Статья опубликована в №18 (640) от 08 мая-14 мая 2013
Политика

Что в имени тебе моём?

Депутаты Псковского областного Собрания депутатов не сошлись во взглядах на то, должны ли депутаты иметь право переименовывать города и сёла
 Константин МИНАЕВ 08 мая 2013, 10:10

17-я сессия Псковского областного Собрания депутатов, с внешне малопримечательной повесткой дня, принесла несколько образцов парламентских дискуссий, когда сам факт обсуждения, заставляющий депутатов задуматься о том, что именно вынесено на голосование, увеличивает число как несогласных, так и сомневающихся. Причем этот эффект проявляется непосредственно на сессии, заседания предшествующих ей комитетов, проходящие рутинно, не дают возможности предположить возникновение разногласий на пленарном заседании. Так произошло 24 апреля с проектом закона области «Об энергосбережении и повышении энергетической эффективности на территории Псковской области», и такая же судьба выпала на долю проекта закона области «О порядке рассмотрения предложений, информирования населения и выявления мнения населения о присвоении наименований или переименовании географических объектов».

Игорь Савицкий (КПРФ) Алексею Севастьянову («Единая Россия»: «не надо так относиться, господин Севастьянов, к псковичам! Мы не быдло, мы можем принимать решения! Я считаю, что такие решения должны приниматься только на референдуме». Фото: Александр Сидоренко

«В общем, за исключением этого перечня, – всё, что находится на территории субъекта Российской Федерации»

Председатель государственного комитета по инвестициям и пространственному развитию Андрей Михеев, как и его предшественник на трибуне в случае с проектом закона «Об энергосбережении и повышении энергетической эффективности на территории Псковской области», объяснил внесённый проект необходимостью привести областное законодательство в соответствие с федеральным и по-студенчески бодро, если не сказать оптимистично, сообщил депутатам: «Областной законопроект разработан в целях реализации положений 99-го федерального закона, который в 2012 году внес изменения в 152-й федеральный закон «О наименованиях географических объектов». В частности, изменения коснулись статьи 9 данного закона, которая в том числе говорит, что представительные и законодательные органы государственной власти субъектов Российской Федерации должны рассматривать предложения о присвоении наименований географическим объектам, о переименовании их, выявлять мнение населения по данным вопросам, а также информировать население о необходимых затратах для совершения данных действий. Соответственно, данный законопроект определил основные положения, которые регламентируют порядок действий по присвоению наименований, закрепил также, каким образом происходит выявление мнения населения. Вкратце всё по законопроекту».

Словно почувствовав вузовскую атмосферу выступления, Анатолий Копосов (КПРФ) с видом доцента задал Михееву «вопрос на засыпку»: «Что вы относите там к географическим наименованиям… объектам?» (некоторым показалось, правда, что Анатолий Петрович искренне не понял, о чём речь).

Андрей Михеев, как хорошо подготовленный студент, который получил от экзаменатора вопрос, на который он отлично знает ответ, радостно сообщил: «Географические объекты в соответствии с данным законом – это существующие или существовавшие относительно устойчивые, характеризующиеся определенным местоположением целостные образования Земли: материки, океаны, моря, заливы, проливы, острова, горы, реки, озера, ледники, пустыни и иные природные объекты; республики, края, области, города федерального значения, автономные области, автономные округа; города, в том числе города федерального значения, и другие населенные пункты, районы, административные районы, аймаки, кажуны, национальные районы, улусы, волости, поселковые советы, поселения, сельские советы, национальные сельские советы, сельские округа, саманы, станичные округа и другие административно-территориальные образования, железнодорожные станции, морские порты, речные порты, аэропорты…».

Картина вырисовывалась фантастическая. На лицах депутатов Псковского областного Собрания можно было прочитать, как они будут называть и переименовывать материки, океаны, моря, заливы, проливы, острова, горы, реки, озера, ледники, пустыни…

Но г-н Михеев быстро прекратил эти мечтания, подразнив депутатов еще немалым перечнем того, что им переименовывать не придется: «Что касается областного уровня, то это предложения о присвоении наименований географическим объектам, за исключением железнодорожных станций, морских портов, речных портов, аэропортов, географических объектов в пределах внутренних вод, географических объектов территориального моря, континентального шельфа и исключительной экономической зоны Российской Федерации, географических объектов, открытых или выделенных российскими исследователями в пределах открытого моря и Антарктики. В общем, за исключением этого перечня, – всё, что находится на территории субъекта Российской Федерации. Решения и мнения населения рассматриваются именно областным Собранием депутатов».

