Регион

Дело Александра Кузнецова. Неделя девятая

Подсудимый не признал вину и рассказал о первых неделях после ареста
Павел ДМИТРИЕВ Павел ДМИТРИЕВ 18 ноября 2019, 15:00

Новая неделя процесса по делу над бывшим вице-губернатором Псковской области Александром Кузнецовым почти целиком состояла из допроса самого подсудимого. Ещё суд успел выслушать жену Аркадия Кузина, которого защита - пока безуспешно - пытается допросить.

О покупке дома

Александр Кузнецов сначала коротко рассказал о себе. Его родители работали на заводе, сам он окончил школу почти на одни пятёрки, участвовал в олимпиадах, отучился в «политехе», пошёл работать в порховский филиал «Псковоблгаза», начал механиком, дорос до фактически начальника. Позже его перевели в Псков, Кузнецов возглавил дочернюю компанию «Псковоблгаза», она занималась строительством. Затем перешёл работать в областную администрацию, возглавлял два комитета, потом выиграл у пяти конкурентов конкурс на должность вице-губернатора и с 5 марта 2012 по 14 декабря 2018 года был заместителем главы региона.

Почти сразу защита спросила Кузнецова, признаёт ли он вину по части 6 статьи 290 УК РФ. «Я не признаю свою вину в рамках предъявленного обвинения», - заявил бывший вице-губернатор.

Он начал рассказывать, что покупка дома не была спонтанной: в 2009 году у Кузнецовых родилась вторая дочь. Они искали варианты квартир, но те не подходили то по соотношению «цена-качество», то по этажности дома. Затем подсудимый повторил то, что рассказывала его жена: съездили в посёлок «Петропавловский», увидели баннеры, позвонили.

О том, что цену дома можно скинуть с 6,5 млн рублей, Кузнецов узнал от жены. Татьяна Кузнецова сказала мужу, что поговорить об этом можно с Николаем Тарасовым: Кузнецов поехал в «ВестСтрой», познакомился с ним и, скорее всего, с Евгением Очневым, увидел проект дома и договорился о снижении цены до 6,35 млн рублей из-за наличной оплаты. Рассрочку Кузнецовы тоже получили, но только на полгода.

Кузнецов попросил, чтобы всеми делами по дому занималась супруга, Тарасов согласился. Татьяна Кузнецова подписала предварительный договор: бывший вице-губернатора сказал, что впервые он увидел уже на следствии. Кузнецова, кстати, неделей ранее тоже говорила, что договор особенно не читала. Она получила ключи, чтобы они могли приезжать в дом на выходных и смотреть за ходом работ. Тарасов сказал Кузнецову, что дом окончательно сдадут в эксплуатацию летом 2012 года.

О проблемах при ремонте дома

Пересказывать, какие в доме были проблемы, мы не станем, об этом говорил не один свидетель. Отметим только, что Кузнецов рассказал, что кровля после четырёх-пяти попыток её починить силами «ВестСтроя» была уже смята, потому что по ней туда-сюда ходили.

На этом Кузнецовы решили, что «хватит». Уже в январе экс-вице-губернатор поговорил с Тарасовым: тогда он пришёл, чтобы внести очередной транш за дом. Мужчины договорились, что семья отказывается от претензий по дому и доделают «конструктив», чтобы дом можно было сдать в эксплуатацию. А Тарасов скидывает им цену до 5 млн рублей.

Кузнецовы за свои деньги сделали все работы по конструктиву, инженерным сетям, водоснабжению. Сделали канализацию (разводку, лежаки), разводку по электричеству в доме, газовые сети в доме, поставили газовый котёл, стяжки, межкомнатные перегородки. Оштукатурили стены, поставили гаражные ворота, лестницы. Стоило им это порядка 1,5 млн рублей, считает он.

 Тарасов весной 2012 года скончался. Ближе к осени Кузнецову позвонил Очнев, рассказывал обвиняемый. Тот объяснил, что нужно срочно сдавать дом в эксплуатацию, передавать документы по конструктиву. Вице-губернатор объяснил, что дом они доделать пока не успели. Тогда Очнев пояснил, что из-за передвижений внутри фирмы дом Кузнецовы могут и потерять. Он мог либо пойти в банкротную стоимость, либо уйти наследникам.

Александр Кузнецов в зале суда. Фото: Павел Дмитриев.

Впрочем, они договорились, что Кузнецовы доделают дом до конца года. А спустя пару недель Очнев даже позвонил и сказал, что всё в порядке, проблему он решил. Как решил, Кузнецов не понимает. Фирма явно закрывалась, продолжал подсудимый.

