Статья опубликована в №3 (424) от 28 января-03 января 2009
Колонки

Об охране прав и правоохранке

 Игорь БОРИСОВ 28 января 2009, 00:00

В стаде высших приматов каждая особь сама заботится о своей безопасности. Так принято. По понятиям высших приматов. В отличие от обезьян, в цивилизованном человеческом обществе на смену понятиям пришло право. Ещё древние греки и римляне написали законы и создали институты выполнения этих законов. Историкам, изучающим средневековье, хорошо известно Псковское право (Псковская Судная Грамота). Сейчас, в начале третьего тысячелетия, подавляющее большинство шестимиллиардной популяции Homo sapiens понимает, что строгое соблюдение законов гарантирует индивидууму наибольшую свободу, возможную на данной ступени развития человеческой цивилизации.

Мы, обыватели – потребители государевых услуг, исправно оплачиваем своими налогами и эту: услугу по защите наших прав, чести, достоинства. Полиция (или милиция), прокуратура, суд и арбитраж – игрушки дорогие, но в цивилизованном мире необходимые. Однако качество предоставляемых в России правоохранительных услуг всем нам хорошо известно. Я даже не буду приводить свежие примеры милицейского произвола и оборотничества, неправосудных судов, недреманного прокурорского надзора. Каждый из вас, уважаемые читатели, может сделать это не хуже меня. Попробуем докопаться до причин, по которым правоохранительная система превратилась в правоохранку.

В начале девяностых годов прошлого века государство полностью самоустранилось из хозяйственной сферы. Свято место пусто не бывает. Ниша была быстро заполнена. В питерскую фирму, где я тогда работал, пришли двое серьёзных ребят атлетического сложения:

– Давайте, мы будем вас охранять.

– Но на нас никто не нападает…

– Сегодня не нападает, а завтра?

Шеф всё понял и заключил с ребятами договор.

Надо отдать должное, что именно благодаря тем могиканам, романтикам рэкета, скромно, но с достоинством называвшим себя бандитами, задышала российская экономика. Без них было просто невозможно добиться выполнения партнёрами заключённых договоров. Арбитраж – год разборок. А недобросовестный партнёр на его решение в итоге просто плюнет. И что за год с лишним станет с вашим бизнесом? Особенно если в сделку вложен весь оборотный капитал, что было характерно для того времени? Ребята же «решали вопросы» быстро, недорого и почти без крови.

Вторая волна бандитов была циничной и наглой. Романтиков убрали быстро. Например, «крышевавший» нашу фирму в Питере Олег «Бройлер» уже летом 1994-го упокоился навеки, зарубленный на «стрелке» шашкой.

К концу девяностых бандиты контролировали большую часть российского бизнеса и превратились в могучую политическую силу, игравшую на развал крупнейших предприятий и самой России. Остановить эту силу могла только другая сила – те, которые не бывают бывшими.

При этом вся правоохранительная система России оказалась между двух огней, поскольку обе договаривающиеся стороны зачастую преследуют цели, выходящие за рамки правового поля. Одна сторона предлагает деньги, несравнимые с окладом милиционера, судьи или прокурора, а другая просто вежливо просит, но отказать невозможно. Одно неосторожное движение – и человек, похожий на генерального прокурора… в бане… с девочками… «Кто из вас без греха…», тот отлучается от государевой кормушки-поилки. Даже сама Фемида в таких условиях просто вынуждена оставаться зрячей.

А рядовые потребители – не Александр Матросов, простите. И уж больно впечатляют примеры Анны Политковской, Станислава Маркелова, Анастасии Бабуровой.

Сейчас, судя по некоторым признакам, чекисты контролируют бандитов. Почему только контролируют, а не изничтожают? Но если в природе не будет дождя, какой же потребитель станет оплачивать зонтики?

Это было бы полбеды, но контролируют они уже не только и не столько бандитов, сколько всё государство и общество. Важнейшим инструментом контроля является компромат. Компромат должен быть серьёзным. Он, в случае слива, должен обеспечивать если не посадку на нары, то, по крайней мере, завершение общественной, политической и экономической деятельности лица.

С этим стилем работы я познакомился, ещё будучи кадровым офицером Советской Армии. Вызывает командир части моего непосредственного начальника:

– У вас старший лейтенант Борисов неуправляемый!

– Товарищ полковник, он же отличник боевой и политической подготовки, работы по управлению космическими аппаратами выполняет только на «хорошо» и «отлично»…

– Нет, товарищ майор, он у вас неуправляемый – он вас не боится, он начальника отдела не боится, он меня не боится – он у вас неуправляемый!

А ещё через несколько дней, по размышлении, майор дал мне отеческий совет:

– Твоя беда, Игорь, что на тебя нет компромата, поэтому начальство тебя опасается и не даст тебе продвинуться по службе. Сходи в ресторан, что ли, напейся, устрой пьяный дебош, попади в милицию. Я тебя оттуда вытащу, объявлю строгий выговор, через полгода его сниму. Зато потом ты станешь как все, тебя перестанут бояться и служба пойдёт.

Не смог я себя пересилить. Пришлось увольняться в отставку старшим лейтенантом.

Мы порой удивляемся, почему умные, грамотные, честные экономисты и политики задвинуты на задворки политической жизни России. Потому и задвинуты, что честные. И компромата на них нет даже на два процента. Даю им совет «от майора»: сходите, скажем, в баньку с девочками, желательно -…надцатилетними, а потом внимательно слушайте и выполняйте вежливые просьбы. И карьера ваша рванёт в гору. Но если у вас «нет такой буквы в этом слове», то её и не будет.

Сейчас методы вертикального контроля доведены до совершенства. Пресловутое советское «телефонное право» вспоминается как игрушка детсадовских малышей. Созданная система уже сама, без телефона знает, как ей поступить в каждом конкретном случае. Такие происшествия, как гдовский инцидент, повлёкший гибель двух авторитетных лиц [ 1 ] – всего лишь досадные недоразумения, вызванные излишком принятого на грудь. Подобная нелепица раздражает как стражей государевых, так и правильных пацанов.

А мы с вами, уважаемые потребители, обращаемся в правоохранительные органы разве что от полного отчаяния, поскольку результат, как правило, вполне предсказуем. Это только на бумаге мы имеем право. На деле же право имеет нас. Система-с. Если уж совсем припрёт, то пойдём в приёмную известного авторитета:

– Батюшка, не выдай, усмири опричников своих. Поверни дышло, чтоб по закону вышло. Совсем уж нет силушки терпеть беспредел.

Глядишь, повезёт, и поедем на кремлёвскую ёлку за подарками. Ещё и по телевизору покажут.

А все эти права-законы из какой-то другой, не российской реальности. Ведь насколько естественно для истинной природы Homo rossiyanus – дружно идти за уверенным в себе высокоранговым альфа-самцом. Вопрос только в том, примет ли человеческая цивилизация двадцать первого века в свои ряды стадо высших приматов, живущих по понятиям?

Игорь БОРИСОВ, потребитель

 

1 См.: М. Киселев. Уравнение с двумя известными // «ПГ», № 2 (423) от 21-27 января 2009 г.

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  2783
Оценок:  12
Средний балл:  10