Статья опубликована в №11 (82) от 14 марта-20 марта 2002
История

Страницы жизни

 Натан ЛЕВИН, краевед. 14 марта 2002, 00:00

К столетию со дня рождения Вениамина Каверина

К предстоящему юбилею писателя мы предлагаем подробно осветить обстоятельства появления его родителей в Пскове, псковские страницы жизни всей этой семьи, из которой вышли видные деятели отечественной культуры и науки.

ГЛАВА 1.
В ПЕШЕМ СТРОЮ ДО ПСКОВА

Отец писателя Абель Абрамович Зильбер родился 16 (28) июня 1861 года в Выборге, в семье шлиссельбургского мещанина, служившего музыкантом в Финляндском линейном батальоне № 4. Абель был старшим сыном. Вслед за ним в семье появились ещё четыре мальчика и три девочки. Он «вырос в Финляндии; там мальчишки постоянно грызут твёрдые, каменные сухари: вот почему у финнов – и у него – такие крепкие, белые зубы» (В. Каверин «Освещённые окна», часть 1-я).

Четыре года Абель ходил в реальное училище; больше родители не могли платить за его обучение. Домашние занятия музыкой позволили устроить 18-летнего Абеля воспитанником в музыкантскую команду Лейб-гвардии Преображенского полка. На действительную службу в том же полку Шлиссельбургское уездное воинское присутствие призвало его 6 ноября 1882 года. Весь май следующего года вместе с полком кларнетист Абель Зильбер в Москве участвовал в торжествах по случаю коронации Александра III-го, за что получил тёмно-бронзовую медаль, специально учреждённую в память священного коронования Их Императорских Величеств.

19 марта 1886 года на концерте в пользу инвалидов за сольную игру на кларнете Александр III наградил унтер-офицера Абеля Зильбера золотыми часами. Почти сразу Преображенский полк за свой счёт направил талантливого музыканта, обладавшего абсолютным слухом, на учёбу при Петербургской консерватории. Там он полтора года (с 10 июня 1886 по 15 ноября 1887 года) изучал теорию музыки, инструментовку струнного и духового оркестров… Руководивший учёбой выпускник консерватории, свободный художник Павел Михровский отметил в аттестате, что Зильбер «оказал очень хорошие успехи и достаточные способности».

Уже через полтора месяца кончился срок его военной службы, и Абеля Зильбера уволили в запас. Выданный консерваторией аттестат предоставлял ему право руководить оркестром, и Зильбер поступил по вольному найму капельмейстером в 85-й Выборгский пехотный полк. «Очерки из 200-летнего прошлого Выборгского полка (1700-1900)», вышедшие к юбилею в Новгороде, свидетельствуют, что с 1864 года полк стоял в этом древнем городе, в том числе музыкантская команда – в его Никольской слободе (стр. 473 Очерков).

29 августа 1889 года Абель женился на Хане Гиршевне Дессон (в русской среде её обычно называли Анной Григорьевной). Её отец занимался строительными делами. Анна окончила Новгородскую гимназию и Московскую консерваторию по классу фортепиано. Их старшая дочь Марьям (Мира) родилась 2 (14) августа 1890 года.

В 1891 году Абель Зильбер перешёл на службу капельмейстером 96-го Омского пехотного полка. Вместе с Енисейским, Иркутским, Красноярским полками и артиллерийской бригадой Омский полк входил в состав 24-й пехотной дивизии, размещавшейся с 1883 года в Финляндии. Там Омский полк стоял разбросанно, причём его штаб (и, естественно, полковой оркестр) и пять рот располагались в Тавастгусе. Этот небольшой городок с пятью тысячами жителей на юго-западе Великого княжества Финляндского у озера Ванаявеси был тогда административным центром Тавастгусской губернии. Он прославился тем, что в 1865 году здесь родился знаменитый финский композитор Ян Сибелиус, бюст которого, подаренный побратимами Пскова, украшает наш сквер породнённых городов. В книгах о Сибелиусе его родной городок того времени называли гарнизонным и отмечали заметную роль, которую играли офицеры гарнизона и военные музыканты в культурной жизни Тавастгуса. Это шведское название города после революции сменилось на финское – Хяменлинна.