Супруга в январе заключила договор, который Кузнецов тоже увидел только на следствии. Он также заявил, что Очнев и Тарасов, вопреки рассказу первого, дома ему не показывали. Что там и показывать было нечего: дома были однотипными, а на третьей очереди в 2011 году были ещё только фундаменты.

О содействии Очневу

Кузнецов сказал, что он не мог обещать Евгению Очневу какого-либо содействия за скидку на дом с 6,5 до 6,35 млн рублей (тот об этом рассказывал), поскольку на тот момент возглавлял комитет по тарифам и энергетике и строительство тогда не курировал. «Что я мог обещать и как - для меня большая загадка», - отметил бывший вице-губернатор.

Также Кузнецов отрицал, что о чём-то передоговаривался с Очневым после смерти Тарасова. А последний платёж за дом внёс в марте или апреле 2012 года. Устных или письменных просьб заплатить ещё денег Кузнецов или его жена не получали, сказал подсудимый.

Строительство больницы

О первых этапах строительства Стругокрасненской больницы Кузнецов почти ничего не вспомнил. Насчёт третьей очереди он сказал, что это был объект номер один для области, что на объект выезжал губернатор (на тот момент Андрей Турчак – П.Д.), в конце второго этапа была планёрка, глава региона работами остался доволен и даже якобы спросил у Очнева, смогут ли они доделать объект к лету 2013 года. Тот заверил, что смогут, вспоминал Кузнецов.

Затем в кабинете у вице-губернатора прошло совещание, на котором были Спивак, Кадочников и даже, возможно, Быстров: Кузнецов поставил коллег в известность, что губернатор доволен ходом работ и что есть уверенность, что «ВестСтрой» достроит объект вовремя. Осенью 2013 года были очередные выборы, достроить больницу, как водится, хотели к ним.

Телеграм-канал "Псковской губернии"

Кузнецов сказал, что поручил Кадочникову провести аукцион без срывов, потому что иначе стройка откладывалась бы на полтора-два месяца. Спивак должен был информировать Кузнецова о ходе торгов, но это была обычная процедура, он и о других торгах Кузнецова информировал, рассказал бывший вице-губернатор.

О том, что «Вест-Строй» проверял заявки участников торгов, Кузнецов, по его словам, не знал, при этом он не видит в этом чего-то плохого. Спивак ведь обращался, по сути, к автору проекта – образно говоря, в рамках авторского контроля, объяснил подсудимый. И прямого запрета на эти действия Кузнецов не знает.

Он также заявил, что не вмешивался в проведение аукциона. И вообще вмешательство – «парадокс» для него, как вообще можно вмешаться в торги. Общения с Кухи Кузнецов не отрицал, но сказал, что предприниматель звонил ему из-за того, что на сайте не вывесили итоговый протокол и Рейн Лембитович не понимал, сняли их или нет. Остальные телефонные разговоры Кузнецов комментировать или подтверждать их факт не стал.

СИЗО

29 декабря 2018 года Александр Кузнецов написал явку с повинной.

Подсудимый рассказывал о событиях с 14 по 29 декабря с трудом. Когда его задержали, все ценности он добровольно выдал следователям. Его увезли в УФСБ, следователю он сказал, что не понимает, почему его обвиняют в получении взятки, и дал первые показания. Затем его увезли в Санкт-Петербург, после первого суда этапировали в СИЗО.

Когда его везли, сотрудники ФСБ якобы говорили уже снятому вице-губернатору, что с ним будут проведены беседы, рассказывал он. Кузнецова поместили в камеру с восемью-девятью заключенными, причём там якобы были заключённые с судимостями, что запрещено в карантинном отделении, сказал подсудимый.

Потом он попал в камеру с Романом Новаком.

Уже в январе другой арестант Аркадий Кузин рассказал Кузнецову, что это случилось не просто так: Новак сотрудничает с ФСБ. Тот как-то об этом узнал, отпираться не стал и всё подтвердил, сказал Кузнецов. Но это было уже в январе.

В декабре Кузнецову говорили, что его посадка - дело решенное, и надо во всём признаться, заявил он суду. Даже сотрудники СИЗО якобы говорили ему, что нужно признаться и тогда его отпустят под домашний арест.

По словам Кузнецова, 29 декабря его отвели в отдельный кабинет, где были сотрудники ФСБ. Те якобы стали угрожать и давить на него: говорили, что надо признаться, тогда его отпустят под домашний арест и можно будет отделаться условным сроком. По словам подсудимого, ему предлагали дать показания на определённых людей, силовики угрожали, что жену возьмут как соучастницу. Затем ему предложили чай, он выпил, с ним что-то случилось, и он под диктовку написал явку с повинной.

