Блог

Был спущен вниз латышский дождь. Он во дворе по-русски шепчет…

«Там хулиганы избивали граждан, поэтому я наказала Райнису не ходить без палки»
Алексей СЕМЁНОВ Алексей СЕМЁНОВ 12 октября, 20:00

Вскоре после того, как Ян Райнис завершил, сидя в Рижской тюрьме, перевод на латышский язык «Фауста» Гёте, его сослали в Псков. Это было в 1897 году, в декабре. В 1897 году там же, в Риге, арестовали студента Михаила Пришвина. Позднее Пришвин, учившийся в Рижском политехникуме с 1893 года, вспоминал, что он и Райнис «сидели тогда вместе – в Риге, потом в Митаве, потом нас расшвыряли по стране». Райниса «швырнули» в Псков, Пришвина – в Елец. Подробностей того ареста известно не так много, но понятно: Райнис был арестован  за «пропаганду социал-демократических идей». И Пришвин тоже (он входил в марксистский кружок Ульриха – переводил на русский язык Бабеля, Меринга, Энгельса). Некоторые исследователи предполагают, что оба писателя проходили по одному делу.

В Рижской тюрьме Ян Райнис (Янис Плиекшан(с)) заболел. В декабре 1897 года его выпустили под залог, а потом, до суда, отправили в ссылку – сначала не так уж далеко от Латвии, в Псков. Чуть раньше, 21 декабря  1897 года (по старому стилю),  Райнис венчался с Иоганной Эмилией Лизеттой Розенберг, более известной как поэтесса Аспазия (венчание происходило в тюрьме). Так что приезд молодожёнов в Псков, в определённом смысле, был свадебным путешествием. Каких-то особых восторгов Ян Райнис при этом не испытал. В Псков Райнис обязан был выехать из Риги в трёхдневный срок. «Когда мы въехали в Псков поздним вечером, была глубокая зима...», - написал о своём прибытии в Псков Ян Райнис.

Утром 25 декабря зима была по-прежнему глубокая.

Но дело было не только в погоде. Снег, сочельник, метель… Вполне романтично для поэта-романтика. Однако были болезнь, отсутствие денег, надзор полиции, перспектива не вернуться в Латвию ещё много лет… «Запомни свойство высших идей: // Они безучастны к судьбам людей», - как написал однажды Райнис.

Но ссыльный бодрился. Тем более что места были не самые глухие. В те времена Райнис свои стихи ещё не датировал, однако некоторые известные его тексты определённо написаны именно здесь, в Пскове. Очерк «Александр Сергеевич Пушкин» Ян Райнис тоже написал в псковской ссылке – за год до столетнего юбилея поэта. «Очерк об Александре Пушкине написан вначале 1898 г. в Пскове, куда я был выслан в ожидании приговора на первом процессе латышских социал-демократов. Пушкин, который был очень близок мне ещё со школьных времен, стал в этой первой ссылке ещё ближе даже внешне, ибо и он был в свое время сослан в ту же Псковскую губернию...», - вспоминал Райнис. 

Адреса в Пскове Райнис менял несколько раз – искал жильё подешевле. Жить приходилось впроголодь, занимаясь переводами. Один из домов, в котором жил Райнис, находился совсем рядом с тем местом, где сейчас находится редакция «ПГ» - почти напротив, только дорогу перейти, - на углу улиц Некрасова и Маркса. Этот дом снесли совсем недавно – под предлогом того, что поставят такой же, но лучше. Вначале сняли мемориальную доску, а потом снесли. На новом доме, где теперь находится банк, висит табличка. На ней написано, что этот дом «Воссоздаёт облик дома, в котором с 9 марта по 20 июня 1899 года жил латышский поэт Ян Райнис». Мне так не кажется. Это совсем другой дом. Не такой, как Дом Постникова, в котором Райнис снимал комнату на пересечении улиц Покровской и Губернаторской. Но, наверное, такова судьба домов, в которых жил Райнис. На месте ещё одного дома, где жил в Пскове Райнис, тоже находится банк – на этот раз на Октябрьской площади (тогда это была улица Сергиевская). Письма в Псков в 1899 году Райнису приходили по адресу: «Сергиевская ул., дом Кирпичникова, Сливочная лавка, г-ну Плекшану».