По лицам депутатов было видно, что они пытаются понять, что, «за исключением этого перечня» ещё находится на территории Псковской области, чтобы судьба подарила им шанс дать имя географическому объекту или переименовать оный. Ведь иных возможностей войти в историю, пусть и коллективно, у большинства из них не будет никогда.

Выходило – очень немного. Есть, правда, заливы, проливы, острова, горы, реки, озера и какое-то постоянно сокращающееся число населенных пунктов.

«Им звонят из какого-нибудь кабинета, и они все, гремя копытами, бегут голосовать за всё, что угодно, понимаете? И вы это знаете!»

«Каким образом предполагается учитывать мнение населения?», – продолжил экзамен с пристрастием Анатолий Копосов.

Алексей Севастьянов («Единая Россия») Игорю Савицкому (КПРФ): «Я не могу понять, почему вы настолько убеждены, что вас выбрал народ, а депутатов муниципалитетов и волостей народ не выбирал? И почему вы считаете, что вам можно доверять принятие решений, а депутатам волостей доверять вообще ничего нельзя?». Фото: Александр Сидоренко

Андрей Михеев продолжил ответ со старанием: «Проводятся публичные слушания по вопросу присвоения наименования или переименования, и окончательное решение на муниципальном уровне принимает представительный орган местного самоуправления. Дальше весь комплект документов с заключением администрации области отправляется в областное Собрание депутатов, где принимается решение. В дальнейшем, это решение Псковского областного собрания депутатов направляется в уполномоченный федеральный орган».

Эстафету вопросов от флегматичного Анатолия Копосова принял Игорь Савицкий, который экзаменатора из себя не изображал, а изначально исходил из того, что отвечающий ему г-н Михеев неправ в принципе и по существу.

Между г-ном Савицким и г-ном Михеевым состоялся напряженный диалог, в процессе которого Савицкий прессинговал, а Михеев до последнего старался не дать ответ по существу, но в итоге сдался и ответил.

Савицкий: «Какой юридический статус имеют публичные слушания? Что от них вообще зависит?».

Михеев: «Ну, насколько я знаю, в соответствии с законодательством публичные слушания являются формой непосредственного участия населения в местном самоуправлении».

Савицкий: «Юридические последствия объясните, пожалуйста. Вот прошли публичные слушания, и что?»

Михеев: «И как я понимаю, что всенародно или каким-то другим образом выбранные депутаты прислушиваются к этому мнению и принимают окончательное решение».

Савицкий: «С точки зрения юридической, я не понял. Что значит прислушиваются? Уши моют? Смысл этого мероприятия? Если вы скажете так, что должно собраться 100 человек и проголосовать, голоса должны быть посчитаны и опубликованы в прессе, и на основании голосования принимается решение, это я понимаю. А насчет слушать там или не слушать, я не понимаю. Это не юридические понятия. Кто слушает и как? Кто там собирается? Сколько человек? Что это за публика?».

Михеев: «Ну, я с вами не соглашусь. На мой личный взгляд, публичные слушания имеют достаточно открытый характер. Соответственно, слушания устраиваются органами местного самоуправления, они приглашают население поучаствовать по тому или иному вопросу».

В диалог, видя некоторую растерянность Андрея Михеева, вмешивается председатель областного Собрания Александр Котов: «Игорь Николаевич, Игорь Николаевич, вы задали уже три вопроса!».

Савицкий: «Я пока еще не получил ответа на один. Какие юридические последствия публичных слушаний? Я этого не услышал».

Михеев (вынужден сказать правду): «Ну, публичные слушания носят рекомендательный характер. Если вы это хотите услышать».

Савицкий, скорее всего, понимал, о чём спрашивал. И ключевые слова «носят рекомендательный характер» неизбежно прозвучали.

Лев Шлосберг («ЯБЛОКО») вернул общение в режим экзаменационных вопросов: «Андрей Сергеевич, здесь упоминается представительный орган муниципального образования, на территории которого расположен географический объект. У нас двухуровневое местное самоуправление. Представим себе вопрос переименования населенного пункта, деревни. Она находится одновременно на территории сельского поселения и на территории муниципального района. Каким образом будет определяться уровень принятия решений представительным органом: первый или второй уровень местного самоуправления?».

Михеев (неуверенно): «Насколько я понимаю, мы говорим про первый уровень».

Шлосберг: «А где это написано в законе? Это существенно».

Михеев (грустно): «В законопроекте это не отражено».

Немного передохнувший Игорь Савицкий предпринял успешную попытку прорваться через Александра Котова («Еще вопросы? Игорь Николаевич, ну… четвертый вопрос…») к допросу Андрея Михеева.