Александр Кузнецов, Татьяна Кузнецова и представители защиты в зале суда. Фото: Павел Дмитриев.

Кузнецову якобы сказали отказаться от адвокатов, потом приехала другой адвокат, она подписала явку с повинной. Позже Кузнецов стал отказываться подписать протокол дополнительного допроса. Но на него якобы вновь стали давить, и через пару часов он подписал. Силовики, по словам подсудимого, около семи раз приезжали в СИЗО и предлагали ему свидетельствовать на других лиц.

О своём состоянии Кузнецов говорил, что много мучился, почти не спал, а если спал, то ему снились кошмары. Что он сломался, но затем решил вернуть своих адвокатов, попросил об этом жену. Его часто «катали по камерам», он сменил 8-9 помещений. Иногда переводили к Новаку. Отстали от Кузнецова, по его словам, только в конце мая, когда он отказался подписать бумагу, что не имеет претензий к сотрудникам ФСБ.

Кузнецов заявил, что по его предположению «какие-то препараты медицинские имели место быть» и что после 29 декабря он отказался от еды и напитков, после чего через пару дней ему стало лучше.

Вопросы обвинения

Представители прокуратуры поначалу тоже стали спрашивать Кузнецова о ремонте дома. Например, почему он не стал дожидаться лета, а решил ещё зимой договорится о скидке до 5 млн рублей. Подсудимый ответил, что реакция на их претензии была, но работы приводили «не просто к нулевым, а скорее к отрицательным результатам».

Квартиру им нужно было продать как можно быстрее, потому что Кузнецов уже нашёл покупателя. И вновь повторил, что не давал никаких указаний о том, кто должен победить на торгах, а только озвучивал удовлетворённость власти работами, что «Вест-Строй» готов закончить работы к июлю, и что нужно провести торги «в одно касание».

На вопрос, с чего он взял, что писал явку с повинной под воздействием препаратов, ответил, что никогда такого не испытывал. Что его не напугал ИВС, а в камере с девятью людьми он спокойно общался, играл в шашки, нарды и разгадывал кроссворды. И через четыре дня ему стало очень плохо, что прекратилось, когда он перестал есть и пить.

Ещё Кузнецов сказал, что поначалу не отказывался от питья, которое ему предлагал Роман Новак, а один раз тот принёс ему таблетку, сказал, что это успокоительное. И спрашивал, выпил ли он её. Также Кузнецов заявил, что явку с повинной писал полностью под диктовку.

Вопросы к правоохранителям

Спрашивали подсудимого и о том, почему Евгений Очнев пошёл в ФСБ писать на него заявление. Кузнецов считает, что «есть такие предложения, от которых нельзя отказаться». По информации подсудимого, у Очнева есть проблемы после строительства Псковского перинатального центра в Пскове, где его фирма была субподрядчиком. Что якобы фирма получила миллиард рублей, а отчитаться за них не смогла, потому что генподрядчик не принимал работы из-за превышения вредных веществ.

Дмитрия Очнева он тоже понимает: «Было бы неправильно, чтобы он дал противоречащие с отцом показания», - считает Кузнецов.

Показания Александра Иванова Кузнецов также объяснил, тем, что тот работает в фирме Очнева. Иванов, напомним, в суде почти ничего не вспомнил.

Суд спросил у подсудимого, почему же тогда правоохранители ещё в декабре 2012 года получили разрешение на прослушку телефона Кузнецова? Тот ответил, что не понимает в таком случае, почему же они не завели дело, если могло иметь место преступление? «Это у меня вопрос к правоохранителям», - добавила судья Галина Белик. Кузнецов сказал, что всегда был под пристальным вниманием. И уточнил, что в областной суд силовики тогда пришли с другими деталями дела: вплоть до названия фирм и статьи.

Суд спросил у Кузнецова, почему к нему с этим делом пришли именно сейчас. На этот вопрос подсудимый отвечать не захотел, сказав, что хочет посоветоваться с адвокатами.

Ещё суд спрашивал Кузнецова, на что были направлены препараты, из-за которых тот якобы и написал явку с повинной. «Сыворотка правды?» Кузнецов сказал, что полностью перестал спать, у него было что-то вроде галлюцинаций. Он полагает, что смысл был в том, чтобы он стал податливым.

Он также заявил, что силовики якобы о его преступлении говорили, как о состоявшемся факте и предлагали «спасти жизнь». Даже якобы обещали, что если будет клеветать на других лиц, то его дело будет развалено. События, о которых Кузнецову предлагали рассказать, не имели место быть, заявил он в суде.

У кого ещё есть проблемы с правоохранителями?

