Статья опубликована в №43 (665) от 06 ноября-12 ноября 2013
Политика

Господин комментатор

Губернатор Андрей Турчак продолжает общаться с депутатами Псковского областного Собрания в режиме раздраженной рефлексии
 Константин МИНАЕВ 30 ноября 1999, 00:00

Губернатор Андрей Турчак продолжает общаться с депутатами Псковского областного Собрания в режиме раздраженной рефлексии

Минувшая в последний вторник октября 21-я сессия Псковского областного Собрания установила рекорд продолжительности: начав работу в одиннадцать часов, парламентарии завершили её буквально за несколько минут до шести вечера. Сессия запомнилась сразу несколькими крайне раздраженными диалогами губернатора Андрея Турчака с депутатами регионального парламента от оппозиции и двумя провалами губернаторских инициатив, предположить которые (провалы) можно было еще до сессии. Большинство наблюдателей сходится во мнении, что в преддверии губернаторских выборов Андрей Турчак любое своё общение с представителями парламентской оппозиции превращает в репетицию предвыборных дебатов [1], что ставит его в крайне невыгодное положение: формат публичных комментариев выдает скорее тревожность, чем уверенность в своих силах.

«Псковская область находилась вообще в зоне оккупации, если вы помните, да?»

Андрей Турчак – Александру Рогову: «Мне искренне жаль, что фракция КПРФ наделила Геннадия Николаевича статусом «политического шахида», заставляя его постоянно выносить этот вопрос на рассмотрение». Фото: Александр Сидоренко

Политическая повестка дня сессии открылась рассмотрением проекта закона «О статусе детей Великой Отечественной войны, проживающих в Псковской области, и мерах социальной поддержки граждан, которым присвоен статус детей Великой Отечественной войны, проживающих в Псковской области», внесенном коммунистом Геннадием Бубновым.

Вокруг этого и аналогичных ему законопроектов ведется почти уже ритуальная борьба в региональном парламенте вот уже второй созыв, и всё это время – с одинаково отрицательным результатом [2].

Параллельные процессы проходят и в федеральном парламенте. Используя всевозможные юридические аргументы и административные зацепки, власти всех уровней не идут навстречу ни одной из партий (а проект выдвигался, кроме КПРФ, «Справедливой Россией»).

Вопрос стал особенно болезненным в 2005 году, после т. н. «монетизации льгот»  [3].

Геннадий Бубнов, между тем, доложил последние «вести с фронта»: «Проблема детей войны рассматривалась в областном Собрании уже не первый раз. Последний раз мы с вами ее рассматривали с обращением в Государственную Думу, чтобы такой закон был принят на федеральном уровне [4]. Информация на сегодняшний день такова, что десять проектов законов находятся на рассмотрении в Государственной Думе. Пять раз они были отвергнуты для рассмотрения, и буквально на днях, 22-го, Дума отложила рассмотрение данных проектов. Поэтому уже в первом чтении принят бюджет страны, и нет сомнений, что данная проблема отодвинута уже не на один год».

Но тут же добавил: «Ряд регионов, видя такую ситуацию, а все заключения правительства по данной проблеме гласят о том, что регионам никто не запрещает, чтобы они рассматривали и вопрос придания статуса, и меры социальной поддержки, такие законы уже внесли семнадцать субъектов, мы являемся уже восемнадцатыми…»

Статистика, по информации Геннадия Бубнова, такова: «В нашей области находится семьдесят две тысячи детей войны, которые пережили войну в малолетнем возрасте. По закону о ветеранах такой категории нет. То есть ни власть, ни социальные службы с этой категорией не работают. У нас есть шесть тысяч детей войны такой категории, которые вообще не пользуются никакими мерами социальной поддержки государства».

Геннадий Бубнов отметил, что принятие закона потребует внесения изменений в закон «О бюджете Псковской области» в пределах 139 млн. рублей, и отметил, что «есть заключение администрации: оно не категорично, но в то же время рекомендует нам, депутатам, такой закон все же не принимать».

Председатель комитета по труду и социальной политике Виктор Антонов попробовал вернуть мяч на сторону инициаторов законопроекта: «Вот у меня есть вопрос один к Геннадию Николаевичу [Бубнову]: почему Государственная Дума не принимает (уже там сколько раз отклонили) – там что, что-то непонятное им? Или какие-то другие причины? Или у них родители не жили в то время: деды и отцы, о которых идет речь? Есть вещи, которые, наверное, невозможно однозначно сегодня трактовать. Наверное, поэтому комитет принял решение… вообще никакого решения не принял: наши голоса разделились поровну».

Предприниматель Игорь Савицкий поднял градус дискуссии: «Тут, видимо, мало псковичей, но Псковская область находилась вообще в зоне оккупации, если вы помните, да? И тут дети войны хлебнули больше, чем везде, намного, больше, чем фронтовики. Тут люди жили под оккупацией три года. То есть всё детство, например, моей матери прошло на оккупированных территориях – хлебнули и от немцев, и от партизан. Не было никакой поддержки ни от советской власти, ни от немецкой власти – были брошены на произвол судьбы».

