Статья опубликована в №44 (214) от 24 ноября-30 ноября 2004
Культура

«Зачали, выносили и родили»

«Animal ДжаZ»: «У нас не по-детски широко открытые глаза»
 Сергей СИДОРОВ 24 ноября 2004, 00:00

«Animal ДжаZ»: «У нас не по-детски широко открытые глаза»

Как известно, после выступления в TIRe питерских альтернативщиков «Jane Air» клубом было объявлено табу на «тяжелые» команды, и в ход пущена «легкая» артиллерия в виде нелепых вечеринок с DJ Yust’ом. Буквально за месяц клуб стал превращаться из прибежища андеграунда в пристанище для любителей носить спортивные штаны.

Однако, в минувшую пятницу в TIRе состоялось событие, которое отчасти (ну хоть както) сгладило негативное впечатление от происходящего. Выступала группа «Animal ДжаZ», презентовавшая свой новый альбом «Как люди».

Полтора часа до концерта. Музыканты, вспоминая все мыслимые и немыслимые ругательства, усердно отстраивают звук. Публика, несмотря на относительную дороговизну билета (почти в два раза больше, чем обычно) стягивается к бару греться: к сцене нельзя – музыканты просили не мешать...

Первые аккорды. Народ стекается к сцене. Звучат песни из нового альбома. В воздухе царит непонятное замешательство: мало того, что песни неизвестные, так еще и чересчур лиричные. Это уж явно не в духе «Animal ДжаZ». «Лажа!». «Кто сказал лажа!?», – Михалыч (он же Александр Красовицкий, вокал) ищет глазами недовольного в толпе. – Иди сюда и спой!». Тот подошел, но петь не стал. Столкнувшись лбами, они смотрят друг другу в глаза. Кажется, вот-вот воздух заискрит от напряжения. Звучит одна из самых «мясных» и бодрых песен альбома. Недовольный повержен. Баррикада взята.

Михалыч представляет публике нового клавишника (Стас Гаврилов) и барабанщика (Ян Лемский). Звучат композиции из предыдущего альбома: «Стереолюбовь», «Марлен Дитрих», «Листопад»… Зал стоит на ушах. Напряжение тает и превращается в энергию хорошего концерта, растущую прямо-таки снежным комом. Особенно это стало заметно после исполнения «Неонового ковбоя» и «Toxic» (кавер на хит Бритни Спирс)…

Наконец-то звучит долгожданная «Иуда». Это – кульминация. За ней следует развязка и, конечно же, «Бис!».

После выступления, дав музыкантам немного отдышаться, мы спешим за информацией и впечатлениями. Вот что из этого получилось.

«…«Наше радио» шуток не понимает»

- Расскажите о вашем новом альбоме «Как люди».

(Не успели ребята собраться с духом для ответа, как вбежал запыхавшийся «вновь пришедший барабанщик» и, протягивая листы бумаг – бывшие афиши, протараторил: «Ребята! Пожалуйста! Просят автографы. Я не знаю, что делать. Если я не дам, меня убьют. Дайте взаймы автографы, пожалуйста». «А чем отдавать-то будешь?», – улыбается Михалыч. Чей-то голос перебивает: «Дайте мне маркер, я за всех подпишусь!». Под общий смех музыканты расписываются, и мы продолжаем беседу).

Михалыч: Это наш лучший альбом. Мы подошли к нему именно как к настоящей студийной работе. Парились над ней четыре месяца. Каждый день. Аранжировки менялись. Некоторые изменились до неузнаваемости. Многие песни придумывались уже в самой студии. Это очень дорогой альбом для нас.

Игорь Булыгин (басист): И это первый альбом, который вызвал очень неоднозначную реакцию. Мнения разделились пополам.

Михалыч: Для нас это лишний показатель того, что альбом хороший. Потому что когда все говорят: «О, круто!», это значит – что-то не то. А тут просто некоторые вообще приходят на концерт, платят 300 рублей за билет и начинают швырять всякие вещи на сцену. Или сегодня вон один орал: «Ааа, лажа!».

- Негативная реакция – тоже реакция. Значит, зацепило, раз она есть.

Михалыч: Чем больше реакции, тем интереснее. Хотя, конечно, – негативная ранит на самом-то деле сильно. Но за эту осень лично я научился с ней бороться.

- Часто встречаетесь с такой реакцией?

Михалыч: Этой осенью постоянно – в связи с переменой состава. У нас два новых участника. Мы пошли на это по объективным причинам. Просто люди двинулись своей дорогой, группа – своей. Мы хотели делать не просто однообразный тяжелый депрессняк с вкраплениями веселых песен, а реально разные вещи.

