Статья опубликована в №38 (257) от 05 октября-11 октября 2005
Мир

Польские посредники

 Юрий СТРЕКАЛОВСКИЙ 05 октября 2005, 00:00

В прошлом номере «Псковская губерния» писала о двух событиях, состоявшихся в рамках проходивших в Пскове Днях культуры Польши: концерте знаменитого джазового саксофониста Томаша Шукальского в «Пароходе» и открывшейся в областной научной библиотеке выставке, посвященной жизни и творчеству Ежи Гедройца и его журнала «Культура». Сегодня – продолжение рассказа о подарках, полученных культурной афишей города из Польши.

Цветы и лютня

Ансамбль «От Пароменья».
Фото: Евгений Клюев.
Откроем небольшой секрет: на самом деле Дни культуры Польши в Пскове начались не 22 сентября, когда состоялось торжественное, с участием представителей генонсульства и городских «культурных» властей открытие выставки «Ежи Гедройц и эпоха «Культуры». К тому времени уже несколько дней в городе длился музыковедческий семинар с рабочим названием «От польского Ренессанса к русскому Классицизму». Семинар вёл прибывший из Кракова лютнист и музыковед Антоний Пильх – один из лучших в Польше специалистов по ренессансной и раннебарочной музыке, глава фонда «Лютня Старопольска», поддерживающего исследовательские и исполнительские программы, посвящённые поиску и изучению связей между музыкальными культурами стран Восточной и Центральной Европы в XVI-XVIII веках.

В программе семинара, в котором принимали участие музыканты из Кракова, Пскова и Санкт-Петербурга, была не только и не столько «теория»: лекции и беседы о музыкальной эстетике европейского Ренессанса (хотя и этого тоже было много). Самой главной и ценной частью была практическая работа во время репетиций небольшого ансамбля, составленного из студентов теоретического отделения Псковского музыкального училища, участников хора Русско-немецкого центра встреч Пскова и ансамбля «От Пароменья» (Псков-Санкт-Петербург).

Дело в том, что до сих пор представление об истории русской музыки главным образом начинается, как это ни странно, с великой петербургской школы XIX века: с Михаила Глинки, из «Камаринской» которого, как известно, «как из жёлудя», выросло древо признанной во всём мире отечественной музыкальной традиции – от «могучей кучки» до Сергея Прокофьева с Дмитрием Шостаковичем.

Нет, разумеется, в учебниках можно прочитать и о более ранних эпохах, от партесного концерта XVII–XVIII веков (многоголосные хоровые произведения), вплоть до средневековых знаменного и демественного распевов, но всё это пока лишь голое теоретизирование: исполнение этой музыки, за редчайшим исключением, натыкается на трудности, связанные с неверным подходом: музыка, написанная в эстетике барокко и раннего классицизма, исполняется в гораздо более поздней, романтической трактовке. Как правило, материал «сопротивляется» такому насилию и результат разочаровывает слушателей: так сложилось распространённое представление о русских кантах (трёхголосных произведениях, распространённых в конце XVII – начале XVIII веков) как о музыке скучной и примитивной, соответствующей «периоду ученичества» в русской культуре, когда та, вступив в новый, «петербургский» этап, только овладевала азами европейского музыкального языка.

При этом как-то забывалось, что и исполнители, и композиторы, действовавшие тогда в России, проходили блестящую выучку в лучших европейских центрах: Риме, Вене, Дрездене, Варшаве. Следовательно, «неубедительность», «вторичность» и «слабость» русской музыки XVIII века – не свойство источника, а, во многом, результат его неправильного прочтения.

Итак, одной из целей семинара, проходившего в Пскове, стал поиск ключей к исполнению старинной русской музыки, в том числе - кантов. Для этого его участники во главе с Антонием Пильхом попытались как бы заново пройти путь, проделанный поколениями русских исполнителей на рубеже XVII-XVIII веков.

Известно что при рождении русской культуры Нового времени польская культура выполняла «посредническую функцию»: в литературоведении, например, даже официально утвердился такой термин: «литература-посредница», через которую проникают элементы нового художественного языка – сюжеты, идеи, правила риторики, законы стихосложения. Подобным образом, вероятно, обстояло дело и с музыкой – известно, что Николай Дилецкий, «отец русского партеса», автор «Грамматики мусикийской», первого на русском языке «европеизированного» теоретического трактата о законах гармонии и композиции, учился и долгое время работал в Польше второй половины XVII века. Так что именно польский проводник к сокровищам русской музыки, каким стал на время работы семинара лютнист Антоний Пильх, – наиболее уместен и адекватен поставленной задаче.

