Регион

Дело Александра Кузнецова. Неделя третья

Похоже, «ВестСтрой» выиграл бы Стругокрасненские торги в любом случае
Павел ДМИТРИЕВ Павел ДМИТРИЕВ 07 октября 2019, 19:00

На третьей неделе процесса по обвинению бывшего вице-губернатора Псковской области Александра Кузнецова в получении взятки в особо крупном размере суду дали показания сразу несколько интересных свидетелей. Один из основных – директор «Эгле» Рейн Кухи. Его фирму представители «ВестСтроя» называли своим главным конкурентом.

Что вспомнил Кухи?

Если коротко, то в суде Рейн Кухи не вспомнил практически ничего. А от попыток напомнить ему хоть что-то отбивался руками и ногами.

Теперь чуть подробнее. Обстоятельства торгов на строительство третьей очереди Стругокрасненской больницы Кухи не помнит. Но вспомнил, потому что СМИ об этом стали писать, сказал он суду. С аукциона «Эгле» сняли, они подали жалобу в УФАС, а потом отозвали. По какой причине отозвали, Кухи не помнит. И даже не помнит, общался ли он на эту тему с Кузнецовым.

На этом месте представители прокуратуры зачитали Рейну Лембитовичу распечатку его телефонных переговоров с вице-губернатором, записанных ФСБ. Даже после этого Кухи не вспомнил, были ли эти переговоры или нет. Но подтвердил, что следователи уже зачитывали ему их.

Далее предприниматель объяснил суду, что с аукционов фирму «Эгле» снимают. Это нормально. Жалобы из УФАС они тоже отзывают - это тоже стандартно. И хоть он и не помнит, общался ли с Кузнецовым конкретно по Стругокрасненским торгам, но всё же помнит, что тот никогда не обращался к нему с такими просьбами. Отношения с бывшим вице-губернатором у Кухи были открытые и рабочие.

Тогда представители прокуратуры зачитали ему протокол его показаний на предварительном следствии. В них предприниматель (мы делаем здесь оговорку: якобы) говорил, что Кузнецов звонил ему и просил снять жалобу. И он решил не портить отношения с ним, потому что тот занимал высокую должность замгубернатора и мог негативно повлиять на осуществление коммерческой деятельности компании.

Кухи здесь вообще не смог вспомнить, давал ли он такие показания. Суд уточнил, что речь идёт не о событиях шестилетней давности, а о допросе, который был меньше года назад.

Кухи всё равно не вспомнил.

Рейн Кухи в судебном заседании. Фото: Павел Дмитриев.

Зато подтвердил, что подпись на протоколе допроса его. И даже с некоторым облегчением предложил прокуратуре зачитать его же допрос, который был два месяца назад. Что он говорил в нём, Кухи помнит (что ничего не помнит). Прокуратура делать этого не стала.

Суд уточнил у свидетеля, почему его память столь избирательна? Кухи с нажимом повторил, что не помнит, о чём говорил следователю зимой. Он пояснил, что Кузнецов никогда негативно не влиял на деятельность его компании. И позитивно тоже - только в рамках закона. Кухи даже сказал, что контракт на 40 миллионов не был привлекательным для «Эгле». И что, по его мнению, главное, что больница построена и государственные деньги пошли, куда нужно.

Напоследок Рейну Кухи дали собственноручно подписанную жалобу в УФАС, предложили прочитать её, чтобы хоть что-то вспомнить. «Ваша честь, я не готов сейчас это читать. Ну, правда, объективно», - сказал Кухи.

О чём за чаем беседует комиссия по закупкам?

Любовь Смирнова, которая работала в комитете по закупкам и была в комиссии, рассматривавшей заявки на строительство больницы в Стругах Красных, вспомнила гораздо больше Кухи, но вопросов к ней осталось не меньше. Смирнова сказала суду, что ситуация с закупкой была штатной. И что своих строительных специалистов у комиссии не было, поэтому опирались на мнение заказчика. А это управление по капстроительству под руководством Дмитрия Спивака. Но никаких специальных указаний ей не давали.