Вот, например, в новом альбоме есть песня, записанная вместе с Сергеем Шнуровым («Ленинград» – авт.), «Неоновый ковбой» – просто тупая эстрада. Мы к ней относимся как к шутке. А люди очень серьезно ее восприняли, особенно после того как она попала в ротацию. Начали нести какую-то ерунду про то, что мы продались и так далее. Я честно скажу – мы не виноваты в том, что она попала в эфир. Лейбл, на котором мы выпустились, самостоятельно отправил весь наш альбом на радио. И то, что они выбрали эту песню, лишний раз доказывает, что «Наше радио» шуток не понимает.

- То есть с вашей стороны это чистый стеб?

Михалыч: Стеб. И Шнур прекрасно все понимает. И он прекрасно именно стёбно записал песню. А борцы за альтернативу нам говорят на полном серьезе: «А-а-а, Шнур. Это же попса. Да как вы могли?». Надо будет, мы и с «Блестящими» споем. И с «Виа Грой». Но это будет несерьезно.

- А если говорить в целом, то о чём ваш альбом? Общее настроение?

Михалыч: Он получился очень разный. Но в принципе он грустный. Он о том, что больше в людях плохого. О тех моментах в человеке, которые нечеловеческие. Он называется «Как люди», а на самом деле «…люди ли мы в некоторые моменты нашей жизни?». И вот некоторые песни (не все – альбом не концептуальный) тыкают в какое-то больное место каждого из нас. Ложь постоянная самому себе перед зеркалом по утрам, враньё в отношениях с женщинами и т. д.

- Ага. А с названием он никак не связан?

Мне казалось – «Как люди» - это значит «не animal» (англ. животное – авт.)

Михалыч: Так получилось, что с названием группы он перекликается как-то случайно. Изначально он задумывался не как конкретный монолит песен. Мы записали в студии 21 песню. Потом стали выбирать, и вдруг получилось, что все песни об этом. О чем-то извращенном внутри сознания, души. О чем-то плохом. А название одной из песен очень хорошо подошло.

«…Мы реально отрываем от своих карманов»

- Вы сегодня сыграли кавер на Бритни Спирс. Он войдет в альбом?

Михалыч: К сожалению, в России это невозможно. Идиотская наша страна. Мы не можем эту песню выпустить ни на одном аудионосителе, просто по той причине, что надо забашлять такое бабло, которое мы не глупцы, чтоб платить. Если на Западе для того, чтобы сделать такой кавер, достаточно договоренности между лейблами и личного согласия объекта – той же Бритни Спирс, то здесь это такой кошмар! Это ужас!

У нас еще есть песня «Frozen» Мадонны. Та же история. У нас много каверов; на «Depeche Mode» созревает кавер. На «Metallica». Мы вообще хотим отдельный концерт каверов сделать. Просто целиком сыграем 15-16 песен.

- Вам больше нравится играть живые концерты или записываться на студии?

Михалыч: Вот теперь – после этого альбома – мы полюбили и поняли, что такое работа в студии. Поэтому раньше я всегда говорил, что концерт – это жизнь. А студия – это как работа в морге, работа патологоанатомом. Ты сперва записал вокал – пришил руку, потом записали гитару – пришили вторую. И так все остальное. Получается Франкенштейн, в которого надо еще вдохнуть жизнь, что и делает звукорежиссер.

Раньше у нас так и было. Альбомы все были как Франкенштейны. А этот альбом у нас получился, как будто роды. Мы реально его как бы зачали, выносили и родили.

- У вас есть клипы?

Михалыч: У нас есть клип на песню «Стереолюбовь». Сейчас пытались снять клип на «Неонового ковбоя». Нас задолбало MTV и «Наше радио». Они говорят: «Песня в ротации. Давайте клип». Мы поняли, что не можем на эту песню снять клип. Просто не хочется. Она уже своё сделала. Она попала в какие-то ротации, и всё. Поэтому клипа пока не будет. А снимать клип на какую-то другую песню не имеет смысла, потому что клип – это все-таки денежное вложение. Мы реально отрываем от своих собственных карманов. И чтобы просто посмотреть, какие мы красивые в клипе? Мы лучше снимем концертное видео и посмотрим бесплатно.

«…Бог нам помогает»

- Вы играли практически на всех крупных площадках России: «Мегахаус», «Крылья», «Нашествие», «Окна Открой», «Премия FUZZ», «Fender Fest» и т.д. и т.п. Вы себя звездами ощущаете?»-

Михалыч: Да ну, смешно об этом говорить. Я думаю, даже когда мы соберем «Юбилейный», мы не будем ощущать себя звездами, потому что мы все нормальные люди. У нас не по-детски широко открытые глаза, вот такие (показывает – пучит глаза) и тут же первый большой зал, тут же виски рекой, бабы… Мы, несмотря на то, что мне за 30, Жехе – 20, барабанщику – 19, довольно молодая по возрасту участников группа. Но, по-моему, все достаточно умные люди. Хотя, конечно, если будет такой стадион, барабанщик, чувствую, там устроит.