Лев Шлосберг («Яблоко») высказал свою версию причин государственной волокиты с определением статуса детей войны: «Есть достаточно сильное инерционное, репрессивное мнение о том, что люди, оказавшиеся на оккупированной территории, оказались там чуть ли не добровольно. Все, кто изучал историю Великой Отечественной войны, знают, насколько быстро шло отступление и быстро наступление. Миллионы людей физически не могли уехать уйти и остались на оккупированной территории. В течение длительного времени их трагедия была зоной умолчания: о ней старались не упоминать. Считалось, что люди виноваты в том, что они оказались на оккупированной территории. К сожалению, такое понимание перешло с Советского государства на нынешнее государство Российское».

Шлосберг сказал, что «этот закон исключительно важно принять в первом чтении, понимая, что к нему необходима значительная финансовая работа – и эта работа должна быть учтена при принятии бюджета Псковской области на 2014 год. Бюджет очень тяжелый. Но даже в этом формате бюджета есть статьи расходов, которые, на мой взгляд, являются менее востребованными, чем эти деньги, которые в нашем лице государство может заплатить этим людям в завершающий период их жизни (назовем вещи своими именами). С каждым годом этих людей становится все меньше, не просто с каждым годом – с каждым месяцем. И чем дольше мы с вами рассматриваем эти проекты закона, чем дольше этот вопрос обсуждается на уровне Российской Федерации, тем меньшее количество людей имеет возможность получить эту во многом символическую помощь».

Коммунист Анатолий Копосов привел неожиданный аргумент: украинская Верховная Рада, где сильны «пробандеровские, так сказать, настроения», приняла такой закон, в проекте федерального бюджета на 2014-2016 годы «примерно десять наших областных бюджетов» выделено на подготовку чемпионата мира по футболу, так что «все разговоры о том, что у нас нет средств, – это от лукавого, потому что к чемпионату мира по футболу в такой категории, как дети войны, останутся просто единицы. Потому что в нашей области количество умерших за год детей войны составляет около 10 000 человек».

Руководитель фракции КПРФ Александр Рогов призвал не ждать принятия федерального закона: «Когда появится федеральный закон и мы увидим, что он лучше нашего, – мы с удовольствием его отменим и впишемся в рамки федерального. Но если там известная фракция тормозит принятие этого законопроекта, дорогие представители «Единой России», давайте здесь-то подтолкнем, что называется, снизу, «подмогнем» своим товарищам из Государственной Думы, чтобы они скорей принимали федеральный закон!».

«Мне искренне жаль, что фракция КПРФ наделила Геннадия Николаевича статусом «политического шахида»

Александр Рогов – Андрею Турчаку: «Коллеге Турчаку отвечаю: я тоже не сторонник публичного обмена, но лучше публичный обмен колкостями, чем еще какой-то. Так что коллега Рогов и фракция КПРФ в предыдущем созыве против этого голосовали». Фото: Александр Сидоренко

И тут Андрей Турчак не выдержал.

Хотя трудно быть уверенным, что не выдержал, возможно, всё было рассчитано заранее. Так или иначе, он заговорил: «Мне искренне жаль, что фракция КПРФ наделила Геннадия Николаевича статусом «политического шахида», заставляя его постоянно выносить этот вопрос на рассмотрение. Мы с Геннадием Николаевичем на эту тему общались, встречались и ее достаточно глубоко обсуждали. Я думаю, что никто из присутствующих здесь, в зале, не поставит под сомнение необходимость поддержки именно этой категории, 30% которой накладываются на категорию (так называемую категорию) детей войны. Еще раз позиция Администрации области по этому поводу: статус должен быть присвоен на федеральном уровне. Мы с вами должны говорить о каких-то точечных, дополнительных мерах поддержки… Вопрос требует дополнительной проработки, о чем мы с Геннадием Николаевичем договаривались, и мы этот вопрос готовы обсуждать в рамках утверждения Социального кодекса Псковской области, которое пройдет в 2014 году».

И тут же губернатор странным образом задел выступление Льва Шлосберга: «У Льва Марковича своя история, своя картина мира и своя оценка периода оккупации нашего региона, но хочу напомнить, что в оккупации были не только дети – эта категория намного шире. А есть дети войны, которые войну провели за Уральским хребтом, на Урале, в Сибири и на Дальнем Востоке, которые мобильны, и никто не запрещает им даже в восемьдесят лет перемещаться между регионами, меняя место своего жительства».

К чему это было сказано, непонятно.