Буквально сразу после этого Смирнова сказала, что Спивак говорил комиссии, что фирма «ВестСтрой» выполняла первые очереди строительства, и хотелось бы, чтобы они победили.

При этом по словам свидетеля, все заявки были обезличены и она даже не знала, участвует «ВестСтрой» в торгах или нет. Словам Спивака она значения не придала. Суд удивился: это как? Смирнова объяснила: в комиссии работают люди, надо же им о чём говорить. За чаем, к примеру. Вот и поговорили про «ВестСтрой».

Тут слово вновь взяла прокуратура: Смирновой огласили её показания на предварительном следствии, в которых она заявляла, что тогдашний начальник комитета по госзакупкам Анатолий Кадочников дал ей прямое указание минимизировать количество потенциальных участников торгов. Смирнова сказала, что управление по капстроительству (УКС) давало указание проверить заявки тщательно. А на предварительном следствии она могла дать не совсем корректные показания, потому что плохо помнила подробности.

Александр Кузнецов. Фото: Павел Дмитриев.

Суд вновь стал спрашивать у свидетеля, каким образом комиссия могла случайно не отмести заявку «ВестСтроя», если все они были обезличены. Смирнова сказала, что заявки не проверяла и не знала, что «ВестСтрой» участвует. И вновь повторила: мол, ну просто поговорили, что хорошо бы, чтобы «ВестСтрой» победил, ну ничего же такого.

Ещё свидетель, как и несколько человек до неё, уверенно сказала, что комиссия не могла обеспечить победу нужной фирмы, поскольку допустила на второй этап три компании, и аукцион должен был состояться.

Что выяснило Псковское УФАС?

Нынешний руководитель регионального управления Федеральной антимонопольной службы Ольга Милонаец в 2013 году был замруководителя УФАС. Она в суде выступила коротко, но так, что вопросов к ней не оказалось ни у защиты, ни у обвинения.

Милонаец рассказала, что фирма «Эгле» 21 января подала жалобу, которая была отозвана самой фирмой и не рассматривалась. «ВамСтрой» и «Новострой» подали жалобы 22 января, а фирма «Гриал» - 23 января. Заявки этих трёх фирм были составлены неверно, поэтому их жалобы были признаны необоснованными.

При этом УФАС не ограничилось проверкой заявок лишь этих фирм. Антимонопольщики обратили внимание на три допущенные ко второму этапу торгов фирмы и установили, что две из них были допущены с нарушениями. УФАС выдало предписание, что они также должны быть сняты с торгов. Осталась в итоге только заявка победителя, которая была составлена по закону.

Милонаец уточнила, что нарушения в ней были, но они касались порядка пунктов или пунктуации. «По таким основаниям аннулировать торги недопустимо, и мы такой формальный подход у себя не приветствуем», - объяснила она.

На это вопросов не возникло даже у адвокатов Кузнецова, а вот сам бывший вице-губернатор уточнил, есть ли в законе прямой запрет на привлечение к оценке заявок сторонних экспертов. Милонаец сказала, что они могут быть привлечены только на этапе объявления аукциона. Затем любые взаимодействия с участниками торгов недопустимо. То есть с 13 декабря 2012 года, когда были объявлены торги, все переговоры с участниками закупки были незаконны.

Руководитель УФАС сказала суду, что антимонопольщики не проводили сплошную проверку всех участников аукциона, но проверили, не было ли предвзятого отношения к победителю. Поэтому и были сняты ещё две фирмы. Допустить их, было нарушением в работе комиссии. Других нарушений не было.

Участники процесса по делу Александра Кузнецова. Фото: Павел Дмитриев.

Ещё Милонаец оказалось первой, кто не рассыпался в комплиментах Александру Кузнецову на просьбу адвокатов охарактеризовать его. «Знаю только по работе никаких ни отрицательных, ни положительных характеристик у меня нет. Никаких серьёзных проблем не возникало, были разногласия, но по ним либо соглашались, либо в суде встречались по административным делам», - сказала она.

