Статья опубликована в №50 (419) от 17 декабря-23 декабря 2008
Культура

«Примат частной собственности»

Вопрос о том, что делается с памятниками истории и культуры не в Пскове, а в Псковской области, пока даже страшно задавать
 Елена ШИРЯЕВА 17 декабря 2008, 00:00

Вопрос о том, что делается с памятниками истории и культуры не в Пскове, а в Псковской области, пока даже страшно задавать

Не нами и давно замечено, что для России единовременно можно сформулировать только две проблемы. То есть беды. Например: дураки и дороги. Или: голод и изобилие. Или вот помягче: в России денег либо слишком много, либо слишком мало. И то, и другое, если не беда, то проблема.

Печорский район Псковкой области, Мальской монастырь, архитектурные раскопки. Фото: Лев Шлосберг
Такая неоригинальная мысль посетила не где-нибудь, а на первой межрегиональной научно-практической конференции «Историко-культурное наследие: сохранение, использование, управление» [ 1 ]. Археологи, реставраторы, специалисты в сфере охраны историко-культурного наследия из других краев нашего Отечества порой предваряли свои доклады одним и тем же предупреждением: «Регион у нас экономически развитый».

Именно поэтому у наследия, имевшего несчастье быть не только культурным, но и историческим (а во многих случаях – просто-напросто древним), есть проблемы. Уничтожают. Где по незнанию, где под лозунгом: «Развитие нельзя остановить», где от собственного понимания красоты и культуры, в которое историческое наследие не вписывается. Но это – одна сторона проблемы.

С другой стороны, не завелись бы у инвестора деньги, которые ему хотелось бы вложить (в строительство в исторических центрах городов, в реконструкцию памятников, с тем, чтобы их потом взять в аренду), еще долго многие объекты историко-культурного наследия ждали бы своего часа. Часа постановки проблемы, часа исследования, часа определения предмета охраны.

Псков – не исключение в системе. Приходили, приходили и к нам большие деньги, прошу прощения за несколько пессимистическую интонацию. Приносили, как правило, больше проблем, но иногда вместе с ними и кое-какие решения…

«В некоторых районах нам эту работу ни разу не заказывали»

Директор государственного учреждения культуры «Научно-производственный центр по охране и использованию памятников истории и культуры Псковской области» Марина Кулакова рассказала коллегам о проблемах паспортизации памятников истории и культуры в регионе. Последнее время этой работой как раз занимается НПЦ. Строго говоря, работа по составлению паспортов – это собственно сейчас и есть работа по научному исследованию памятников, во всяком случае, их состояния на период паспортизации: с фиксацией утрат и всяческих перестроек.

И где лучше всего идет эта работа? Естественно, в столице нашей области – в Пскове. Особенно активно – с 2000 года. В 2007 году из 40 разработанных на памятники паспортов 30 – это паспорта памятников Пскова.

Почему? Потому что есть активный интерес инвестора – на предмет аренды памятника или даже приобретения его в собственность.

Паспорта сейчас оформлены на 70% объектов историко-культурного наследия Пскова. Как заметила Марина Кулакова, «такое впечатление, что еще немножко – и круг замкнется». Но на самом деле картина далека от благополучия. Довольно большой процент памятников федерального значения (церкви и гражданские постройки) были паспортизированы в 70-е годы прошлого века. Но тогда и требования были другие. В церквах находились светские учреждения («от складов до археологического центра – как в церкви Михаила и Гавриила Архангелов», - напомнила госпожа Кулакова), и «внутрь» этих светских учреждений специалистов порой пускали с не большей охотой, чем сейчас, когда они стали использоваться по прямому назначению.

В результате: на паспортах одно – два общих фото, плюс некие особенности памятники, тоже очень общие. Перестройки поздних периодов даже не учитывались. Поэтому около 15 процентов паспортов объектов требуют существенной корректировки. Только в трети случаев определен объект охраны. Например, в том же храме Михаила и Гавриила Архангелов не составлен паспорт на братские корпуса, со всеми видимыми теперь каждому горожанину со стороны улицы Советской «новодельными» последствиями (Марина Ильинична по этому поводу какое-то время подбирала формулировку помягче, и, наконец, подобрала: «Здесь мы не нашли взаимопонимания с органом охраны памятников»).

