Статья опубликована в №1 (673) от 08 января-14 января 2014
Общество

Эстетика разрушения

До начала зимней Олимпиады в Сочи осталось меньше месяца
Алексей СЕМЁНОВ Алексей СЕМЁНОВ 30 ноября 1999, 00:00

До начала зимней Олимпиады в Сочи осталось меньше месяца

Накануне Нового года съемки железнодорожного вокзала в Волгограде напоминали кадры из фильма «Сталинград» [1] - того самого фильма, в котором создатели «хотели создать красивую эстетику разрушения». На переднем плане, как и в фильме, была знаменитая скульптура «Танцующие дети», она же – «Детский хоровод».

Фонтан «Танцующие дети», август 1942 года (фото Эммануила Евзерихина). Повторно этот фонтан был открыт у Волгоградского железнодорожного вокзала Владимиром Путиным и Александром «Хирургом» Залдостановым летом 2013 года.

На следующий день к «Танцующим детям» добавился «Последний троллейбус», в смысле троллейбус, взорванный в том же Волгограде.

В двух терактах погибло 34 человека, что по неписаным российским законам означало: произошло событие местного масштаба.

Как раз накануне Нового года Владимир Путин ввёл поправки в Уголовный кодекс, направленные против пропаганды сепаратизма. За публичные призывы к разделению России – если при этом использовались СМИ - теперь могут посадить на пять лет.

«Ужасная несправедливость»

Реакция российского общества, в том числе и большинства СМИ, на волгоградские теракты была привычной и граничила с «публичными призывами к разделению России».

Дескать, взрывы взрывами, а праздник праздником, и вообще, наше веселье не задушишь, не убьёшь.

К тому же вдогонку Путин сделал целых два новогодних обращения: без упоминания волгоградских терактов и с упоминанием. Это если не считать Калининграда, в котором в полночь вообще никаких обращений не было.

Как написал в своём интернет-дневнике калининградец Евгений Гришковец: «В Калининграде по-прежнему практикуется ужасная несправедливость. У нас нет ретрансляции для нашего часового пояса, и все программы идут на час раньше, то есть по московскому времени. И куранты для калининградцев звучат в 23.00».

А вы говорите, единая Россия.

Правда, на «братском» Кипре казус в новогоднюю ночь тоже случился. Местный телеканал CyBC по-ошибке показал телеобращение президента Димитриса Христофиаса, хотя с весны 2013 года кипрского президента зовут Никос Анастасидис. Перепутали.

У нас тоже получилось не единообразно. Тем не менее повторное обращение Путина к стране, расположенной западнее Хабаровска, было очень наглядным. Оно свидетельствовало о том, для чего же президенту нужен народ: для декорации.

Народ выстроили под прямым углом.

Народ, как и положено, безмолвствовал.

Судя по всему, Путин тоже предпочёл бы молчание, но законы жанра вынуждали его что-нибудь говорить – торжественное, но грозное.

«…которые были бы адекватны»

Декорации фильма Фёдора Бондарчука «Сталинград».

Раньше после терактов Путин обычно произносил более внушительные речи. Например, 4 сентября 2004 года - после событий в Беслане - Владимир Путин зачитал обращение, в котором почти по-аптекарски равномерно распределил ответственность между всеми гражданами России.

«Мы перестали уделять должное внимание вопросам обороны и безопасности, позволили коррупции поразить судебную и правоохранительную сферы, - заявил тогда он. - Мы не проявили понимания сложности и опасности процессов, происходящих в своей стране и мире… Мы обязаны создать гораздо более эффективную систему безопасности, потребовать от наших правоохранительных органов действий, которые были бы адекватны…».

Прошло десять лет. Референт запросто мог бы подсунуть Путину тот же текст. Звучит он настолько же актуально, насколько и бессмысленно.

Все выступления президента – это выступления человека, который не привык ни за что отвечать. Ни в 2004 году, ни в 2014-м.

После Беслана Путин сказал: «Наиболее эффективный отпор террористы получают не только с помощью государства, но и организованным сплочённым гражданским обществом».

Сказал и успешно продолжил это кое-как сформированное гражданское общество разваливать.