Также Ольга Милонаец объяснила суду, что если бы ей сейчас была известна информация о телефонных переговорах между высокопоставленным чиновником и участниками торгов, то УФАС возбудило бы административное дело по наличию неконкурентного соглашения с участником закупки.

После этого оставалось непонятным только, что же было бы с отозванной жалобой фирмы «Эгле»: её в УФАС в 2013 году не проверило. Но Псковское УФАС не было бы самим собой, если бы не разрешило и этот вопрос.

На следующий день (3 октября) перед судом в качестве свидетеля предстала начальник отдела контроля закупок, антимонопольного контроля органов власти и рекламы УФАС Наталья Юркина. Она рассказала, что антимонопольщики в 2013 году не удивились, что «Эгле» отозвало жалобу. Но после допроса Ольги Милонаец они заинтересовались этим и подняли документы по жалобе фирмы. Так вот, её бы тоже признали необоснованной. Не по всем основаниям, которые в жалобе перечислялись, но всё же нарушений в заявке «Эгле» было достаточно, и закупочная комиссия имела законные основания снять фирму с торгов.

А Николай Иванов, который в 2013 году был в УФАС главным специалистом, припомнил, что «из трёх товарищей», что вышли на второй этап, «только одна компания изъявила желание исполнять работы». Поэтому УФАС не стало отдельным решением признавать торги несостоявшимися, ведь всё равно это решение не повлияло бы на итоги конкурса.

И вот, что получается. Предположим, версия следствия не верна. Что никто никому не даёт взятку. Что Спивак ни от кого указаний не получает и никому их не даёт. Что заявки восьми компаний отдаются на проверку не в «ВестСтрой», а любым другим опытным специалистам. Что никто не звонит никакому предпринимателю с просьбой отозвать жалобу из УФАС. Что две компании из трёх не отказываются по непонятным причинам от участия во втором этапе торгов.

И в этом случае всё равно компания «ВестСтрой» побеждает на торгах.

Не знал, но очень точно предполагал

Наверно, из интересного на прошлой неделе, остались только показания Евгения Малинина, экс-директора фирмы ГРСУ-1, которая в 2013 году вместе с «ВестСтроем» вышла во второй этап торгов. Свидетель сказал суду, что не знал, кто прошёл во второй этап. Но он всё равно посмотрел «экономику объекта» и решил, что она ему неинтересна. Ещё компания успела к тому времени выиграть конкурсы по ещё двум объектам, и Малинин решил отказаться от Стругокрасненской больницы.

При этом в предварительных показаниях Малинин говорил сотруднику ФСБ, что когда он узнал, что «ВестСтрой» участвует в торгах, то решил не участвовать в торгах, чтобы не препятствовать их победе, потому что они выполняли первые этапы, а Малинин знал учредители фирмы Николая Тарасова, они учились вместе. В суде свидетель заявил, что первыми по важности причинами были всё-таки «экономика объекта» и победа в двух других конкурсах. Ну а потом уже – решение не мешать «ВестСтрою». Но первые две причины – основополагающие, заверил суд Малинин.

На замечание суда, что чуть ранее он же говорил, что не знал, кто вместе с ГРСУ-1 прошёл во второй этап торгов, Малинин, не моргнув, согласился: конечно, не знал. Мог только предположить, что после первых этапов, они и третьим займутся, объяснил он.

С директором «ВестСтроя» Евгением Очневым Малинин, согласно его показаниям, во время торгов специально не общался, хотя они и могли встречаться.


Чтобы оперативно получать основные новости Пскова и региона, подписывайтесь на наши группы в «Телеграме»«ВКонтакте»«Яндекс.Дзен»«Твиттере»«Фейсбуке» и «Одноклассниках»

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  743
Оценок:  10
Средний балл:  8.7