И все-таки в Пскове на общем фоне все еще «более-менее». Например, в 2005 году была проведена работа по инвентаризации архитектурного наследия города. Это большое дело, которое, правда, до сих пор так и не стало реестром – то есть этот перечень до сих пор не утвержден никаким органом власти.

Но на территории области за пределами Пскова всё гораздо печальнее: учтены 940 памятников архитектуры, а паспорта разработаны на 23% из них. «В некоторых районах нам эту работу ни разу не заказывали», - призналась Марина Кулакова. Например, в Печорском районе сейчас известен 271 памятник архитектуры (учитывая Изборск, где чуть не каждый дом находится на государственной охране), и при этом оформлено всего 38 паспортов. И это еще пример самого активного (!) районного сотрудничества с НПЦ. В Псковском районе, тоже не бедном на наследие, разработано всего 16 паспортов.

«Главная причина – финансы», - не раскрыла большой тайны Марина Кулакова. Чтобы профинансировать работу по паспортизации памятников, привлекаются средства трех источников: средства пользователей, средства регионального, местного или федерального бюджетов. Но подавляющее большинство этой работы по городу Пскову (с оформлением охранных обязательств) выполнено за счет пользователей. «По области могу только предположить, что вложение частных инвестиций там не в таком объеме. Да и инвентаризация практически не проводилась. С КУМИ Пскова мы много работаем, с Печорским районом, с Островским тоже. В остальных – может, не продают памятники, может, продают без обременений. И если обременения нет, то регистрируют без обременений», - такой вот простой выход, о котором знают в НПЦ, но сделать ничего не могут.

Что, конечно, не означает, что в районах нечего охранять. «В прошлом году в Себеже только по одной улице прошлись – увидели сразу два дома-памятника. Если пройтись по Печорам – там уникальная сохранность довоенного города. Дома сохранились, как в 30-е годы, вплоть до оконных рам и ручек на них. А в списки никакие не внесено», - посетовала Марина Ильинична. На выявление новых объектов нет средств.

Из областного бюджета в 2008 году была профинансирована паспортизация двух объектов: на Некрасова, 23 и основание мельницы Кука на улице Гоголя, 54 (в разрушенном состоянии, готовится на продажу – вот и нашлись средства на изготовление паспорта). На средства федерального бюджета паспортизировали «многострадальную Покровскую башню» и детскую областную библиотеку (памятник регионального значения – дом Валуева, более известный как «дом губернатора»).

А ведь есть еще памятники истории, есть сады и парки – с ними сейчас не работают вовсе.

По памятникам археологии в 80-90-х годах прошлого века было паспортизовано 53% от общего объема наследия. «Но корректировка требуется еще большая, археология сметается по области. В этом году в ряде районов инвентаризировали: часть памятников уже не существует, и при этом выявлены новые», - Марина Кулакова вновь констатировала отсутствие средств на работу с выявленными памятниками.

Так что пока действительна такая схема: пока памятник не получит пользователя – он, скорее всего, не получит и паспорта. Пусть и такого, форма которого была утверждена в 70-80 годы (сейчас только ведутся разговоры об утверждении новой формы). И хорошо, если пользователь-собственник будет где-нибудь на виду. То есть в Пскове. В районах с этим «намного проще».

«Поднимают волну, пишут запросы»

Печорский район Псковской области, Мальская долина, памятный придорожный молельный крест. Фото: Лев Шлосберг
О том, как и почему в Псковской области «сметается археология», участникам конференции рассказывал начальник отдела полевых исследований и камеральной обработки Археологического центра Псковской области Александр Михайлов.

Зачин тот же: «Для всех регионов России характерна тенденция вкладывания средств в объекты недвижимости. На территории Псковской области, учитывая близость ее и к Санкт-Петербургу, и к Москве, довольно значителен приток капиталов. Деньги вкладывают в недвижимость, в землю».