Но ответ Геннадия Бубнова последовал немедленно, и ветеран псковской политики отчитал губернатора, как студента: «Уважаемый губернатор, во-первых, я никакой не «шахид». Я представляю 72 тысячи детей войны, возглавляю организацию «Дети войны» и вхожу в правление российской организации «Дети войны», куда вступило 2 миллиона человек, мы собрали 10 миллионов подписей.

Мы не договаривались с вами, что будем когда-то его еще обсуждать, – я вам говорил, что мы вынуждены его вносить, потому что Российская Федерация как государство бросило этих людей: они не пользуются никакими социальными льготами, 6 тысяч вообще никакими льготами не пользуются. С ними надо разбираться нам, но для этого надо присвоить статус. Хорошо, Социальный кодекс – все это мы уже слышали.

Уважаемый губернатор, надо послушать людей, что они сегодня мыслят и что говорят. Они ждут, когда их государство и общество признают! Они пока не признали: советы ветеранов, куда мы вступили, они не работают с этой категорией…».

Не мог не отреагировать Александр Рогов: «По поводу «политического шахида» – мы считаем это публичным оскорблением и даем публичный совет: прекратите заниматься такими вещами, Андрей Анатольевич, – публичными оскорблениями, да и не публичными тоже», – намекнул на что-то г-н Рогов.

Виктор Антонов бросился на выручку губернатору: «Сегодня те люди в большей степени нуждаются в другом: у них, как правило, пенсии достаточно – они нуждаются в моральной поддержке прежде всего и нуждаются в нашей медицине. И совершенно справедливо губернатор говорит о том, что практически всем нужно зубы протезировать, через одного – протезирование суставов, то есть высокие технологии… Давайте об этом думать – это будет гораздо существеннее, чем те деньги, о которых идет речь».

Лев Шлосберг напомнил: «Если посмотреть на историю обсуждения этого вопроса в областном Собрании за несколько созывов – это будет целая повесть, и повесть эта будет печальной. Если посчитать, сколько за эти годы ушло людей из жизни, – это и будет результат этих дискуссий. И все, больше никакого результата нет».

Другой результат не появился и на этот раз: 15 депутатов поддержали законопроект, 8 (Виктор Антонов, Ирина Богачева, Александр Котов, Ян Лузин, Жанна Малышева, Евгения Раудсик, Алексей Севастьянов, Алексей Федоров, все - "Единая Россия") проголосовали против, 12 не голосовали вообще.

Наверно, им было стыдно.

«Вся концепция особых экономических зон Российской Федерации глубоко ошибочна и совершенно порочна»

Геннадий Бубнов Андрею Турчаку: «Уважаемый губернатор, во-первых, я никакой не «шахид». Мы не договаривались с вами, что будем когда-то этот закон ещё обсуждать». Фото: Александр Сидоренко

Ещё более бурную дискуссию вызвал проект закона «О внесении изменений в Закон Псковской области «О налоговых льготах и государственной поддержке инвестиционной деятельности в Псковской области». Речь шла об исключительных мерах поддержки будущих резидентов особой экономической зоны «Моглино».

Председатель государственного комитета Псковской области по инвестициям и пространственному развитию Андрей Михеев подтвердил, что изменения в закон принимаются с целью «создания налоговых условий для привлечения будущих резидентов в особую экономическую зону промышленно-производственного типа «Моглино», конкретно по налогу на прибыль в части, зачисляемой в региональный бюджет, и транспортному налогу: на пять лет ставка региональной части налога на прибыль становится нулевой и потом начинает медленно расти, а от транспортного налога компании освобождаются полностью – в части «транспортных средств, которые зарегистрированы резидентом и участвуют в той деятельности, которую он ведёт на территории особой экономической зоны».

Оппозиция подвергла законопроект жесткой обструкции.

Лев Шлосберг поинтересовался, «на какой период существует бизнес-план зоны «Моглино», с какого года в каком объеме будут поступать средства в бюджет Псковской области и бюджет Псковского района… Где этот документ и как можно его посмотреть?».

Андрей Михеев сообщил, что всё «в процессе», но утвержденного документа пока нет: «Основные этапы, параметры развития пока содержатся в неформализованном документе – это мастер-план развития зоны, который был разработан при подготовке заявки на создание зоны. Сейчас управляющая компания совместно с Министерством экономического развития занимается утверждением плана обустройства особой экономической зоны «Моглино», в котором отражены поэтапно моменты создания необходимых объектов инфраструктуры, для того чтобы зона могла начать работать».

Ситуация по налоговым перспективам оказалась не менее туманной: «В соответствии с прогнозом Министерства экономического развития, к 2025 году в бюджеты всех уровней (там, к сожалению, не разделяется) поступит – предполагается, что поступит – налог в размере более 2 миллиардов рублей».

От собственных прогнозов Андрей Михеев воздержался.