Фактически в Пскове ссылку одновременно отбывали два латышских поэта: Райнис и Аспазия (Аспазия находилась в добровольной ссылке). И это действительно походило на ссылку, если судить по одному из писем Аспазии латвийским родственникакм: «Вы сейчас, наверное, находитесь в центре праздничных радостей и рождественской сутолоки с блестящими представлениями, где всё лучится, смеётся и ликует, люди желают друг другу счастья... Вы не представляете, что такое настоящее одиночество. Это знаем только мы, сидя изо дня в день в маленькой комнатке, в окно которой видны лишь несколько заснеженных кустов... Мы живем совершенно замкнутой жизнью; один год так уже прошёл…»

За полтора года жизни в Пскове и окрестностях Райнис сменил несколько адресов, и самым романтичным был загородный адрес  дома Эрглисов на горе с говорящим названием - Ригина гора (в районе нынешнего посёлка Родина), неподалёку от шоссе в Ригу. Письмо про «несколько заснеженных кустов» отправлено именно оттуда. Как и письмо самого Райниса: «Мрачная, печальная пора: заботы, болезнь и слабость... мы все ещё ходим в выздоравливающих, полгода всё выздоравливаем, никак не выкарабкаемся из болезней... со мной всё худо... от головной боли, вечной нервозности и  бессонницы просто некуда деваться... С моей бедной Эльзиней обстоит ничуть не лучше... колотье, головные боли и вся эта чертовщина продолжается. Она так бледна и осунулась, что просто жалко на неё смотреть…».

Когда такое происходит, наверное, тогда и рождаются строки, подобные этим: « В этот грозный день // Кровь лилась фонтаном,// И ушёл под землю замок с королевной…» (стихотворение «Королевна», написанное в Пскове, перевёл Валерий Брюсов).

Не думаю, что от жизни в Пскове у Райниса остались приятные воспоминания. К тому же, Аспазия вынуждена была уехать в Ригу. Не хватало денег. Ей предложили за 50 рублей заведовать отделом художественной литературы в газете, которую раньше возглавлял Ян Райнис. А сам Райнис после отъезда жены покинул Ригину гору и поселился в Пскове в месте попроще.

Аспазия, иногда навещавшая Райниса, очень беспокоилась за мужа: «Из-за бедности он снял комнату на далёкой и сомнительной окраине. Там хулиганы избивали граждан, поэтому я наказала Райнису не ходить без палки.  Дом, где находилась комната Райниса, был ужасно  старым и примитивным. Лестница была такая, какие у нас используют, чтобы подниматься на сеновал. Несколько ступенек совсем оторваны и надо проявить сообразительность и ловкость, чтобы попасть наверх и спуститься вниз. На  самом верху, где находилась комната Райниса, спали хозяйские куры. Курицам по  лестнице, известно, было взбираться легче, чем нам с Райнисом». Некоторые подробности о псковском периоде жизни лучше прочесть у Елены Киселёвой в статье «Переписка Я. Райниса периода псковской ссылки».

А завершилось всё ссылкой в ещё более дальние края – на пять лет в Вятскую губернию (в Швейцарию из России Райнис нелегально эмигрировал во время Первой революции – в конце 1905 года).

После обретения независимости Латвии Ян Райнис вернётся к себе на Родину и даже выдвинет свою кандидатуру на пост президента. Проиграет, но станет одним из авторов латвийской конституции, директором Национального театра, министром образования…

В Латвии прошлый 2015 год объявили годом классиков латышской литературы Райниса и Аспазии, их дни рождения включили в календарь международных памятных дней ЮНЕСКО. Но псковским курицам по лестнице, всё равно было взбираться легче, чем классикам латышской литературы.

Ты знаешь, климат переменчив
На берегу остывших волн.
Но волны делаются мельче.
Когда неслыханно влюблён,
Вокруг меняется пространство,
И отменяется весна.
Любовь бессовестна бесстрастна,
А ты безумно холодна.
И день ненастный обеспечен.
Был спущен вниз латышский дождь.
Он во дворе по-русски шепчет.
Я жду, что ты за ним придёшь.
Я знаю, климат переменчив,
И от тебя зависит он,
Когда летишь ко мне навстречу
На берегу застывших волн.

Просмотров:  884
Оценок:  4
Средний балл:  10