Покупки разделяются на две массовые части. В пределах сельских поселений чаще покупаются дома, где люди живут весь дачный сезон. Но есть и «новые земли», которые уходят за пределы границ сельских поселений. Их продают компаниям или частным лицам, которых в просто дачники не запишешь. Особый интерес для таких покупателей представляют земли в рекреационных зонах, где есть живописные ландшафты. В Псковской области к таким зонам «повышенной живописности» относится восточный берег Чудского озера (территория Гдовского района), западный берег Псковского озера с Изборско-Мальской долиной, нижнее Повеличье (Псковский район), Палкинский район, район Пушкиногорья, Себежский, Пустошкинский, Невельский, Куньинский районы. То есть практически везде, где рядом расположены какие-то озерные красоты.

«Технология формирования и получения таких земельных участков отработана простая. Риэлтерские компании скупают у населения (раньше вовсе за смешные деньги, сейчас чуть подороже) земельные паи и объединяют их в крупные земельные участки площадью от гектара – полутора до семи гектаров. Их и продают частным лицам», - сообщил Александр Валерьевич.

Вопрос контроля за продажей и использованием таких участков стоит достаточно остро. На территории Псковской области такие участки становятся объектами экспертизы для определения наличия или отсутствия объекта культурного наследия в двух случаях. Во-первых, когда собственник пытается официально перевести земли в другую категорию пользования: земли сельхозназначения в земли поселения или земли особо охраняемых категорий в рекреационные зоны. Тогда Росимущество инициирует запрос в орган охраны памятников. Но эти случаи единичны.

Чаще же – случайно проходит информация о свершенных фактах нарушения или об угрозе таких нарушений на земельных участках, где могут находиться объекты историко-культурного наследия. Эта информация, как правило, исходит от местных жителей, которые «поднимают волну, инициируют запросы в местные органы власти, в прокуратуру».

«Если застройка уже состоялась, то после сооружения больших соборов, красивых домов, обследовать участок затруднительно. У нас сейчас озвучен примат частной собственности, об этом владельцы участков (и их службы безопасности) помнят очень хорошо, поэтому когда участок освоен, и там все построено, то попасть туда и доказать наличие известного объекта, который уже и так был в реестре, на федеральной охране – тоже трудно», - напомнил коллегам археолог. И привел несколько примеров разного (успешного и неучпешного) взаимодействия: как с собственником, так и с властью.

«Две непонятные горки»

Например, печально известная для псковичей ситуация с курганной группой у деревни Северик (около 10 км от Пскова). «Берег реки, удобный подъезд, недалеко от города», - «прорекламировал» все прелести этого уголка Александр Михайлов. Вот эти участки администрация Псковского района и стала продавать частным лицам, не взяв во внимание курганную группу VI-VIII веков до нашей эры (!), которая широко известна по публикациям, и считается одной из эталонных курганных групп культуры псковских курганов. Участки продавались все ближе и ближе к курганам. У них менялся собственник, и прежний владелец решил осуществить «предпродажную подготовку». «Ему не понравились две непонятные горки рядом с владениями, и по ним очень качественно проехались бульдозером. Две курганные насыпи оказались уничтожены полностью», - подвел итог докладчик. Сейчас там идет новое строительство.

Первоначально прокуратурой Псковского района предпринимались активные попытки найти и наказать виновных. Но почему-то не получилось.

Справедливости ради: археологи не всегда обвиняют собственников-строителей в откровенном вандализме. Вот и на конференции псковичи говорили о том, что во многом виноваты традиционные проблемы: отсутствие в районах информации о памятниках, размытые координаты памятников на местности, отсутствие определений границ памятников и охранных зон. Кроме того, в федеральном законодательстве до сих пор отсутствует подзаконный акт об историко-культурной экспертизе, который должно утвердить правительство. Но это в регионах сейчас уже говорят вместо «здравствуйте», когда обсуждают основные проблемы сохранения историко-культурного наследия.