Савицкий: «А вам не приходило в голову решить с помощью референдума? Референдума по этой улице, по этому поселку. Вы это не обсуждали?».

Михеев: «Безусловно, мы рассматривали различные формы изъявления мнения населения по тому или иному объекту. Мы пришли к выводу, что наиболее оптимальной будет та форма, которая предложена нами. Мы посмотрели, как это урегулировано в иных субъектах. Практика везде разная. Почти в половине субъектов, о которых мы нашли информацию, подход именно такой, какой предлагаем мы. Нашу позицию мы опять же согласовали и с комитетом по местному самоуправлению и с аппаратом администрации».

Котов: «Игорь Николаевич, ну по регламенту у нас ограничено…»

Савицкий: «Правильно ли я понимаю, что вы узурпируете право каким-то избранным людям присваивать поселкам, городам и весям названия? Это цель вашего законопроекта? То есть вы решили, что вы сядете за бутылкой хорошего шнапса и всё решите, кто как будет называться и когда! Я правильно понял ваш законопроект?».

Котов: «Игорь Николаевич, неправильно вы поняли, потому что это не какие-то люди, а это депутаты, представители органов местного самоуправления, которых выбирали избиратели, как и нас с вами».

Михеев: «Вы, может быть, не уловили суть законопроекта. Решение принимает не орган исполнительной власти, а депутаты. Окончательное решение будете принимать вы как депутат областного Собрания депутатов».

Небольшой передых Савицкому дал его коллега по фракции Алексей Фёдоров.

Федоров: «А каковы юридические последствия, если представительный орган муниципального образования не прислушивается к мнению населения? У населения одно мнение, оно высказало депутатам, а депутаты приняли совершенно другое решение. Я в законе не увидел, как дальше-то?», – продолжил тему соотношения прав рядовых граждан и депутатов г-н Фёдоров.

Г-н Михеев снова постарался как можно дольше продержаться, но сдался уже со второй попытки.

Михеев: «Местный уровень власти должен выявить мнение населения путем публичных слушаний. Наверное, депутаты, прислушиваясь к большинству, скажут, нужно это делать или не нужно. Вот один человек считает, что это нужно делать, но в результате публичных слушаний мы выявим, что это нецелесообразно, не нужно, не подтверждено исторически, культурно и так далее...».

Федоров (раздраженно): «Я спросил, если они не прислушаются, дальше что? Если депутатами принимается решение вразрез с мнением населения?».

Михеев: «Механизм у нас такой: публичные слушания проводятся, ну дальше, что называется, окончательное решение принимают депутаты».

Игорь Савицкий попытался разрушить редут Михеева с третьей попытки окончательно.

Котов: «Игорь Николаевич, мне, наверное, сделают замечание по ведению нашего сегодняшнего заседания…».

Савицкий: «Есть регламент, он меня не ограничивает в задавании вопросов. Могу задавать вопросы, пока все не поймут. Что ж делать, если я такой тупой.

Скажите, пожалуйста, вы действительно уверены, что депутаты, принимая решения, руководствуются мнением избирателей, а не мнением своих партий, фракций и всего остального? Вы же сами сказали, что можно все сделать, вплоть до референдума. Ведь понимаете штука какая, моё глубочайшее убеждение при всем уважении к депутатам: это очень несамостоятельные люди. Им звонят из какого-нибудь кабинета, и они все, гремя копытами, бегут голосовать за всё, что угодно, что называется, понимаете? И вы это знаете! Вы такой молодой, умный человек. И вы это знаете не хуже меня! Как вы можете предлагать нам такие вещи?! Я и говорю, что в итоге кто-то один будет решать, как называется поселок, город или географическая местность. Может быть, учитывая все это, другую форму перенаименования географических названий нам предложить?».

Михеев: «Я свою позицию озвучил, позицию органа власти, который разработал этот законопроект, мы это внесли на рассмотрение…».

Савицкий: «Ну, в общем, вам тоже позвонили и порекомендовали. Всё понял».

«Не надо так относиться, господин Севастьянов, к псковичам! Мы не быдло, мы можем принимать решения!»

Покончив не без усилий со стороны Александра Котова с вопросами, перешли к выступлениям.

Лев Шлосберг («ЯБЛОКО»): «Если идет речь о переименовании населенного пункта со сложившейся вековой историей, это не может решаться иначе как на референдуме, потому что это географическое название является частью местного сообщества, оно принадлежит истории тысяч семей». Фото: Александр Сидоренко

В Псковском областном Собрании есть примета: если внесенный администрацией области законопроект попадает в «зону риска», то одним из первых прикрывать чиновников исполнительной власти бросается напролом Алексей Севастьянов, вне зависимости от сути спора. Его выступления, как и выступления Виктора Степановича Черномырдина, нередко можно просто разбирать на цитаты.