27 мая 1892 года в семье капельмейстера Зильбера родилась вторая дочь – Лея (в обиходе – Елена Александровна). После этого не прошло и пяти месяцев, как всю 24-ю пехотную дивизию переместили в столичный Санкт-Петербургский военный округ. Для штаба дивизии в Пскове сняли частную квартиру на углу Архангельской и Петропавловской улиц. (Архангельская в советское время получила имя Ленина, а все дома на Петропавловской разрушены в годы последней войны. После неё на бывшем перекрёстке этих улиц возведено главное здание пединститута.)

В октябре 1892 года сюда же, в Псков, прибыли два полка 24-й дивизии. 93-й Иркутский пехотный полк разместился в конце Кахановского бульвара, заняв казармы, построенные полвека назад. Квартировавший в них до этого 18 лет 146-й Царицынский полк отправили в Ямбург и Красное Село (Восстановленные и надстроенные после войны постройки полка на левой стороне Октябрьского проспекта стали корпусами машиностроительного завода.)

Для 94-го Енисейского полка псковичи по просьбе военного министерства заранее выстроили за свой счёт несколько зданий: трёхэтажную каменную казарму на один батальон над Псковой у Гремячей горы и несколько деревянных ротных построек – в начале Выползовой слободы и в конце Конной улицы. И всё же два батальона Енисейского полка пришлось разместить в Изборске и Печорах.

Остальные части дивизии расквартировали за пределами Псковской губернии: 24-ю артиллерийскую бригаду – в Луге, 95-й Красноярский полк – в Прибалтике, а 96-й Омский полк – в селе Медведь Новгородской губернии. Там со времён аракчеевских военных поселений сохранились старинные казармы. Это село в 60 верстах западнее Новгорода по дороге на Псков пользовалось и речным сообщением со своим губернским городом по Мшаге, впадающей в Шелонь, сплавляя гружёными судами лес и вывозя лён.

Такая разбросанность дивизии затрудняла руководство войсками и работу штабов. Почти сразу заговорили о необходимости сосредоточить остальные полки в Псковской губернии. Уже 30 января 1893 года «Псковские губернские ведомости» сообщили: «По слухам, в г. Острове предположено построить в текущем году воинские казармы с целью размещения в них двух полков 24 пехотной дивизии, ныне расквартированных вне пределов Псковской губернии». Через полгода, 4 июля, «Псковский городской листок» изложил версию иначе: «Носятся слухи, что в Пскове будет стоять целая дивизия и тогда город может поправиться»

Тогда притоку войск горожане радовались: домохозяева ждали новых квартирантов, купцы – новых покупателей, подрядчики – заказов на строительные работы, девушки – желанных женихов-офицеров. Поэтому газета продолжала развивать свою мысль в заметке за 18 августа: «Если бы наша дума нашла возможность сделать заём, построить казармы и выхлопотать размещение в Пскове целой дивизии, то, понятно, Пскова в несколько лет и узнать было бы нельзя. Совсем бы мог сделаться цивилизованным, промышленным и богатым городом. Но как не поймать телёнку волка, так и нашим гласным не привести города в цветущее положение».

И действительно, денег на постройку казарм для остальных полков дивизии у города не было. К тому же оказалось, что предположения «Городского листка» о постройке казарм в Пскове были надуманными. Уже 2 октября «Губернские ведомости» известили, что подготовительные работы по постройке в г. Острове деревянных казарм для штаба и двух батальонов Омского полка с офицерскими квартирами, а в перспективе и для полного состава полка, начнутся «в самом непродолжительном времени», и в настоящее время формируется комиссия для выбора участка и выяснения цен на строительные материалы. А 27 ноября «Губернские ведомости» добавили, что «строительная комиссия по возведению в Острове воинских казарм уже окончательно образовалась и с сего 18-го числа… открыла свои действия. Стоимость работ по возведению казарм для двух батальонов Омского полка и штабов исчислена приблизительно в 400 т.рублей». Однако выяснилось, что цены на материалы в Острове высокие, а некоторых материалов в уезде нет и их придётся доставлять издалека.

Всё это возмутило псковичей. 19 гласных подали в городскую думу такое коллективное заявление: «Псковское городское управление, вследствие желания военного начальства, построило в Пскове на городские средства новые казармы (для Енисейского полка - Н.Л.), войдя в неоплатные почти долги, заложив все городские недвижимые имения. Между тем, выгода от постоя в городе войск заключается только в увеличении мелочной торговли, но городская касса ежегодно, по недостаточности получаемого от казны вознаграждения за помещение для квартирующих войск, уплачивает из своих средств расходы по содержанию казарменных помещений, на ремонт и прочие предметы. При таком положении города, предоставившего казарменные помещения для войск без пособия от правительства, оказалось известным, что военное ведомство приступает к постройке казарм в г. Острове и ассигновало на сей предмет потребную значительную сумму. Следовательно, с устройством казарм домовладельцы г. Острова и торговый люд его, не затратив для военного ведомства ни одного рубля, будут пользоваться значительными от квартирующих войск доходами, тогда как Псков, помимо расхода на содержание казарм, уплачивает налога более 20 т.руб.