Но есть примеры и почти позитивные. По крайней мере, пока – позитивные. В Гдовском районе в деревне Забредняжье застраивается побережье Чудского озера. И собственник купил участок вместе с объектом археологического наследия – жаличным могильником. Тут, к счастью (и даже к удивлению) собственник был практически сразу поставлен в известность – администрацией Псковской области. Решение принимали втроем (администрация области, местная власть и владелец участка – как-то обошлись без специалистов), и приняли не самое плохое: собственник своим решением исключил территорию памятника из границ своего землевладения, оставив сам холм с памятником за забором. Для дальнейшей сохранности там поставили еще один глухой забор. И всё закрыли на ключ, а ключ передали волостной администрации.

Еще более позитивный пример – это работа по курганной группе деревни Залахтовье в том же Гдовском районе на берегу залива Лахта Чудского озера. «Здесь в 2004 году началось строительство, скажем так, усадьбы. В ходе рытья котлованов обнаружили человеческие останки: за счет владельца участка на территории были проведены раскопки в течение 3 полевых сезонов на 500 кв. метрах и изучен средневековый могильник. Взаимодействие перешло на иной уровень: владелец участка счел возможным финансировать чисто научные работы уже за границами своих владений», - поделился не очень распространенным в Псковской области позитивным опытом Александр Михайлов.

Так что там о путях не борьбы, но решения? Есть такие (кроме экономического кризиса, который, безусловно, приостановит поток средств, вкладываемых в освоение «псковских далей», чем ограничит и возможности изучения еще не изученных объектов): простые и, хочется верить, действенные.

Александр Михайлов сделал акцент на необходимости работы с органами местного самоуправления (сельскими и районными администрациями). «Необходимо предоставление им всей полноты информации, чтобы могли пользоваться. Особенно в зонах риска», - уверен он.

Второе дело: дальнейшее проведение мониторинга памятников с задачей определения границ объектов культурного наследия, фиксация их границ. В-третьих, взаимодействие с собственниками земли. «Далеко не всегда наши воспитательные функции могут решить эти проблемы. Но административные, нормативные положения – могут», - не сомневается Александр Михайлов.

Эту уверенность хочется разделить с так и не озвученной на конференции уверенностью властей – и не только относительно памятников археологии.

«У нас не хуже, чем где-то»

Дом № 30 на улице Псковской в Печорах – яркий пример дожившего до наших дней, но не нашедшего хозяина памятника архитектуры. Фото: Лев Шлосберг
В этой статье сознательно приведены примеры того, что делается «не в Пскове». Потому что, если уж в Пскове за последние пять лет имели место проблемы, решение которых однозначно уже было юридически урегулировано как федеральным, так и региональным законодательством, то про полноту информации о невозможности допущения этих нарушений говорить уже не хочется.

Ни полнота информации, ни что-либо другое не помешало это законодательство непоправимо нарушить. И недостаток средств здесь был не при чем (тут, скорее, как раз избыток). И была проявлена воля – и к неисполнению законодательства и к пополнению (своего и так не пустого кармана). Об этом говорила на конференции председатель Псковского областного отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры Ирина Голубева, напомнив хорошо и до боли известный всем в Пскове печальный ряд: дом на площади Героев-десантников, «шляпу злого волшебника» и неразрешенный к возведению дом на «четырех углах», и «освоение» парка реки Псковы, и дома на старом Запсковье [ 2 ].

Впрочем, как заметила на конференции директор Археологического центра Псковской области Елена Яковлева: «У нас очень много вопросов: и бетонные плиты, и повышенная этажность. Такие вопросы есть у всех, просто благодаря нашей общественности они звучали громче. У нас не хуже, чем где-то. Просто в Пскове достаточно сильная профессиональная корпорация, которая может с этим настойчиво работать».

Да, работать может. Победить – не всегда.

Повезли участников конференции смотреть нашу гордость – фрески Спасо-Преображенского собора Мирожского монастыря. Надо было видеть, в каком немом изумлении они застывали по выходу из ворот монастыря: «любовались» видом на Покровскую башню на фоне «десантного дома» [ 3 ]. «Это тот дом, да? О котором ваш ВООПИиК говорил? Но ведь даже если шатер восстановить – из-за башни будут такие «уши» этого дома торчать!» - это, что называется, первые впечатления гостей древнего города…

Достались они именно мне. Стыдно, конечно: «Мы боролись, мы протестовали, мы писали...» Но в сослагательном наклонении про историю всё равно не расскажешь. Хотя у нас, конечно, не хуже, чем везде.