Так произошло и в этот раз.

Как обычно, косноязычно, но эмоционально, г-н Севастьянов выступил в защиту права депутатов от имени граждан рекомендовать переименовывать города и веси: «Коллеги, я считаю, что мнение муниципалитетов и депутатов, несмотря на то, что они бывают вот такие совсем нехорошие, как нам только что было представлено, и пассивны, я думаю, необходимо. Если мы будем полагаться только на мнение жителей, то, я думаю, в наших малочисленных селениях, деревнях, где осталось по пять, десять бабушек, любой состоятельный человек приедет, за небольшие блага скажет: давайте-ка выдвинете идею, чтобы это переименовалось в мое фамильное имение. Вот. И пойдут у нас расти деревни вот таким образом... Я думаю, что здесь надо не исключать то, что люди, которые работают у нас в администрациях, муниципалитетах, – всё-таки ответственные люди. И депутаты, которые работают, я думаю, в поселениях, они не менее ответственны, чем мы. Но чисто отдавать вопрос на мнение населения, мне кажется, на сегодня это опасно».

Спич Севастьянова не мог не вызвать ответной реакции.

И она наступила.

Сначала отреагировал Анатолий Копосов, вполне мирно: «Уважать мнение и десяти бабушек надо тоже – и депутатам и всем, учитывая последующие решения, но в принципе, для меня в этом проекте закона абсолютно неприемлемо решение о том, что мнение людей выясняется через публичные слушания. Я знаю, что это такое, публичные слушания: собрались несколько человек, остальных или нету, или не знали, или не видели….».

С тяжелым лицом Александр Котов дал слово для выступления Игорю Савицкому. Еще до выступления было понятно, что мирно не будет. Предположения оправдались в полной мере.

Савицкий негодовал: «Я хочу всё-таки поставить вопрос вот как. Вы не забывайте, что вы тут не оккупанты, и мы тут не оккупанты, понимаете? Вообще-то главное – это народ, а не мы, тут сидящие. Вот это отношение к нашему народу как к скоту, которому ничего доверить нельзя… Я считаю, господин Севастьянов, вы оскорбляете псковичей таким высказыванием, понимаете? Я здесь вырос, я знаю этот народ. И пять бабушек я знаю, понимаете, да?

Я не боюсь, что приедет богатый человек, заасфальтирует улицу и попросит, чтобы в его честь переименовали деревню. Он покажет, что он просто дурак. За это псковичи просто не проголосуют. Но я боюсь несостоятельного начальника, которому позвонит кто надо и он переименует, понимаете?

И не надо так относиться, господин Севастьянов, к псковичам! Мы не быдло, мы можем принимать решения! Я считаю, что такие решения должны приниматься только на референдуме. А как принимают решения депутаты, мы все прекрасно знаем. В сегодняшней ситуации нельзя передавать такие полномочия депутатам! Ситуация такая, к сожалению».

Лев Шлосберг предложил принять закон только в первом чтении и заняться «восполнением лакун».

Упомянув еще раз, что закон не указывает, представительный орган муниципального образования какого уровня (районного или сельского/городского поселения) должен рассматривать предложения о переименовании и проводить публичные слушания, г-н Шлосберг напомнил, какую пагубную роль играли представительные органы местного самоуправления при недавнем укрупнении сельских волостей и предположил, во что это может вылиться в вопросе переименования городов и деревень: «Перечень предметов регулирования этого закона очень значительный, и полностью полагаться на решение представительного органа нельзя. У нас есть населенные пункты с двухтысячелетней историей, и ставить их переименование в зависимость от десяти лиц, избранных любым количеством жителей, очень опасно.

Я хочу напомнить, что происходило с референдумами по объединению сельских поселений, когда пошло такое поветрие, и постоянно возникало разногласие между жителями, которые выступали категорически против укрупнения волостей, и большинством депутатов. Ряд жителей сельских поселений Псковской области на референдумах проголосовали против укрупнения, и только поэтому целый ряд поселений выжили, и сейчас можно сравнить ситуацию в огромных укрупненных сельских поселениях, которые фактически представляют собой муниципальные районы Псковской области версии 1956-57 годов, с теми волостями, где люди смогли отстоять свои интересы. Те, кто отстоял, оказались правы.

Сейчас право принятия решений об укрупнении поселений уже передано представительным органам. Это ошибка, происходит постоянное умаление прав жителей.