Поэтому что бы в 2013–2014 годах вокруг не происходило, общее обнаружить сложно.

Ни страх, ни смех уже не объединяют.

«Президент Путин отправил директора ФСБ…»

Фонтан «Танцующие дети» после терракта в Волгограде 29 декабря 2013 года. Фото: ru.golos.ua

После очередных терактов говорят разное. Например, такое: если бы о терроре без конца ни говорили, то тогда бы и террора никакого не было.

То есть кивают на зеркало.

Кроме того, хвалят спецслужбы – за то, что предотвратили более масштабные теракты.

«Жертв могло быть на порядок больше», - скромно потупясь, утверждает человек в штатском.

Спецслужбы хвалят в основном сами спецслужбы.

На лентах информагентств появляется грозное: «Президент Путин отправил директора ФСБ Бортникова…».

Куда отправил? В отставку? Неужели? Нет, всего лишь в Волгоград. Туда, где все силы будут брошены на то, чтобы террористы не отправили директора ФСБ на тот свет.

Потом в Волгоград на несколько часов заскочил сам президент.

Сцена «Путин в белом халате посещает палату с ранеными» за последние годы стала не менее привычной, чем Путин, катающийся на горных лыжах.

Белый халат – это одна из униформ того человека, который именует себя президентом.

Президент России без свежего белого халата в гардеробе вроде уже и не совсем президент.

Ему бы в этом больничном халате с новогодним обращением выступить. Из палаты. Но это уже как-нибудь в другой раз.

Ещё говорят, что пока от взрывов не будут гибнуть родные больших начальников – ничего не изменится.

Исторический опыт показывает, что искупление начальственной кровью в таких делах тоже не помогает. В России прошлого века теракты тоже были поставлены на поток, причём взрывы были более точечными. В конце концов в 1905 году убили московского генерал-губернатора Сергея Александровича Романова, пятого сына Александра II.

Власти, разумеется, пытались контролировать всё на свете, особенно изощрялся министр внутренних дел Вячеслав Плеве. Тогда убили Плеве.

И Петра Столыпина убили, кумира нынешней власти.

Теперь говорят, что надо вернуть смертную казнь. Сто лет назад не просто говорили, но активно использовали, причём казнили тысячами. Это привело к тому, что на таком смертельном фоне выросло поколение, которое немного позднее участвовало в казнях миллионов.

А ещё говорят про необходимость установки повсюду рамок металлоискателей (не для того ли, чтобы создавать толпу там, где без неё можно обойтись?).

Повторяется то, что уже было после теракта 2011 года в аэропорту Домодедово, когда президентом России у нас именовали Дмитрия Медведева. На станции метро ему продемонстрировали «новую систему безопасности». Директор ФСБ Александр Бортников бодро доложил, что уже закуплено около 50 таких аппаратов, стоимость каждого - 1,5 миллиона рублей.

Медведев в ответ глубокомысленно предложил оснастить новинками каждую станцию метро, продемонстрировав мышление вахтёра. Абсолютного вахтёра [2].

И тут же заговорили, что такие рамки металлоискателей надо поставить на всех автобусных и троллейбусных остановках по всей стране.

Медведев в 2011 году побыл в метро несколько минут и уехал. Аппаратуру тут же демонтировали и сложили в углу (это самое умное, что можно было сделать).

Общая комплексная программа безопасности, рассчитанная на 2010-2013 годы, стоила 46 миллиардов 749 миллионов 200 тысяч рублей.

2013 год закончился. Надо принимать новую программу.

Чертовски доходное это дело – охранять покой.

* * *

В фильме «Сталинград» «хотели создать красивую эстетику разрушения», а вот наяву в Волгограде эстетика разрушения хотя и была создана, но получилась некрасивой.

Алексей СЕМЁНОВ

 

1 См.: А. Семёнов. Искусство любить умирая // «ПГ», № 40 (662) от 16-22 октября 2013 г.

2 См.: А. Семёнов. Границы беззакония // «ПГ», № 31 (603) от 15-21 августа 2012 г.

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  1902
Оценок:  13
Средний балл:  9.7