлекайте! Мы же умеем это делать…» Г-н Ямадаев известен попыткой вооруженного захвата ООО «Самсон» (знаменитого мясного комбината) в Санкт-Петербурге 14-15 сентября 2006 года.

Даже президент Белоруссии Александр Лукашенко поостерегся признать новые «государства» до завершения очередных национальных парламентских выборов. Понимает – рискованно, опасно.

Играть с огнем сепаратизма может позволить себе только страна, у которой нет таких угроз на своей территории даже в зародыше. Выясняется, что таких стран в мире практически нет. Всем дороги свои земли, территориальная целостность, общенациональная идентичность.

Почему России не дороги? Справедливо назвав Косово «неприемлемым прецедентом», зачем Россия тут же принимает эту эстафету и продолжает ее? Зачем тушит пожар керосином?

Признали Абхазию и Южную Осетию? Ну тогда признавайте Косово. Соорудили, так сказать, «симметричный ответ». Но, как известно, национальный лидер России любит ассиметричные ответы. Таким вышел и этот.

Россия стала общаться с окружающим миром с эмоциональностью пубертатного подростка, вступившего в переходный возраст. Вы мне так? А я вам так! Ну что, съели! Я принял безотзывное решение, всем понятно?

Понятно, конечно. Куда уж яснее.

Лидеры России стали с бездумной, почти безумной легкостью играть в своих выступлениях самыми яркими символами холодной войны, явно получая удовольствие от упоминания ситуаций, во время которых мир находился на волосок от войны. От мировой, напомню, войны. Ядерной войны.

Выступая перед губернаторами во время Государственного совета, Дмитрий Медведев именно так «поиграл» известным Карибским кризисом, во время которого Никита Хрущев и Джон Кеннеди держали руки на пусковых кнопках стратегических ядерных ракет: «Целый флот отправили для того, чтобы оказать гуманитарную помощь! Интересно, как бы они чувствовали себя, если бы мы сейчас отправили гуманитарную помощь с использованием нашего флота в страны Карибского бассейна, недавно пострадавшие от известных разрушительных ураганов?!»

Российские тяжелые самолеты-ракетоносцы бороздят просторы мирового воздушного пространства, подводные лодки (немногие уцелевшие от разрушения) – морские глубины.

Россия, едва избавившись от экономической дистрофии 1990-х, первое, что делает, придя в сознание и почувствовав, что может «двигать руками и ногами», - начинает играть мускулами и вспоминать «приемы», приведшие ее в минувшем столетии на больничную койку, а ее предшественника – СССР – на политическое кладбище.

Это очень опасно. В первую очередь опасно для самой России, народу которой снова предлагается «затянуть пояса», стать «единым миролюбивым советским народом» и «единодушно поддерживать российскую миролюбивую внешнюю политику». Чтобы народ не сомневался, что выбор придется делать именно между «колбасой и жизнью», ему о предстоящих проблемах с «колбасой» и оторванности ее от жизни (правда, в экспортном интервью для иностранной аудитории, данном немецкому телеканалу ARD) говорит лично национальный лидер Владимир Путин, временно занимающий должность председателя Правительства. Впрочем, сообщил он, выбор уже сделан.

«Проблемы с колбасой», к сожалению, будут. Но не у всех, как это было и во времена СССР. Потому что в любом Советском Союзе, в любой его новейшей реинкарнации, все, конечно, равны, но обязательно есть и будут те, кто ровнее других.

Отмена национальной безопасности

Распад социалистического лагеря в 1980-е и 1990-е годы оказался внезапным вызовом для всего мира. Ни Европа, ни США не были к этому вызову политически готовы. Именно в тот момент была идеальная ситуация для переосмысления мировой архитектуры, построения нового миропорядка, создания общих систем военной безопасности и обширных структур мягкой безопасности.

Но политические элиты как Запада, так и России оказались не на уровне представившегося миру исторического шанса. Они были эгоистичны и временами просто глупы, они думали не о странах и народах, а о разросшейся и самодовлеющей бюрократии (по обе стороны Атлантического океана), о ежечасно жаждущих глобальных ресурсов военных лобби, о политическом продвижении внутри стран тех или иных политических групп, для которых очень полезны мифы и символы холодной войны. Нет ничего более легкого, удобного и реально действенного, чем объяснять народу внутренние (в первую очередь социальные) проблемы наличием врагов разного сорта – внешних сил, внешних угроз, пагубного иностранного влияния и – какое чудесное средство для избавления от политических конкурентов, политической оппозиции! – «пятой колонны» внутри страны. Искушения националистическим популизмом не выдерживает практически никто.