Александр Рогов добавил экологическую ноту: «Что отвечать мне экологам, которые спрашивают: «А кому вообще пришла идея открыть «Моглино» на Завеличье. Вот сегодня сильный ветер – можете проверить – видите, как раз оттуда и дует, с Завеличья. В советские времена все промпроизводства, близлежащие к городу Пскову, размещались на Запсковье с учетом так называемой розы ветров. Ответьте, назовите фамилию, как, каким образом и кто вообще принял решение там размещать зону… мы не знаем».

Г-н Михеев сообщил, что характеристики земельного участка практически не оставили выбора: «Земельного участка с такой площадью, с такими подъездными путями, там идет федеральная трасса, там идет железнодорожная ветка, по существу больше нет» и попробовал успокоить: «Что касается розы ветров, неоднократно об этом говорилось, есть экологическая составляющая проекта – очень жесткая. Министерство при отборе бизнес-планов будет четко смотреть, чтобы классы опасности предприятий не превышали допустимый уровень».

Игорь Савицкий не согласился с уникальностью территории около Моглино: «Северо-Восточный промышленный узел – там не надо проектировать дорожные подъезды, там есть электрические мощности, газ, железная дорога, многокилометровые ветки, тупики для промышленных предприятий. В полутора километрах, что называется, отсюда. Там есть абсолютно все. Зачем это строить заново? Я никак понять не могу целесообразность этого проекта».

Андрей Михеев был краток: «Земельный участок, выделяемый под особую экономическую зону, не должен быть в частной собственности».

В разговор вмешался Андрей Турчак и с явно читаемой обидой обратился к Александру Рогову: «Я, конечно, не сторонник перепалок и обмена колкостями на заседаниях нашего областного парламента, но хочу напомнить коллеге Рогову, что, будучи депутатом в предыдущем созыве, он голосовал за выделение на тот момент порядка 500 миллионов рублей, которые предыдущая администрация предполагала потратить на обустройство промышленной площадки – тогда региональной промышленной площадки – под тем же названием «Моглино».

За этот период изменилось только то, что зоне «Моглино» был присвоен федеральный статус и регион получил два с половиной миллиарда рублей софинансирования из федерального бюджета. В предыдущем созыве коллега Рогов был за, и никакой розы ветров не возникало, и никакие экологи его не одолевали вопросами. В нынешнем созыве коллега Рогов выступает против».

Это была домашняя заготовка, конечно.

Рогов парировал: «Коллега Рогов, коллега Рогов… Поэтому коллеге Турчаку отвечаю: я тоже не сторонник публичного обмена, но лучше публичный обмен колкостями, чем еще какой-то. Так что коллега Рогов и фракция КПРФ в предыдущем созыве против этого голосовали – поднимите, пожалуйста, документы».

Лев Шлосберг критично оценил саму модель особых экономических зон: «Проблема заключается в том, что вся концепция особых экономических зон Российской Федерации глубоко ошибочна и совершенно порочна, ее невозможно улучшить, исправить, откорректировать – она ошибочна в целом.

Дело в том, что эта концепция возникла в развитых странах в период догоняющей индустриализации. Задача особых экономических зон заключается в том, чтобы, когда идет период индустриализации, создавать отдельные точки роста, будущие индустриальные кластеры в стране, где еще не прошла индустриализация. И в этом смысле эти зоны были успешны в развитых европейских странах, выполнили свою миссию и ушли из повестки дня. Эта повестка дня первой половины, отчасти середины ХХ века.

Эта модель была кем-то найдена в Российской Федерации, и сегодня она используется для двух вещей: для форсированного освоения средств федерального бюджета при создании инфраструктуры коммерческими компаниями, а также для создания очень эффективной административной ренты – и больше ни для чего.

Какие бы особые льготы ни принимались сегодня – по транспортному налогу, налогу на прибыль, налогу на имущество, земельному налогу – они будут создавать исключительные условия для считанных субъектов экономики, которые никогда не станут локомотивами развития ни Псковской области, ни других субъектов Федерации. Это врожденная ошибка этих особых экономических зон.

Люди, которые сегодня занимаются в Псковской области реальным сектором экономики и нуждаются в поддержке, не получат от этого закона ничего.

Мы должны вносить другие изменения в закон «О налоговых льготах и государственной поддержке инвестиционной деятельности в Псковской области», в частности снижать порог отсечения для признания проекта стратегическим, и заслуживающим административной поддержки. Но вместо этого мы создаем оффшор и особые условия деятельности в оффшоре.

Из бюджета Псковской области уже выделено управляющей компании 100 миллионов рублей – до настоящего времени отчета об этих деньгах нет. Мы с вами полчаса назад провели очень болезненную дискуссию о льготах для детей войны – суммы сопоставимы. На мой взгляд, этот закон концептуально не верный. Сама по себе эта особая экономическая зона не будет никогда – ни сегодня, ни через 10 лет – локомотивом развития экономики Псковской области. Ее поддержка бессмысленна, а с точки зрения убытков для бюджета она абсолютно вредна. Соответственно, этот закон подлежит отклонению».