Елена ШИРЯЕВА

 

1 Первую часть материала см.: Е. Ширяева. Кризис подлинности // «ПГ», № 49 (418) от 10-16 декабря 2008 г.

2 См.: Е. Ширяева. Шляпа злого волшебника // «ПГ», № 7 (376) от 20-26 февраля 2008 г.; И. Голубева. Репортаж со строек дикого капитализма // «ПГ», № 18 (387) от 7-13 мая 2008 г.

3 Е. Ширяева. Башня, небо, облака // «ПГ», № 40 (309) от 18-24 октября 2006 г. 3. Н. Скобельцына. «Хочется ударить в набатный колокол» // «ПГ», № 41 (310) от 25-31 октября 2006 г. 4. В. Васильев. Пока не заурчали бульдозеры // «ПГ», № 41 (310) от 25-31 октября 2006 г. 5. Е. Ширяева. Люди тянутся за красивым // «ПГ», № 42 (311) от 1-7 ноября 2006 г. 6. «Мы призываем к открытому и широкому профессиональному и общественному обсуждению» // «ПГ», № 42 (311) от 1-7 ноября 2006 г. 7. И. Голубева. Горячие точки Пскова // № 43 (312) от 8-14 ноября 2006 г. 8. В. Шуляковский: «Архитектура – это все-таки застывшая музыка, а не застывшая экономика» // «ПГ», № 45 (314) от 22-28 ноября 2006 г. 9. Е. Ширяева. «Это какой-то тяжелый рок» // «ПГ», № 47 (316) от 6-12 декабря 2006 г. 10. В. Курбатов. Жатва // «ПГ», № 48 (317) от 13-19 декабря 2006 г. 11. Редакция. Повод для осторожного оптимизма // «ПГ», № 49 (318) от 20-26 декабря 2006 г. 12. Е. Ширяева. Допустительство // «ПГ», № 18 (337) от 9-15 мая 2007 г. 13. В. Шуляковский. «Может быть, Покровская башня признана памятником второго сорта?» // «ПГ», № 18 (337) от 9-15 мая 2007 г. 14. Е. Ширяева. Еще один «повод для осторожного оптимизма» // «ПГ», № 21 (340) от 30 мая - 5 июня 2007 г. 15. Е. Ширяева. Условная разрешенность // «ПГ», № 29 (348) 25-31 июля 2007 г. 16. Е. Ширяева. Торг у Покрова // «ПГ», № 29 (348) от 25-31 июля 2007 г. 17. Е. Ширяева. На святое дело идём // «ПГ», № 31 (350) от 15-21 августа 2007 г. 18. Е. Ширяева. «Чего сделано не было» // «ПГ», № 37 (356) от 26 сентября - 2 октября 2007 г. 19. Е. Ширяева. Шляпа злого волшебника // «ПГ», № 7 (376) от 20-26 февраля 2008 г. 20. В. Шуляковский. Растопыривая этажи // «ПГ», № 9 (378) от 5-11 марта 2008 г. 21. Е. Ширяева. Слушайте! Слушайте! // «ПГ», № 15 (384) от 16-22 апреля 2008 г. 22. Е. Ширяева. Стена плача // «ПГ», № 16 (385) от 23-29 апреля 2008 г. 23. Редакция. Заднее число // «ПГ», № 19 (388) от 14-20 мая 2008 г.; Е. Ширяева. Момент истины // «ПГ», № 20 (389) от 21-27 мая 2008 г.; Е. Ширяева. Уго[а]дили // «ПГ», № 22 (391) от 4-10 июня 2008 г.: А. Лебедев. Почему мы против // «ПГ», № 22 (391) от 4-10 июня 2008 г.; Е. Ширяева. Держать оборону // «ПГ», № 23 (392) от 11-17 июня 2008 г.; Л. Шлосберг. С особым цинизмом // «ПГ», № 42 (411) от 22-28 октября 2008 г.

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  3616
Оценок:  3
Средний балл:  9.7