Новости

Слово прокурора в деле Светланы Прокопьевой

05 февраля 2021, 19:40

Уважаемый суд, участники процесса! Изучив материалы уголовного дела, проверив доводы апелляционных жалоб, прихожу к выводу о том, что Прокопьева за содеянное осуждена законно, обоснованно и справедливо. Предъявленное ей обвинение содержало достаточное для осуществления ее защиты указания на инкриминированные ей признаки состава преступления и обстоятельства его совершения.

Судебное разбирательство уголовного дела было проведено полно, всесторонне, объективно, с соблюдением требований Уголовно-процессуального закона, и выяснениям в соответствии со статьей 73 УПК всех обстоятельств, подлежащих доказыванию по делу. Несмотря на отрицание подсудимой своей причастности к совершению преступления, вывод суда о её виновности подтвержден показаниями свидетелей - сотрудников управления Роскомнадзора по Псковской области Фёдорова, Степина, Кожокаря, сотрудников и владельцев средств массовой информации – Костикова, Калиниченко, Савенко, Назаренко и Донецкого, протоколами следственных действий, заключениями трех комплексных психолого-лингвистических судебных экспертиз, а также иными материалами уголовного дела.

Указанные доказательства были проверены судом первой инстанции и оценены в соответствии с положением ст. 87, 88 Уголовно-процессуального кодекса с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и достаточности для разрешения уголовного дела. Поэтому они правомерно положены судом в основу обвинительного приговора. Прокопьева заявляла и ранее, и в настоящем судебном заседании о том, что опубликованный ею материал является журналистским расследования причин случившегося в Архангельске трагедии.

Я нисколько не сомневаюсь в том, что Светлана Владимировна - опытный журналист и знает что такое журналистские расследования. И как показывают некоторые из них, в наш век информационных технологий можно даже не выходя из дома узнать о человеке если не всё, то очень многое. Издание Daily Storm уже через 4 часа после теракта в Архангельской области сообщило данные о личности террориста, где он учился, в каком чате и какое именно предположительно он опубликовал сообщение.

Несмотря на то, что после взрыва в здании регионального управления ФСБ прошло больше недели, при опубликовании материала журналистка Прокопьева ничего нового про Жлобицкого не узнала, не установила ни в каких партиях или группировках он состоял или не состоял, ни каких взглядов придерживался, ни указывал ли странности в своем поведении или окружающие считали его обычным человеком, в каких условиях жил террорист и его семья, пострадал ли он от власти и правоохранителей. В её материале нет ничего, что могло бы послужить действительными причинами поступка Жлобицкого.

Вообще по большому счету эта статья, как она сама заявила сегодня, не про террористов. Статья, и на это абсолютно правильно обратили внимание эксперты, преследует вполне конкретные цели – сформировать у аудитории негативное отношение к представителям правоохранительных органов и других государственных структур, и возбудить протестные настроения. И в достижение этой цели у Прокопьевой все средства хороши.

Задержали активиста Милушкина – это пример, цитирую: «Нарочитой и адресной агрессии со стороны силовиков». Остановили Светлану Владимировну полицейские на улице – «силовики наслаждаются своей маленькой властью». Содержание материала напоминает мне строки поэта московского андеграунда Юрия Глодова – «прошла зима, настало лето, спасибо партии за это».

Я не был знаком с творчеством Прокопьевой до рассматриваемых материалов, но уверен, что она и до этого писала и говорила в этом духе, и к этому привыкли ее коллеги, и поэтому никакого подвоха в очередном таком опусе про «кровавый режим» не заметили. Но хочу обратить внимание, что мы живём не в какой-нибудь Прибалтике и её свобода слова до рассматриваемого дела никак не ограничивалась. Но конкретно в этом случае Светлана Владимировна преступила не только моральные рамки.

Напомню, что при взрыве пострадали не только подросток, еще три человека, которым по образному выражению журналистки, которым «пришлось отдуваться за систему». Светлана Владимировна преступила закон. В любой стране есть недовольные властью маргиналы, просто психические, неуравновешенные люди, которые, поддавшись идеям допустимости решения вопросов силовыми методами, могут причинить много бед. Поэтому так важно тем, кто имеет доступ к информационному пространству, тем, кто считает себя профессиональными журналистами, тем более, не дать таким людям повод убедиться в своей правоте. И в своем материале Прокопьева дает оценку террористу как борцу с репрессивным государством, современному народовольцу, защитнику прав и свобод граждан, жертве политики и действующей власти, действиям, как имеющим высокие цели, благородные мотивы, и существенные причины. При этом утверждает, что использование самоподрыва для разговора с властью является исторически проверенным и эффективным методом воздействия на нее в условиях государственного террора.

Вот некоторые анархисты и маргиналы прямо написали в различных чатах в сети интернет о том, что Жлобицкий герой. И понесли заслуженное наказание. Ну а чем Светлана Владимировна отличается от них?! Ведь смысл написанного ею, тот же самый. Только ему придана более витиеватая форма с умелым использованием психологических и лингвистических приемов, в совокупности тезисов, зеркального отражения, дискурса, завуалированной симпатии и других.

Я думаю, что ни в одной стране Западе, рупором которого, судя по названиям представляемых ею средств массовой информации является Прокопьева, ей не позволили бы героизировать террористов. Проверенная, проведенная по уголовному делу комплексная психолого-лингвистические экспертизы пришли к бесспорным выводам, которые в своих, которые согласуются между собой и взаимно дополняют друг друга.