«Мы просто с вами будем способствовать дальнейшему расхищению национального богатства и бюджетных денег Российской Федерации»

Игорь Савицкий – Андрею Турчаку: «Там будут проходить миллиарды рублей, там будут очень состоятельные компании. Погонят там сотни миллионов рублей, как через оффшор, понимаете? Только ни Российской Федерации, ни Псковской области от этих денег будет ни холодно, ни жарко». Фото: Александр Сидоренко

Игорь Савицкий присоединился: «Моглино – это единственное направление, где можно строить коттеджи, красивые дома, в принципе где должны жить люди: хорошая трасса, которая ведет прямо в центр города или на Завеличье – в так называемый спальный район Пскова… Это великолепное место для строительства коттеджных поселков. Город Псков должен развиваться в ту сторону, убрать только оттуда свалку – и вообще будет великолепно.

Если мы там сделаем с вами промышленный узел, Пскову развиваться, строиться будет просто некуда. Мы погубим Псков как строительную площадку. Вот тут кивают люди на той стороне, понимая меня. Кто пскович – те понимают».

Но градостроительным аспектом Игорь Савицкий не ограничился: «Что касается вот этих льгот: я вам могу предоставить сотни схем, как можно именно через схемы, через компании, через оффшоры, через скупку предприятий на территории Псковской области – существуют сотни законных схем сделать так, что налогоплательщики, которые находились на территории Псковской области – привлеките меня как эксперта – я вам просто нарисую, как это делается, три-четыре месяца – и любое предприятие можно будет перевести в Моглино совершенно законно.

Оно будет куплено западным инвестором, это предприятие, и будет платить налоги, что называется, там, потому что там будет находиться офис. Там будут проходить миллиарды рублей, там будут очень состоятельные компании. Погонят там сотни миллионов рублей, как через оффшор, понимаете? Только ни Российской Федерации, ни Псковской области от этих денег будет ни холодно, ни жарко.

И инвесторы там будут такие, которым только сменить место обитания, ареал обитания, встать и подпоясаться… Три минуты – и их нет, понимаете? Поменялся финансовый климат – эти предприятия отсюда съедут. Это неправильная, совершенно неправильная концепция развития экономики Псковской области.

Я прошу вас, соберите, действительно экспертов, кто в этом деле понимает, много работал в бизнесе, кто знает, как работает бизнес, – мы вам все расскажем, почему это порочно, почему это никуда не ведет.

Единственная разумная отговорка, которую я слышал при обсуждении этого проекта: мол, придут большие федеральные деньги. Я тоже за то, чтоб в Псковскую область пришли большие федеральные деньги, только давайте их подтянем, я не говорю на мое предприятие – ещё раз объясняю ситуацию: вот Северо-Восточный промышленный узел – давайте поменяем немножко место прихода этих денег и хорошо подумаем о так называемых налоговых льготах, за которые сегодня хотим голосовать. И если нас сегодня не покинул здравый смысл, я призываю вас: не голосуйте за этот закон – это пустое дело, мы не принесем никакой пользы Псковской области. Мы просто с вами будем способствовать дальнейшему расхищению национального богатства и бюджетных денег Российской Федерации».

К этому моменту Андрей Турчак уже всеми силами показывал председателю Собрания Александру Котову, что хочет высказаться.

Александр Котов заметил: «Андрей Анатольевич, вижу, вы хотите выступить. Может быть, сначала депутаты выступят, а вы потом ответите на вопросы и как бы подведете итог обсуждению».

«Может быть, оно будет ошибочно, может, будет стыдно, но наша промышленность сейчас не в том положении, чтобы отталкиваться от такого предложения сладкого»

Алексей Севастьянов – Игорю Савицкому: «Если бы всё было шелковое, то я, Игорь Николаевич [Савицкий], там, Василий Владимирович [Салопов] – мы бы уже список Forbes возглавляли». Фото: Александр Сидоренко

Александр Котов решил перенести часть тяжести ответа оппозиции на проверенных бойцов своей фракции и передал слово Алексею Севастьянову. Алексей Севастьянов был в искреннем ударе и жег глаголом как минимум свое сердце: «Безусловно, наверное, есть какая-то здравая мысль (и абсолютно она объяснима) в словах Игоря Николаевича Савицкого. Но уже есть факт, есть у нас Моглино, и мы, как уже было правильно губернатором замечено, уже не с одной властью играемся с этим Моглино.

Вот скажите мне, какие производства за 10 лет у нас во Пскове? Да ладно, нету Моглино, бог с ним, – скажите, что мы построили, местные псковские депутаты? Какое новое имя родилось в кругах промышленников, кроме имен, нам уже давно известных (того же Игоря Николаевича Савицкого)? Какое новое имя родилось? Нет? При помощи администрации мы притащили сюда два завода, которые работают сейчас на Гдовском направлении с иностранными инвестициями. При помощи администрации, как сказал Игорь Николаевич, он у себя там разобрался.

