Статья опубликована в №41 (211) от 03 ноября-09 ноября 2004
Общество

Загремели…

Сбросим исторический рельеф с корабля современности?
 Светлана ПРОКОПЬЕВА. 03 ноября 2004, 00:00

Сбросим исторический рельеф с корабля современности?

Этим летом мы уже вспоминали о Гремячей горе1 . Тогда, узнав, что целый комплекс памятников федерального значения отдан в аренду ЗАО «Псковпищепром» для приспособления под «гостиничный комплекс», мы, скажем аккуратно, забеспокоились.

И обратились за комментариями к представителям официальных инстанций, которые зашикали: «Ну что вы опять начинаете!.. Ничего еще не известно, ничего страшного не произошло, у памятников нашелся хозяин, который наведет порядок, и жить станет всем радостнее и веселее!». Что ж, Гремячая гора действительно оставалась без видимых изменений, «хозяин» памятникам действительно нужен, и мы вместо битья в набат ограничились сдержанным материалом под общим настроением: хорошо, конечно, если порядок наведут, а памятники не испортят!

Так ведь испортили же! Дурное дело не хитрое – успели до начала строительства и даже до появления проекта. Три месяца спустя мы вынуждены снова вернуться к теме.

29 октября Псковское отделение Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры учинило инспекцию на Гремячую гору. Собрались люди, постоянно работающие с архитектурными памятниками и исторической городской средой – архитекторы, реставраторы, археологи, сотрудники Псковского музея-заповедника, институтов «Спецпроектреставрация» и «Псковгражданпроект», ГУП «Псковреконструкция», был лично председатель областного научно-производственного центра по охране памятников Василий Мусийчук. К специалистам робко присоединились представители компаний, ведущих на берегах Псковы «хозяйственную деятельность»: от «Паритета» - Михаил Андреев, мастер, и от «Псковпищепрома» – Владимир Васильев, заместитель генерального директора.

Что выросло, то выросло

Немногие оказались подготовлены к открывшемуся зрелищу. Вместо привычных зеленых склонов глазу предстали заметно поредевшая рощица, разъезженный бульдозерами берег и огромная грунтовая насыпь, искусственное происхождение которой не распознал бы только инопланетянин.

Ноги тонули в жидкой грязи, смешанной с битым кирпичом и обрывками полиэтилена. С трудом верилось, что это – исторический центр, берега реки, давшей название городу…

Но главная интрига в том, что происхождение чужеродной насыпи оказалось покрыто непроходимым мраком! Каким образом в составе охраняемого природного ландшафта образовался нарост вышиной в несколько метров, никто объяснить не смог. Проекта, в соответствии с которым на этом участке могли бы вестись земляные работы, не существует (не говоря уже о том, что новое строительство на территории федерального памятника в принципе невозможно). Разрешений на изменение рельефа никто никому не давал и дать не мог.

Главный по охране памятников, Василий Мусийчук, пытался уверить собравшихся будто то, что мы видим – это не насыпь, и тем более не площадка для проектирования или строительства, а банальные кучи мусора, которые завез сюда «Паритет», на предмет чего сам Василий Михайлович уже вроде как ругается с городским комитетом по благоустройству. Другие возражали, что «Паритет» здесь ни при чем, а насыпь – результат деятельности «Псковпищепрома» (по нашей информации, это мнение разделяется и городскими властями2 ). Представители же обеих организаций свою причастность к «работам» отрицали единодушно.

Я не я, и лошадь не моя

И оба, конечно, лукавили. «Иллюстрируя» уверения г-на Мусийчука, что «работы приостановлены», мимо членов ВООПИиК один за другим проехали два самосвала, наполненных грунтом. Это «Паритет» досыпал берег. Как уверил меня его представитель Михаил Андреев, в соответствии с утвержденным проектом («Ну, нам надо откос немного сформировать…»).

«Псковпищепром» же, которому НПЦ подписал «технические условия» на Гремячую гору, сознался в «авторстве» дилетантски заделанных брешей в стене Окольного города и сооружении заборчиков вокруг деревьев (и правда, вдруг насыпь еще подрастет? Надо беречь природу…). Из беседы же с замдиректора Владимиром Васильевым стало понятно, что насыпь им не такая уж чужая.

- Для чего это все сделано (широкий жест в сторону насыпи – авт.)?

- Ну, сохранить как-то…

- Конкретно эта площадка – что сохраняет?

- Эта площадка – ничего. Просто мусор, который там был, как-то попытались облагородить…

- Мусор облагородить?!

- Нет, площадку.

- То есть вы считаете, что насыпь, которая здесь искусственно сделана – это некое «облагораживание территории»?

- Была сделана защита верхней территории. А сейчас идет защита деревьев, чтобы они не погибли.

- А насыпь-то зачем?

- А куда девать этот мусор?

- Так, может, надо было вывезти его на свалку?

- Так его надо было сразу вывозить на свалку! А строители вместо свалки вывозили сюда.

- Какое отношение ЗАО «Псковпищепром» имеет к этим работам?

- К этим работам – никакого. «Псковпищепром» имеет отношение к памятникам архитектуры. Они у него в аренде.

- Что вы планируете делать с этими памятниками?

- Ну, что нам предпишет архитектура, какой будет разработан проект реставрации, то и будем делать.

- Почему вдруг появился интерес к памятникам?

- Потому что обидно, когда они разрушаются.

Действительно, обидно.

А чего такого?

При виде искореженного берега Псковы с трудом верилось, что в городе действует орган по охране памятников. Между тем, его председатель находился среди других членов ВООПИиК и отвечал на вопросы. Но от него мы не услышали ни слова про «изменение исторического рельефа» или «нарушение федерального законодательства». Василий Михайлович продолжал рассказывать про вековечные самопроизвольные свалки, паритетовский мусор, и как героически, хотя и безуспешно, он с этим борется.

Весьма кстати во время инспекции группа молодых людей организовала в Гремячей башне потребление спиртосодержащей продукции (не производства ли нашего доблестного «инвестора»?). Что дало возможность г-ну Мусийчуку патетически вскинуть перст указующий. Мол, вот оно, ваше общество, вот он, свободный доступ к памятникам! Сие должно было продемонстрировать, что в бардаке на Гремячей горе виноваты все, кроме НПЦ и лично Василия Михайловича.

Далее логика «подсказывает», что единственный способ сохранить памятник – это сдать его кому угодно подо что угодно. Так же, как лучший путь избавиться от мусора – закопать его в землю.

Если же укротить вольный полет мысли и держаться поближе к реальности и действующему законодательству, станет ясно, что несанкционированные работы в пределах зон охраны исторического города – это не что иное, как преступление. Преступление не только перед памятниками, но и перед псковичами. В первую очередь, теми из них, для кого история и своеобразная красота Пскова – единственное основание для того, чтобы оставаться жить и работать в этом, в общем-то, малоперспективном сегодня городе.

Можно найти оправдания и разрушить последнее, что осталось от древнего Пскова, продолжая плакаться на «утечку мозгов» и неразвитость туризма. Можно «забить» на памятники и настроить еще больше коттеджей и гостиниц. Боюсь только, не пригодятся...

Светлана ПРОКОПЬЕВА.

1 См.: С. Прокопьева. Гремячее дело // «ПГ», № 30 (200) от 18.08.2004 г.

2 К сожалению, получить какой-либо официальный (и внятный) комментарий от городской администрации нам не удалось – ни в пресс-службе, ни в управлении архитектуры и строительства, ни в управлении гензаказчика.

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  2868
Оценок:  7
Средний балл:  8.1