Результатом недельного напряжённого поиска стали два концерта.

В программе первого, состоявшегося в палатах Меншикова в пятницу, 23 сентября, была итальянская музыка раннего барокко и русские канты в сопровождении лютни. Исполнители – Антоний Пильх и ансамбль «От Пароменья», объединивший музыкантов из Пскова и Санкт-Петербурга, уже несколько лет занимающихся русским XVIII веком в музыке. Прямых свидетельств того, что канты могли исполняться с инструментальным сопровождением, кажется, не существует. Впрочем, не существует и указаний на то, что такого исполнения не было. Концерт в Меншиковских палатах был скорее экспериментом, предположением, а не безапелляционным утверждением. Музыкантам только хотелось обратить внимание на один из способов, с помощью которого можно работать с таким тонким и хрупким материалом, как канты. Использование в аранжировках лютни (а в будущем, возможно, – клавесина и виолы да гамба) подчёркивало рафинированную барочную манеру исполнения музыки, как уже было сказано, считающейся «лапидарной» и «безыскусной».

Антоний Пильх. Фото: Евгений Клюев.
Нельзя не сказать хотя бы пару слов о месте, где проходил концерт. Несколько лет назад Вторые палаты Меншиковых 1695 года на Великой (ныне Советской) улице были почти руиной со славным прошлым и неясным будущим. После того, как древнее здание с согласия властей получил в длительную аренду трест «Зеленхоз», там была проведена тщательная и весьма дорогая реставрация. В палатах разместилась галерея наивного искусства, экспонирующая коллекцию из фондов Псковского музея и цветочно-сувенирный магазин, где среди прочего можно купить, к примеру, керамику, выполненную в традиционной технике, восходящей ещё к средневековью.

Уже одно это: бережное и адекватное использование памятника архитектуры коммерческой компанией - редкость для современной русской действительности. Но нынешние наследники псковской купеческой династии Меншиковых идут ещё дальше: одно из помещений палат – сводчатый зал с великолепными акустическими характеристиками – уже во второй раз был безвозмездно предоставлен для проведения концерта старинной музыки. В прошлый раз (дело было зимой) тут состоялся концерт Анны Ковальской, игравшей на барочной лютне. Теперь – русские канты и польский Ренессанс. По словам директора магазина Марии Шараевой, эта линия будет иметь продолжение, и музыка не перестанет звучать в оживших и согретых стенах одного из самых красивых старинных домов древнего Пскова.

Кстати, когда польский лютнист впервые переступил порог Палат Меншикова, у него невольно вырвалось: «Не могу поверить, что это в России». До этого Антоний в последний раз был в Пскове в середине 1990-х…

Второй концерт, на котором была исполнена русская и польская музыка, – от Миколая Гомулки, Вацлава з Шамотул до Николая Дилецкого, – состоялся во всё ещё, к счастью, не переданном Православной церкви храме Николы со Усохи. Надо сказать, что «группу православных верующих», ратующую за возвращение храма Церкви [ 1 ], несмотря на благородство поставленной цели, иначе, чем невеждами назвать нельзя – об этом свидетельствуют и заявления типа «христианство это одно, а православие – совсем другое», и агрессивное неприятие самой возможности молитвы не на церковнославянском, и «иконки» с изображением Григория Распутина, обнаружившиеся в храме.

К счастью, публика, заполнившая церковь, состояла из людей «другой выделки». Было предложено не аплодировать между произведениями и отнестись к происходящему скорее как к литургическому, чем концертному действию – так и произошло. Несмотря на трудности восприятия песнопений на незнакомых языках (старопольском, древнерусском и латинском), внимание не ослабевало, достигнув апогея во время исполнения трёхголосного гимна «Salus et Gloria», происходящего из традиции францисканского ордена.

На следующий день хор дал концерт в католическом храме Лурдской Богоматери в Санкт-Петербурге, получивший высокие оценки профессиональной публики.

А вечером воскресенья польский лютнист сыграл отличный джем-сейшн с питерскими фолкерами в пабе «Шемрок» на Театральной.

Но это уже немного другая история…

Юрий СТРЕКАЛОВСКИЙ.

 

1 См.: Ю. Стрекаловский. Храмовое действо // «ПГ», № 22 (241) от 8-14 июня 2005 г.

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  2982
Оценок:  2
Средний балл:  9.5