На следующий день Кузнецова вновь вернули к фигурам Кадочникова и Щербакова. Второй, по словам подсудимого, даже теоретически не мог контактировать с вице-губернатором, он был подчиненным Кадочникова. А сам Кадочников не был в подчинении у Кузнецова. При этом они общались, согласился подсудимый.

За Степана Тарасова, который сказал суду, что Очнев говорил ему, что Кузнецов им пригодится, подсудимый говорить отказался. Может, Очнев ему такое и говорил, предположил он, но сам он Очневу такого не говорил.

Кузнецова спросили о показаниях другого учредителя «ВестСтроя» - Сергея Новикова. Тот говорил, что, насколько он понял, скидку на дом Кузнецову Очнев сделал из-за скорого закрытия фирмы, и что без этого дом бы продавать за 5 млн рублей не стали. Подсудимого спросили, зачем Новикову давать такие показания, не боится же он уголовного преследования? Кузнецов посчитал вопрос некорректным, он потребовал озвучить показания Новикова, но протокола допросов ещё нет, поэтому на этот вопрос подсудимый отвечать не стал.

Ещё он сказал прокуратуре, что прекращение выплат по дому не связано с назначением на должность вице-губернатора, потому что его назначили 5 марта, а после этого он ещё платил.

Также Кузнецов сказал, что проблемы с правоохранительными органами есть якобы и у Спивака. И что вроде как именно поэтому с ним и не продлили контракт как с директором УКСа. Причём ряд дел УФСБ расследовало ещё в прошлом году, якобы Спивак сам говорил об этом Кузнецову.

Явка с повинной

Потом в суде огласили явку с повинной Кузнецова от 29 декабря. Он лишь повторил, что писал её под давлением и спросил у представительницы прокуратуры, с трудом ли она прочитала эту явку? Обычно он пишет разборчиво, сказал Кузнецов.

В дополнительном допросе Кузнецова от того же дня прокуратура увидела противоречие. Обвинение отметило, что если его писал сам следователь без участия Кузнецова, а тот затем под давлением подписал этот документ, то почему он отличается от показаний Очнева? У Очнева в показаниях говорится, что передача проездов и сетей посёлка городским властям входила в сделку с Кузнецовым. А у Кузнецова говорится, что это он сам делал, что это входило в его интересы. Зачем следствию писать разные версии, спросило обвинение.

Кузнецов сначала ответил, что то ли в первых показаниях Очнева, то ли в протоколе очной ставки тот говорит, что передача сетей и проездов не было частью сделки. И что в протоколе его допроса говорится ещё, что он житель посёлка. А он не мог этого сказать, потому что не был в 2012 году жителем посёлка.

"Псковская губерния. Новости"

Наконец, обвинение спросило, почему первые показания Кузнецова о ремонте дома отличаются от его показаний в суде. Подсудимый ответил, что тут каждый свидетель говорил, что ему на следствии «показали документы» и он «вспомнил» обстоятельства дела. Конечно, он на первом допросе не помнил всё досконально, а сейчас, когда он увидел документы, чеки, вспомнил всё лучше.

Показания на высокопоставленного чиновника

Вместо Аркадия Кузина в суде пока что выступила его супруга и общественный защитник Ирина Кузина. Она рассказала, что с Кузнецовым познакомилась во время свидания в СИЗО с мужем. Она сидела рядом с женой Кузнецова, а тот – рядом с её мужем.

Затем они встречались, когда Кузнецов получил обвинительное заключение, к ним подошёл её муж, и они снова разговаривали с Кузнецовым. Кузина сказала, что муж при ней общался с адвокатом Оксаной Павловой и говорил ей, что знаком с Романом Новаком, который, в свою очередь, говорил ему, что был в одной камере с Кузнецовым, что на бывшего вице-губернатора давят, дают препараты, требуют оговорить себя. А летом 2019 года Новак якобы сказал Кузину, что у него требуют дать ложные показания на некоего высокопоставленного чиновника. Вроде как он консультировался с Кузиным, какие могут быть негативные последствия этого для него, потому что Кузин – юрист.

Также Кузина свидетельствовала в суде, что Новак, по словам мужа, летом дал показания на высокопоставленного чиновника, но имени его не назвал. Она заявила, что Куйбышевский районный суд, за которым закреплен Аркадий Кузин, может провести видеоконференцию.


Чтобы оперативно получать основные новости Пскова и региона, подписывайтесь на наши группы в «Телеграме»«ВКонтакте»«Яндекс.Дзен»«Твиттере»«Фейсбуке» и «Одноклассниках»

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  919
Оценок:  6
Средний балл:  10