В итоге в жертву был принесен мир во всем мире, без всяких кавычек.

Мир, конечно, не наступил бы в одночасье и уж тем более везде, но лидеры мирового сообщества могли сделать в направлении к этому миру серьезный шаг вовремя.

Не сделали.

Второй случай представился еще более внезапно – 11 сентября 2001 года. Террористическая атака на башни Всемирного торгового центра в Нью-Йорке показала и одновременно доказала одну простую и жестокую истину – мировой системы безопасности не существует.

Надо отдать должное Владимиру Путину – он понял это одним из первых. Он позвонил Джорджу Бушу. Впервые со времени после Второй Мировой войны состоялось реальное российско-американское сотрудничество в военной сфере. Россия позволила войскам НАТО использование своих военных баз для ведения боевых действий в Афганистане. Мы предоставили НАТО свои разведывательные данные и консультации.

Путин быстро сообразил, что решает таким образом ключевую для безопасности России задачу – он повышает безопасность российских южных границ, он перекрывает (не посылая в Афганистан ни одного российского военнослужащего!) кислород для деятельности у границ Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана террористических формирований и – бич современного общества – один из мощнейших в мире каналов наркотрафика. А южные границы Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана – по сути – наши южные границы.

30 тысяч военнослужащих США и тысячи военнослужащих других стран НАТО обеспечивают в Афганистане безопасность России, а не только безопасность США, Европы и Азии. Они там за Россию погибают, понимаете? Был момент, когда Путин это понял.

Теперь Россия заявила, что она готова пересмотреть свое решение о военном сотрудничестве с НАТО по Афганистану. Сказала, что это «им надо». А раз «им», то, значит, не нам. У нас, выяснилось внезапно, другие «собственные интересы». То есть Россия, надо понимать, обойдется сама.

Простите, как обойдется? Добавит к стоящей в Таджикистане на границе с Афганистаном к 201-й мотострелковой дивизии еще несколько подразделений? Но их у России практически нет. Не посылать же туда десант как на место постоянной дислокации. А создавать заново подразделения постоянной боевой готовности очень дорого. И долго.

Так России действительно нужна безопасность ее граждан? Или повышение внешних угроз по каким-то причинам входит в планы руководства страны? Или мы приветствуем рост наркотрафика и намерены в несколько раз увеличить численность Наркоконтроля? У России есть для этого средства? Россия считает это адекватным, современным и перспективным решением?

Вот так за считанные дни, одним ударом, в патриотическом угаре, рушится не самая сильная и эффективная, но худо-бедно функционирующая российская система национальной безопасности. Уже включенная в создаваемую после 2001 года заново систему международной безопасности. То есть система, ежечасно обеспечивающая не просто безопасность всей страны, но личную безопасность каждого гражданина России. Которая в современном мире может быть реально достигнута только на пути международного сотрудничества. И никак иначе.

Между тем именно недостаточные гарантии безопасности южных границ России являются одним из ключевых факторов, препятствующих смягчению визового режима в отношениях между Россией и ЕС, странами Шенгенской зоны. Ухудшение состояния безопасности на азиатских границах России подобно закрытию ее западных границ.

Россия отодвигается от окружающего мира и закрывается от него.

Но XXI век не оставляет государствам иного выбора в обеспечении своей безопасности, решении вопросов экономического и социального развития, как международное сотрудничество, объединение усилий, межгосударственное партнерство и надгосударственное строительство.

То государство, которое решает свои проблемы совместно с другими странами, повышает свою конкурентоспособость, качество жизни своих граждан, переносит на мировое сообщество часть своих затрат на экономическое развитие и безопасность, часть ответственности за это дело и вносит в общие процессы посильный вклад. Оно помогает другим и одновременно помогает себе.

Сотрудничество рождает развитие.

Изоляция провоцирует стагнацию.

Открытое государство конкурентоспособно.

Закрытое государство неконкурентоспособно.

Сотрудничающий выигрывает.

Изолирующийся проигрывает.

Точнее говоря – терпит поражение.

У России нет сегодня никаких оснований, подобно СССР, вести войну на уничтожение с половиной окружающего мира. Цели международной политики ведущих государств мира существенно изменились.

Ни у России, ни у какой другой страны нет сегодня оснований вести, по образному выражению Юза Алешковского, дуэль на бумерангах. Такая дуэль бесперспективна.

Сегодня как никогда раньше можно и нужно говорить об общих ценностях.

Иначе не выжить.