- Такой большой разброс в возрасте – 13 лет. Не мешает в работе? Все-таки разные поколения?

Михалыч: Мы друг к другу просто изначально относились толерантно и внутренне друг другу очень многое прощали в плане музыки. Мы не совершенные музыканты. Мы просто хорошо себя чувствуем друг с другом.

А вообще есть куча басистов, барабанщиков, гитаристов, которые каждого из нас вроде как круче, как музыканты. Но ни один из них не будет играть в «Animal ДжаZ».

- Но ведь вы же довольно легко нашли нового барабанщика и клавишника?

Михалыч: Это только лишний раз доказывает, что Бог нам помогает. Мы их нашли буквально за одну или две недели. Смотрели, выбирали. А вот выбрали моментально. Два человека, которые как будто всю жизнь играли в «Animal ДжаZ».

- Жень, а ты ведь когда-то в «Кирпичах» играл? (это я обращаюсь к мирно жующему макароны с кетчупом Жене Ряховскому – гитаристу и шоумену группы, который на полутора квадратных метров сцены выделывает такое… Удивительно, как при этом он еще умудряется сыграть все свои партии.)

Женя: Да, я с ними два концерта отыграл. Потом они поставили условие: либо «Animal ДжаZ», либо «Кирпичи». Я выбрал «Animal ДжаZ».

Михалыч: Жеха уже тогда был дальновидный. Человеку в 17 лет предложили играть в группе, которая собирала большие залы, месяцами ездила по стране. Зарабатывала реально деньги. А он выбрал ту, которая тогда ещё ни одного крупного концерта не сыграла.

Женя: «Кирпичи» – это не та группа, где мне было бы удобно и классно играть, потому что это не то, что хотел бы делать я сам. Хотя мне было интересно с ними поработать, порепетировать. Офигенно понравилось сыграть первый концерт в «Полигоне».

- А какие у вас сейчас отношения с ними?

Михалыч: Да у нас с «Кирпичами» вообще очень добрые товарищеские отношения. Женька с Данилой (басист «Кирпичей» – авт.) постоянно какой-то новый проект делают. У них одна группа была, потом другая…

Женя: Да. Для прикола. Для себя. Кстати, наш новый директор – это директор группы «Кирпичи».

«…Псков почему-то заводится с первого раза»

- Вы много выступаете по России. Как вас принимают в провинции?

Михалыч: В разных городах по-разному. Где-то как ни играем, народ никак не можем раскачать. Например, в Нижнем Новгороде народ совершенно странный. Они все (те, которые приходили на наши концерты) любят «Limp Bizkit». Поэтому считают, что мы сопливо-слезливая группа. А такие города как Вологда, Самара или Псков почему-то заводятся с первого раза. Я не знаю. Это, наверно, от самого города зависит, а не от нас.

- А люди колбасятся там как? Толкаются (слэмятся), как в Питере, или прыгают, как у нас?

Михалыч: У вас культуры слэма нет. Это и хорошо. В Москве, например, слэм еще больше, чем в Питере, развит. Там хлебом не корми, дай им послэмиться. Под любую песню. Там «Листопад» играем. О-о-о! – начинают прыгать. В ритме вальса (!) слэмиться… Это Москва.

В Питере слэм очень зависит от того, какую песню играешь. Там начали вроде толкаться. Потом раз: чё-то не то. Приостановились.

В Вологде – это вообще безумие. Там не слэм – там безумный секс какой-то. Они каждый сам себе – руками там чё-то... (пытается вместо слова изобразить выкрутасы вологодцев), все вот так вот дергаются…

- Вы помните свой первый концерт в Пскове?

Михалыч: Это был потрясающий концерт. В клубе… «Красный Октябрь» …?

- «Красная площадь»

Михалыч: А, да. У нас был тогда совершенно безумный директор. Сейчас его с нами, слава Богу, нет. Мы тогда ездили выступать за пиво – как панки. Концерт мы помним хорошо. Там был отвратительнейший свет. Ужасный звук. Совершенно упитая публика в количестве человек пятнадцати в достаточно большом зале. Куча любителей «КиШа» (панк-группа «Король и Шут» - авт.), которые стояли вот так вот – раскрыв рот (изображает, как они стояли), а мы тогда еще были в пиджаках.

Женя: Я первый раз увидел девушку с таким ирокезом (показывает, какой был ирокез). Я офигел.

- А не сильно удручало такое количество народа?

Михалыч: Мы и тогда считали, и сейчас считаем, выходя на сцену, что не надо оценивать количество народа. Одна из исключительных черт группы «Animal ДжаZ» – мы выходим на каждый концерт как на последний. Пока так будет, мы будем прогрессировать. Когда это кончится – то надо завязывать с группой.

Беседовал Сергей СИДОРОВ.

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  8655
Оценок:  70
Средний балл:  8.8