И вот некоторые коллеги мне все время рассказывают: «Своим надо помогать». Я считаюсь как бы бизнесменом ну не последним, у меня нету сил больше что-то строить и развивать – во всех направлениях нет: в финансовом, в кадровом голоде, во многих других направлениях. Это, может быть, плохо, может быть, неплохо – я устал, к примеру, и хочу содержать то, что у меня есть сегодня. Скажите, а какие новые имена мы родили? Кто захотел что-то строить?

Мне нравится, как очень часто переживают здесь за сельское хозяйство – так, извините, у нас там одни и те же фамилии на протяжении десятилетий, кто связал свою жизнь, когда-то купив три поросенка, доведя их до сотни, а потом уже не знает, как остановиться. Как чемодан без ручки: и нести тяжело, и бросить жалко. И, к сожалению, у нас промышленность, как бы сейчас ни ругали бизнесменов, но все равно на одних и тех же 10 лет область держится. Так пусть зайдет свежая кровь. Может быть, наши люди не хотят уже у нас работать. Пусть зайдут свежие инвестиции – что в этом плохого, если никто даже садовый участок в этом Моглино не вбил?

Я ездил туда с первыми корейцами ещё во времена губернатора Кузнецова: Сапрыкин [5] туда возил корейцев – приезжали… линия автопрома… Я увидел заброшенные поля, пожираемые кустарником, железную дорогу, электровышки большие и легкий запах из Тямши – все, что я увидел.

Конечно, будут ошибки, конечно, не все шелковые придут предприятия, но если бы всё было шелковое, то я, Игорь Николаевич, там, Василий Владимирович [6] – мы бы уже список Forbes возглавляли.

Есть трудности, есть компании, которым тоже какие-то причины мешают развиваться, – нам это все придется пройти. Но надо понять одно: что лично мы ничего нового не сделали и, к сожалению, немногие из наших детей, здесь присутствующих «больших кланов купечества»… своих детей не оставили здесь руководить своими же предприятиями.

Так что же вы против? Сам не ам и другим не дам. Я за это решение. Может быть, оно будет ошибочно, может, будет стыдно, но наша промышленность сейчас не в том положении, чтобы отталкиваться от такого предложения сладкого. И мы будем вместе с этим учиться, привлекать друзей, привлекать людей, привлекать любые компании, чтобы наше население было занято чем-то, и мы чем-то зарабатывали».

По традиции вежливый и весь состоящий из компромиссов Анатолий Копосов попытался снизить градус дискуссии и напрямую обратился к губернатору: «Андрей Анатольевич, на предыдущей встрече с вами, предвосхищая в какой-то степени эти колкости и обмены, так сказать, декларациями и еще что-то, я просил вас и вы обещали в течение месяца вопрос по Моглино рассмотреть с депутатами и обсудить. Потому что волнуют не только эти льготы – волнуют и те 258 миллионов рублей, которые заложены у нас в областном бюджете и которые должны быть освоены в этом году. Хотелось бы видеть, на что они потрачены, что мы получили. Говорить о том, чтобы перенести сейчас или еще что-то, – это, наверное, поезд ушел. А вот с депутатским корпусом администрации надо работать более внимательно и прислушиваться».

Вдохновенные речи коллег сподобили Александра Котова сделать столь же большое выступление, которое он начал иронично: «У нас, мне кажется, этот состав Собрания очень профессиональный. У нас есть много депутатов, которые профессионально занимаются бизнесом и производством, по сути являются владельцами бизнеса. Есть депутаты, которые профессионально пишут о том, как надо заниматься производством и бизнесом. Я думаю, что если бы мы объединили усилия, мы могли бы научить и губернатора, и нашу уважаемую администрацию, и Министерство экономического развития, как надо правильно привлекать инвесторов не только на территорию региона, но и на территорию Российской Федерации».

Дальше пошло без шуток: «Бизнес будет искать там, где выгодней сегодня разместить свой капитал, там, где выгодней создать производство, там, где, в конце концов, выгоднее работать, чтобы получить от этой работы эффект. А сегодня происходит обратная ситуация: администрация что-то делает в этом направлении, вносит нам различные законопроекты по этому поводу, а мы их успешно критикуем и говорим: Моглино вы выбрали не там – надо было Северо-Восточный промышленный узел развивать… Сейчас вообще не об этом речь. Уже выбрали это Моглино, уже есть эта площадка, особая экономическая зона создана, нормативная база вся под это есть.