Дворовый принцип «боятся – значит, уважают» для современной международной политики неприменим. Он экономически и политически невыгоден. Он способен сделать сильную страну – слабой, разрушить ее, сделать ее территорию предметом притязаний стран с неудовлетворенными территориальными амбициями.

Одна из таких стран терпеливо дожидается своей «добычи» на нашем Дальнем Востоке. Мы пытаемся с нею заигрывать, не замечая, как остаемся один на один, без стратегических союзников, в очень болезненном и многовариантном противостоянии с неассимилируемой цивилизацией, политический отец которой в ответ на фразу о проблеме северных территорий сказал, что «этот вопрос решит следующее поколение наших политиков».

Но от российских неуклюжих «распальцовок» с независимостью Абхазии и Южной Осетии политически в Азии выиграла только одна страна – Китай. Именно она становится теперь бесспорным лидером, единственным центром притяжения стран, входящих в Шанхайскую Организацию Сотрудничества, основанную в 2001 году руководителями Китая, России, Казахстана, Таджикистана, Киргизии и Узбекистана – ту самую ШОС, к которой первой Дмитрий Медведев бросился за политической поддержкой, но получил от ворот поворот в чисто азиатском стиле – с вежливой улыбкой.

Именно эти улыбки показали российскому телезрителю и описали российскому читателю в официальной прессе. Как якобы форму поддержки России. Но ни одна из азиатских стран не признала сепаратизм. Никому не нужно стимулировать собственные внутренние язвы.

Личная возможность

Сейчас не ХХ век. Информационная ситуация в современном мире меняется даже не за десятилетия – за считанные годы. Общенациональная информационная блокада, о которой мечтают сторонники самоизоляции России, технически теперь невозможна. Даже сугубо личные ресурсы миллионов граждан, совершенно посильные им экономически, позволяют получать и распространять информацию независимо от государственных и прочих официальных структур. Ложь раскрывается как никогда быстро, правда распространяется усилиями даже одного человека.

Тоталитарное государство в новой информационной и политической ситуации совершенно бессильно перед одним человеком, говорящим правду. Вопрос только во времени, когда эта правда станет известна и понятна большинству.

Технический прогресс создает условия для гарантирования политических свобод. В этом – один из его внутренних кодов. Но есть и другой код прогресса.

Поставить технический прогресс на службу лжи возможно, этим занимается всякий раз любое государство, когда ему надо лгать. Своим или чужим гражданам. Ни Россия, ни США, никакая другая страна по этой части не могут ни Америку открыть, ни велосипед изобрести. Но не могут и другого – скрыть правду навсегда.

По этой причине титанические усилия российских губернаторов, к которым их призвал Дмитрий Медведев на минувшем Госсовете, пойдут прахом. Вместе с ними пойдут прахом и потраченные на эти «государственные потребности» народные деньги.

Эти деньги могли бы способствовать продвижению нашей страны вперед.

Но тащат назад, в СССР.

Очевидно, руководители России всерьез поверили в новые российские учебники истории, в которых тоталитаризм и милитаризм представляются инструментом развития страны и повышения ее конкурентоспособности. А миллионные жертвы признаются хотя и значительными, но допустимыми. На этом фоне трехзначная цифра погибших в августе в Грузии во имя «величия России» российских солдат вообще не воспринимается.

Очевидно, руководители России считают распад СССР не только «крупнейшей геополитической катастрофой ХХ века» (Путин), но и случайностью, которой можно было избежать. Надо было только «быть умнее».

Вот они и умничают.

Им хочется «исправить ошибку».

Им хочется совершить «попытку номер два».

Им представляется, что существует еще один исторический шанс на воссоздание СССР.

Им хочется войти в историю.

Они хотят понудить ее к сожительству с собой вопреки логике мирового развития. Они хотят не только поступать, как им хочется, но чтобы в истории о них говорили так, как им хочется.

Это и есть в реальности «понуждение к миру».

Но монополии на учебники истории в своей стране совершенно недостаточно, чтобы монопольно заполнять страницы мировой истории.

Как выясняется, есть страны, которые лучше нас усвоили уроки Второй Мировой войны и холодной войны. Они извлекли свои трудные уроки как из своего/нашего поражения, так и из своей/нашей победы.

Они тоже не хотят возвращения СССР. Потому что это им невыгодно, это отнимает ресурсы от развития, это угрожает их безопасности, безопасности всего мира. Они дорого заплатили за эти уроки и не хотят проходить их вновь.

Они больше не хотят сходить с ума.

А у российских губернаторов есть много действительно важных работ, за выполнение которых они и получают деньги налогоплательщиков.

Лев ШЛОСБЕРГ

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  5299
Оценок:  44
Средний балл:  7.8