В том, что в тексте статьи и её аудиоверсии установлена совокупность лингвистических и психологических признаков публичного оправдания и пропаганды действий, связанных с устрашением кого-либо, а также создающих опасность гибели людей, ответчик в них не усматривал. И орган предварительного следствия, который назначал два раза дополнительные, а не повторные экспертизы. Эти исследования являются научно обоснованными. Они проведены экспертами, которые обладают специальными познаниями по поставленным вопросам, и каждый из них по своей специальности имеет высшее образование, большинство – ученую степень. Их компетенция сомнений не вызывает. Установленные статьей 70 Уголовно-процессуального кодекса обстоятельства, которые являются основаниями к отводу экспертов по делу, не установлены. Доводы стороны защиты о личной заинтересованности Якокуц тщательно проверены судом и своего подтверждения не нашли, чему в приговоре дана надлежащая оценка.

Следует также отметить, что экспертизы проведены в независимым друг от друга организациях в разных субъектах Российской Федерации. Заключение соответствует требованию статьи 204 Уголовно-процессуального кодекса. В судебном заседании эксперты, давшие первые два заключения, подтвердили свои выводы. А участники процесса имели возможность их допросить. В этой связи достоверность положенных в основу обвинительного приговора выводов экспертных заключений сомнений не вызывает. Вместе с тем судом обосновано отвергнуты представленной стороной защиты мнение специалистов.

Так, из исследованных по уголовному делу доказательств, протокола обыска, осмотра предмета, заключение компьютерной, судебной экспертизы, допрос специалиста-лингвиста Макарова усматривается, что в принадлежащей Прокопьевой сотовом телефоне обнаруженная ею в период доследственной проверки сообщение, в котором она демонстрирует желание найти специалистов-лингвистов, которые подготовили бы заключение с благоприятным для нее результатом, среди которых, в частности, рассматриваются эксперты некой организации «Глэдис». В этой связи окружным военным судом правильно поставлено под сомнение объективность специалистов, давших заключение по инициативе стороны защиты. Среди которых члены российской негосударственной некоммерческой организации «Гильдия лингвистов-экспертов по документационным, информационным спорам», сокращенно «Глэдис».

Кроме того, в соответствии с разъяснениями, которые были даны пленумом Верховного Суда РФ в пункте 16 постановления от 19 декабря 2017 года № 51 «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции, общий порядок судопроизводства», заключение специалиста не может подменять заключение экспертов, если оно требуется по делу. Если из устных разъяснений или заключения специалиста следует, что имеются основания назначения дополнительной или повторной экспертизы, суду по ходатайству стороны или по собственной инициативе следует обсудить вопрос назначения такой экспертизы. Вместе с тем, все ходатайства стороны защиты о признании недопустимыми заключения экспертов и назначения им дополнительной экспертизы, судом рассмотрены, и обоснованно отклонены.

Аудиозапись и статья «Репрессии для государства» исследованы в ходе судебного следствия, что отражено в протоколе судебного заседания и приговоре. В итоговом судебном решении дана подробная оценка их содержания путем анализа экспертных заключений. При этом судом не установлено расхождения мнения экспертов с реальным содержанием материалов. В этой связи доводы стороны защиты о необходимости дать судом в приговоре отдельной от экспертной оценки текста «Репрессии для государства» являются надуманными.

С учетом представленных сторонами исследованных судом доказательств фактические обстоятельства дела установлены правильно. При этом окружной военный суд пришел к правильному выводу о том, что Прокопьева, работая журналистом, отчетливо понимала, что подготовленный ею материал будет выпущен в эфир и размещен в сети интернет работниками этих организаций. Поскольку судом достоверно установлена, что Прокопьева создала информационный материал, направленный на формирование представления о допустимости осуществления террористической деятельности, и содержащий заявление о признании идеологии и практики терроризма правильными, нуждающимися в поддержке и подражании, осознавая, что эта запись и ее печатные версии будут доступны не ограниченному кругу лиц, юридическая квалификация содеянного осужденной соответствует уголовному закону. В этой связи утверждение стороны защиты о политической мотивации уголовного преследования Прокопьевой являются надуманными.

В виду изложенного, необосновано мнение заявителей жалоб о том, что в приговоре не дана оценка всем доводам стороны защиты. При назначении виновной наказания правомерно судом учтены характер и степень общественной опасности совершенного ею преступления и данные о личности подсудимой. В качестве смягчающих обстоятельств суд обоснованно признал привлечение её к уголовной ответственности впервые, а также то, что ранее она ни в чем предосудительном замечена не была и характеризуется положительно. Исходя из этого суд счёл возможным достичь предусмотренных уголовно-процессуальным кодексом целей наказания без изоляции Прокопьевой от общества. При решении вопроса о размере штрафа были приняты во внимание имущественное положение подсудимой и ее семьи, а также возможность получения ею заработной платы и иного дохода. Невозможность изменения в соответствии с частью 6 статьи 15 Уголовного кодекса категории преступления в приговоре мотивирован.

Таким образом, полагаю, что мера государственного принуждения назначена осужденной в соответствии с требованием Уголовного кодекса, является соразмерной содеянному и справедливой. Принятое судом решение по ноутбуку соответствует положениям уголовно-процессуального закона и обосновано в итоговом судебном решении. Нарушение требований уголовного и уголовно-процессуального законодательства, влекущее их отмену или изменение в обжалованном приговоре не имеется. В связи с чем считаю необходимым предложить суду апелляционной инстанции обжалованный приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. Благодарю за внимание.

Просмотров:  399
Оценок:  4
Средний балл:  3.3