Сегодня мы рассматриваем законопроект о том, чтобы дать на определенный период (можно спорить: 10 лет должно быть или 8) льготы тем, кто сюда придёт и будет вкладывать свои средства, создавая производство, создавая рабочие места. И по истечению этого периода, когда производство заработает, когда вложенные денежные средства начнут окупаться, мы вправе рассчитывать на то, что они точно так же, как действующие у нас сегодня наши предприятия, будут платить налоги в бюджет, а мы с вами будем пополнять областную казну. Поэтому мне кажется, что надо поддержать усилия нашей администрации и принять этот законопроект, с тем, чтобы дальше двигаться в направлении привлечения инвестиций».

Подготовив таким образом почву, Александр Котов предоставил наконец слово сильно заждавшемуся Андрею Турчаку.

«Эти ложь и заклинания звучали и по Невельскому свиноводческому комплексу, который, как бы вы ни хотели, уже построен»

Лев Шлосберг – Андрею Турчаку: «Андрей Анатольевич, то, что вы назвали ложью, – это краткие тезисы доклада Института экономики Российской Академии наук, сделанного по заказу Счётной палаты Российской Федерации». Фото: Александр Сидоренко

Губернатор решил «подвести итог обсуждению» и сделал это, как мог, в уже хорошо знакомой манере: «Игорь Николаевич, с вами приятно вести полемику, вести дискуссию, когда вы находитесь в конструктивном русле, не выходя за рамки, не накаляясь. Те схемы уклонения от налогов, о которых вы нам пытались рассказать, но не стали это делать публично, можете с ними ознакомить прокурора Псковской области, может быть, сотрудников экономического блока управления МВД.

Но я вам хочу заявить, что все резиденты, которые получают статус резидента, который оформляется постановлением правительства Российской Федерации, в соответствии с законом об особых экономических зонах обязаны встать на налоговый учет не просто каким-то обособленным своим подразделением, созданием стопроцентной дочки очередного кипрского оффшора, а именно зарегистрироваться на территории муниципального образования «Псковский район», конкретно в данном населенном пункте, в границах, которые четко описаны в постановлении правительства о создании особой экономической зоны «Моглино».

В этой связи перехожу к короткому, но очень чуткому, как всегда, выступлению коллеги Шлосберга на эту тему. Кроме лжи, которая постоянно звучит, и заклинания, что «это не так, это плохо, это не получится, я лучше всех знаю», я ничего, Лев Маркович, от вас не слышу. Эти ложь и заклинания звучали и по Невельскому свиноводческому комплексу, который, как бы вы ни хотели, уже построен. И построен не только свинооткормочный комплекс – построен самый крупный комбикормовый завод производительностью 150 тысяч тонн по году, которого нет на Северо-Западе, который загрузил наши сельхозпредприятия, которые начали заниматься наконец-то мелиорацией и растениеводством.

Тот же «плач Ярославны» мы слышали по Дедовичской лесной компании, когда никто не верил, что лесопитомник будет заложен, что деревообрабатывающий завод будет заложен, – все орали о розах ветров, о других каких-то вещах, заклиная, чтобы этого не получилось.

То же самое касается и розы ветров в Моглино: поверьте мне, что ни о каком постановлении федерального правительства на эту тему нельзя было и мечтать, и рассчитывать без того, чтобы была дана четкая, жесткая, принципиальная экспертная оценка при выборе этой площадки.

Поэтому у меня убедительная просьба поддержать внесенный сегодня законопроект, поскольку он позволит реально сделать рывок в привлечении промышленных инвестиций в нашу экономику: не транспортно-логистического сектора, который, безусловно, для нас важен, не сельского хозяйства, которое должно являться локомотивом нашей экономики, а именно промышленного кластера, который мы с вами имеем на юге области, в Великолукской промышленной зоне, но, к сожалению, не имеем на севере.

Это действительно рывок, который даст и рабочие места, и налоговые поступления в бюджеты всех уровней, после того, как этот льготный период, о котором мы сегодня с вами говорим, закончится».

Оговорка в последнем предложении не могла не обратить на себя внимание.

Реакция на такое выступление была неизбежна.

Более того, наверно, Андрей Турчак хотел, чтобы реакция последовала.

Ему нравится игра в пинг-понг. Он считает себя мастером международного класса.

Первым откликнулся Александр Рогов: «Смотрел белорусское телевидение Лукашенко – с Литвой там какая-то проблема у него возникла, и он пригрозил: вы знаете, говорит, литовцы, вы там свое правительство успокойте, потому что если оно не успокоится, я вам такую свинью подложу, как мне подложила Псковская область на границе с моей страной.

Поэтому с тем проектом мы еще будем привлекать экологов, чтобы не было таких вещей, которые мы сегодня слышим от невельчан: пошел на болото, а там вместо ягод, клюквы нашел, извините, свинские отходы. Поэтому говорить нам, что будет такое у нас еще и рядом с Псковом на Завеличье… вы знаете, это как-то меня побудило все-таки высказаться.