Мы касаемся очень чувствительного вопроса. Представьте себе любой исторический районный центр области, например, Порхов. Там есть крупное предприятие, у которого есть собственники. Почему бы им не увековечить себя? Я не готов к тому, чтобы Порховское районное Собрание депутатов или городское Собрание депутатов Порхова рассматривали возможность переименования исторического поселения. Такую ситуацию невозможно допускать.

На мой взгляд, нужно разделить предметы переименования по уровню принятия решений. Если идет речь о переименовании улицы – это одна ситуация, или идет речь о присвоении имени школе – это одна ситуация. Но если идет речь о переименовании населенного пункта со сложившейся вековой историей, это не может решаться иначе как на референдуме, потому что это географическое название является частью местного сообщества, оно принадлежит истории тысяч семей.

У нас есть все основания заняться этим законом спокойно, основательно».

Пока выступал Шлосберг, у Алексея Севастьянова была возможность подумать, стоит ли идти дальше по явно наметившейся «тропе войны».

Но «топор» её был уже вырыт, и Севастьянов продолжил движение: «Я хотел бы обратить внимание депутатов фракции КПРФ, которые в своих выступлениях очень часто подчеркивают, что к ним обращаются жители, граждане, которые очень часто в своих выступлениях подчеркивают, что они избранники народа. Откуда такое недоверие к депутатам, избранным тем же народом? К депутатам от волостей? Я с большим уважением, Игорь Николаевич, отношусь к псковскому народу и пяти бабушкам, живущим в деревне, которым, кстати, мой коллега [Валентин Каленский] зимой автолавками хлеб возит. Я не могу понять, почему вы настолько убеждены, что вас выбрал народ, а депутатов муниципалитетов и волостей народ не выбирал? И почему вы считаете, что вам можно доверять принятие решений, а депутатам волостей доверять вообще ничего нельзя?».

Впервые за время сессии Анатолий Копосов заговорил эмоционально, обращаясь одновременно к Александру Котову и Алексею Севастьянову: «Уважаемый председатель, я бы хотел уважаемому Алексею Анатольевичу сказать: ведите себя прилично не только по отношению к муниципальным образованиям, которых вы не видите и которые вас не слышат, но и к тем депутатам, которых вы видите, и которые вас слышат. Не надо нас учить, видим, не видим мы, или еще что-то…».

Александр Котов с видимым удовлетворением поддержал Алексея Севастьянова: «Я ничего предосудительного в выступлении Севастьянова не нашел. Очень вежливо обратился к вашим коллегам…».

«Не надо со мной выяснять личные отношения», – вставил между слов Копосова реплику Савицкий.

Анатолий Копосов, что ему обычно не свойственно, почти вышел из себя и с видимой настойчивостью попытался привлечь внимание Александра Котова: «Александр Алексеевич, Александр Алексеевич, Александр Алексеевич, вас это не задело, я очень рад. А меня задело!».

Почувствовав, что вопрос сыпется, впервые за время обсуждения закона слово попросил представитель губернатора, председатель государственно-правового комитета администрации области Андрей Карпов: «Вчера на комитете проект не вызвал такую бурную реакцию, но на самом деле это не такой горящий закон. И достаточно серьезный, поэтому мы не будем возражать, чтобы его приняли в первом чтении, мы к нему вернулись и поработали, а во втором чтении приняли его значительно позже».

Это выглядело как публичное разрешение депутатам от «Единой России» не голосовать безоглядно и одновременно как вариант процедурного компромисса на сессии.

В итоге в первом чтении законопроект собрал 32 голоса за при одном против (голосовали снова руками, система электронного голосования зависла), а во втором чтении для принятия закона не хватило одного голоса: 22 депутата (необходимо 23) проект поддержали, 10 проголосовали против, 3 воздержались.

Федеральный закон не позволяет, увы, депутатам регионального уровня называть и переименовывать материки, океаны, моря, острова, ледники, пустыни и иные природные объекты; республики, края, области, города федерального значения, автономные области, автономные округа; города федерального значения, аймаки, кажуны, национальные районы, улусы, саманы, станичные округа, железнодорожные станции, морские порты, речные порты, аэропорты.

Но остаются ещё заливы, проливы, острова, реки, озера, города, районы, волости, поселения. Не много, конечно, но – что уж есть.

Через небольшое время выяснится, каким способом псковские законодатели постановят изучать на вверенной им территории мнение населения о переименовании пока ещё населенных пунктов Псковской области: через себе подобных избранных или всё-таки решатся дать народу право на референдум.

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  2465
Оценок:  12
Средний балл:  8.7