Независимо сего, самая постройка казарм в Острове казне будет стоить гораздо дороже, чем в Пскове, по случаю сосредоточения всех строительных материалов в Пскове, из которого неизбежно перевозить по железной дороге в Остров: кирпич, плиту, известь и пр., каковых материалов в том количестве, какое потребуется для сооружения казарм, в г. Острове нет и быть не может. Сверх сего, с постройкой казарм в Острове, казна обязана будет платить постоянно громадные расходы по поездкам военного начальства в г. Остров. Ввиду изложенного, гг. гласные признают необходимым ходатайствовать пред Г. Военным Министром о постройке предположенных казарм в Пскове».

На экстренном заседании 8 декабря 1893 года городская дума, «вполне разделяя настоящее мнение гг. гласных, постановила: ходатайствовать пред Г. Военным Министром о постройке предположенных казарм в Пскове, причём предложить со стороны города потребное количество земли для устройства сих казарм безвозмездно…». Для личного представления прошения дума направила в столицу депутацию в составе городского головы Эдуарда Романовича Сутгофа и двух гласных: Василия Николаевича Хмелинского и Ивана Васильевича Гладкова.

Уже в первом новогоднем номере обе местные газеты сообщили, что ходатайство псковичей удовлетворено, и командование согласилось с предложенным городом местом на Завеличье близ летнего лагеря кадетского корпуса (лагерь находился на месте нынешнего военного госпиталя).

31 марта 1894 года состоялась «малая» закладка военного городка с освящением начавшегося строительства. Официальное торжество закладки провели в разгар строительных работ, вечером 16 июня, когда в Псков приехал главнокомандующий войсками гвардии и Петербургским военным округом великий князь Владимир Александрович (брат императора Александра III), положивший «первый камень» в одну из 25 построек первой очереди.

В Омском полку с нетерпением ждали, когда первые батальоны начнут перебираться из захолустного села Медведь с населением в полторы тысячи жителей, не считая военных, в губернский Псков. За время жизни в этом селе, 15 (27) марта 1894 года в семье капельмейстера Зильбера родился старший из сыновей – Лев.

В следующем году псковские подрядчики завершили подготовку основных помещений к приёму двух батальонов полка. 4 июня 1895 года первыми из села Медведь отправились в Псков две сводные роты. Основной состав двух батальонов, тоже в пешем строю, вышел утром 22 июня. На каждый батальон полагались только по четыре наёмные подводы для перевозки хлеба, по две – для квартирьеров и по одной – для офицерских вещей. «Псковский городской листок» так рассказал о прибытии Омского полка:

«В среду, 28 июня, прибыл в Псков на постоянное пребывание Омский полк. Встретили его очень парадно. Это был военный праздник. Наше Завеличье теперь оживится. Для псковской городской думы предстоят новые заботы. Жители Завеличья, наверное, захотят иметь и более мощёных улиц, и лучше освещённых, чем это было до сих пор. Желание вполне естественное: кому охота жить в грязи и во мраке. Особенно плохо на Завеличье в тёмные, осенние ночи».

Во время пешего перехода полковой оркестр во главе с капельмейстером Зильбером подбадривал маршами утомившихся солдат. Впрочем, не обошлось и без неприятностей: в дороге у Зильбера потерялись золотые часы с цепочкой, подаренные императором. Чтобы не было неприятных расспросов, пришлось приобрести подобные и держать на столе в кабинете.

Среди построек первой очереди, возведённых в Омском полку, выделялось двухэтажное здание полкового штаба, сохранившееся до наших дней (ул. Мирная, 9). Хорошо бы сберечь этот памятник истории. Тем более, что есть благородный способ его использования – под библиотеку и музей полкового храма во имя святого Александра Невского. Пока они бедствуют в тесном и неудобном помещении, хотя ведут большую культурную и патриотическую работу.

Натан ЛЕВИН, краевед.

Портрет А.А Зильбера (публикуется впервые).

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  4989
Оценок:  5
Средний балл:  9.8