Что касается, Алексей, по поводу строительства: извини, мы там многодетным семьям, насколько помню, малоэтажное строительство планируем от администрации области разрешить, рядом с Моглино. А мы еще не знаем, что там будут за предприятия».

Ответ Льва Шлосберга получился жестче: «Андрей Анатольевич… уважаемый, то, что вы назвали ложью, – это краткие тезисы доклада Института экономики Российской Академии наук, сделанного по заказу Счётной палаты Российской Федерации.

Я готов предоставить вам в рамках просветительской деятельности полный текст этого доклада, для того, чтобы вы с ним ознакомились. Это будет очень полезное чтение для всего вашего экономического блока и для вас лично.

Что касается великих невельских достижений [7], то буквально вчера жители Невельского района в ужасе обратились в местную администрацию – не ту, за которую они голосовали [ 8 ], – с сообщением о том, что на поля снова произведен массовый вывоз отходов – они были просто вылиты на поля, и после дождей, которые прошли, все это вышло в колодцы, и люди полностью потеряли питьевую воду. Когда же люди сказали: «Привезите нам воду», – им ответили: «Администрация Невельского района поставкой питьевой воды не занимается». Позвоните господину Ващенкову [9] – он вам расскажет много интересного».

Отвечать Шлосбергу Турчак не стал, только что-то записал на листе бумаги, а Рогову ответил: «Коллеге Рогову хочу дать информацию – может быть, он ею не обладает: 80% ситуаций, которые у нас возникли с АЧС на территории Псковской области, – это были корма, это была продукция свиноводства, завезенная к нам из его любимой Республики Беларусь. В результате чего мы вынуждены были на протяжении двух месяцев отвлекать силы и средства наружно-патрульной службы управления ГИБДД по Псковской области, силы и средства Ветнадзора, Россельхознадзора.

Коллеги, которые заняты, в отличие от вас, в сельхозпроизводстве, знают, какую угрозу и какую мину замедленного действия для нас представляют предприятия Республики Беларусь, которые не следят в должной мере за ветеринарным и санитарным благополучием на территории своих предприятий. Поэтому изучите матчасть, а потом делайте какие-то заявления».

Для Андрея Турчака очень важно всегда оставить за собой последнее слово.

Тем не менее, при виде относительно небольшого числа депутатов в зале возникало предположение, что голосов «Единой России» и «Справедливой России» не хватит для того, чтобы протащить законопроект.

Результаты голосования удивили: 23 за, 10 против. За проект проголосовали неожиданно депутаты от ЛДПР, и он прошел минимальным числом голосов. Ещё бы минус один голос – и законопроект был бы отклонен.

Коллеги изумленно посмотрели в сторону Сергея Макарченко, но что можно было сказать осуждающего человеку в день, когда у него родилась дочь.

А манера общения с депутатами Андрея Турчака уже никого не удивляет но, правда, ничего не оправдывает.

Предстоящие губернаторские выборы, конечно, волнительное предприятие, но зачем стулья ломать?

Константин МИНАЕВ

Окончание репортажа с 21-й сессии Псковского областного Собрания депутатов читайте в следующем номере «Псковской губернии».

 

1 См.: К. Минаев. Грядущий хам // «ПГ», № 22 (644) от 5-11 июня 2013 г.; К. Минаев. Осеннее обострение // "ПГ", № 40 (662) от 16-22 октября 2013 г. 

2 См.: Д. Камалягин. Отрицательная энергетика // «ПГ», № 13 (535) от 6-12 апреля 2011 г.; Д. Камалягин. Всё для фронта // «ПГ», № 16 (538) от 27 апреля – 3 мая 2011 г.; Д. Камалягин. Нормы девиантности // «ПГ», № 24 (546) от 22-28 июня 2011 г.; Д. Камалягин. Недобор // «ПГ», № 38 (560) от 5-11 октября 2011 г.; Д. Камалягин. Много бук // «ПГ», № 8 (580) от 29 февраля – 6 марта 2012 г.

3 См.: Л. Базил. Война против детей – до и после 1945 года // «ПГ», № 2 (271) от 18-25 января 2006 г.

4 См.: Д. Камалягин. Много бук // «ПГ», № 8 (580) от 29 февраля – 6 марта 2012 г.

5 Алексей Сапрыкин – заместитель губернатора Михаила Кузнецова по вопросам инвестиционной политики.

6 Василий Салопов – предприниматель, депутат Псковского областного Собрания.

7 См.: О. Волкова. Переименован в Свинск // «ПГ», № 32 (654) от 21-27 августа 2013 г.; О. Волкова. Чума на оба ваши дома // «ПГ», № 33 (655) от 28 августа – 3 сентября 2013 г.

8 См.: АПИ «Навигатор». Урны не пахнут. Часть первая // «ПГ», № 35 (657) от 11-17 сентября 2013 г.

9 Александр Ващенков – глава Невельского района.

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  19091
Оценок:  23
Средний балл:  9.9