Статья опубликована в №39 (258) от 12 октября-18 октября 2005
Мир

Новой России - новые останки

  12 октября 2005, 00:00

Политические и духовные лидеры страны пытаются создать новый национальный миф

"he New York Times", США
Стивен Ли Майерс (Steven Lee Myers),
9 октября 2005 года

Россия переписывает свою историю: один труп за другим. Последняя глава была связана с похоронами в понедельник со всеми воинскими почестями внутри священного Донского монастыря.

На этих похоронах присутствовали глава Русской православной церкви патриарх Алексий II и некоторые из ведущих политиков страны. Были перезахоронены останки генерала Антона Деникина, царского командира проигравшей стороны в гражданской войне в России, на этот раз в родной земле, спустя 58 лет после того, как он умер в Соединенных Штатах Америки.

Он был не первым. Несколько других изгнанников советского периода - белых русских, идеологически подозрительных интеллектуалов, потомков царской семьи - нашли, наконец, последнее упокоение, уже после смерти, в новой России. Вместе с генералом Деникиным на прошлой неделе был перезахоронен Иван Ильин, философ, изгнанный из страны большевистской диктатурой в 1922 году, на борту того, что впоследствии получило известность как «пароход философов».

«Они верили, что придет время, когда наша страна, великая и свободная, возьмет их обратно, - сказал присутствовавшим на похоронах Алексий II. - И вот этот день настал».

Можно поспорить относительно того, насколько велика и свободна сегодняшняя Россия, но не вызывает сомнений тот факт, что политические и духовные лидеры страны пытаются создать новый национальный миф. Он строится, если можно так выразиться, на костях тех, кто должны стать героями и мучениками этого нового повествования. В России, глубоко духовной стране, так было всегда.

На земле, где так много людей пострадали от войн и голода, чисток и террора, где было пролито столько крови во имя политических идеологий, которые постоянно менялись и все еще продолжают меняться, трупы жертв стали неотделимыми от политического смысла. Любая страна пишет и переписывает свою историю - по крайней мере, это делают победители - но в очень немногих свидетельства зарыты так близко от поверхности. В очень немногих свидетельства перемещаются таким способом.

Историк и журналист Александр Архангельский, освещавший процедуру перезахоронений генерала Деникина и г-на Ильина, отметил в журнале «Профиль», что это были уже третьи по счету похороны генерала. «Посмертное путешествие двух великих россиян, - сказал он, - наконец, завершилось».

Похороны и перезахоронения отражают саму историю здесь, в стране, где события и люди появлялись и исчезали в советской версии в зависимости от идеологических приливов и отливов. Они тоже проистекают из борьбы коммунистов с Русской православной церковью за власть, о которой могут поведать эти церемонии и символизм. Сначала большевики очень настойчиво боролись за то, чтобы отказаться от традиционных церковных обрядов похорон; позднее они приняли для себя аналогичные ритуалы, в определенной мере потому, что пытались утвердить вечную святость собственных героев.

«Советская власть, всеми способами пытавшаяся отрицать силу смерти, превратила в могилу самое сердце своей столицы, главный церемониальный центр своего правительства, - написала историк Кэтрин Мерридейл (Catherine Merridale) в изданной в 2000 году книге «Night of Stone: Death and Memory in 20th-Century Russia» (Ночь камня: Смерть и память в России 20-го века), описывая Мавзолей Ленина. Те, кто во время большевистской революции вскрывал гробы православных святых, написала она, «теперь ревностно сохраняют останки одного из своих собственных святых».

Почти наверняка не случайно обряды перезахоронения останков генерала Деникина и г-на Ильина совпали с новыми дебатами по поводу того, что делать с самим Лениным, восковые останки которого выставляются, с некоторыми перерывами, на всеобщее обозрение с тех пор, как он умер в 1924 году.

Одно время, с момента своей смерти в 1953 году и до 1961 года, там лежал также забальзамированный и помещенный в саркофаг Сталин. Его труп пришлось убрать после того, как его место в советской мифологии было переписано при Никите Хрущеве. Сегодня он лежит под Кремлевской стеной, рядом с Мавзолеем Ленина. Один министр правительства Грузии, родины Сталина, предлагает забрать его у России - пока безрезультатно.

Некоторые из тех, кто выступает за то, чтобы предать земле Ленина, являются близкими советниками и союзниками президента Владимира Путина, а это вызывает слухи, что сам Кремль проверяет реакцию общества на то, чтобы убрать то, что по сей день остается элементарным символом революции. Лидер коммунистов Геннадий Зюганов назвал эту идею кощунственной, что стало отражением почти религиозного пыла, который окружает этот миф.

«Это посягательство на нашу историю, нашу духовность», - сказал он в передававшемся по телевидению выступлении.

В этом проблема написания истории на ее костях. Некоторые укладываются в повествование. Другие ему мешают. Ни одна из версий не совпадает с другой. Даже сегодня страна остается глубоко противоречивой в своем отношении к прошлому.

Когда Советский Союз распался под собственным весом - то есть, когда его мифы уже больше не могли его сохранить - тысячи людей толпами повалили к заново раскопанным могилам тех, кто был уничтожен сталинскими палачами. Русская православная церковь, прихожане которой были в числе тех, кто пострадал сильнее прочих, руководила ритуальными траурными церемониями, которые прорвались, как вода, долго сдерживаемая плотиной дискредитированной идеологии и запретов.

Со временем, однако, когда нового лидера стало меньше интересовать прошлое, а больше смелое новое будущее, когда церковь стала прославлять сильное государство, интерес переместился. В Норильске, городе, построенном узниками ГУЛАГа, кости его жертв ежегодно вымываются с окрестных холмов, и их заботливо хоронят те немногие, кто старается не забывать прошлого. То же самое происходит в окрестностях Санкт-Петербурга, где правозащитная организация «Мемориал» пытается выяснить число жертв расстрелов в 1930-е годы на Ржевском артиллерийском полигоне, тогда как официальные власти не проявляют к этому никакого интереса.

Новую историю России вместо этого пытаются связать с позолоченным героическим прошлым, когда она была царской империей. Кинорежиссер Никита Михалков, один из тех, кто выступает за то, чтобы вынести Ленина из Мавзолея, сказал, что России следует вернуть на родину останки композитора Рахманинова, которые сегодня похоронены в Соединенных Штатах.

Президента Путина обвиняют в стремлении вернуть царское великолепие, если не традиции, своему Кремлю. Он вернул имперского двуглавого орла как национальный символ России и оживил практику военных парадов на Соборной площади Кремля.

Но начал все это его предшественник Борис Ельцин. Г-н Ельцин в 1998 году распорядился перезахоронить прах последнего русского царя Николая II в Соборе Святого Петра и Павла в Санкт-Петербурге. Это был момент раскаяния и, для г-на Ельцина, одновременно парадокс, поскольку, будучи региональным коммунистическим лидером в Свердловске, он распорядился снести дом, где в 1918 году были убиты Николай II и вся его семья.

Восстановление памяти Романовых еще не завершено. На следующий год в том же соборе будет перезахоронена мать Николая II и жена царя Александра III, Мария Федоровна.

История России переписывалась столько раз, что люди перестали ей верить. Результатом этого является неразбериха, связанная с тем, что отдельные ее главы - и останки - то вывозятся, то привозятся в страну в зависимости от прихотей идеологии.

«Если они смогут создать одну-две вещи, в которые народ сможет поверить, - заявила г-жа Мерридейл в телефонном интервью из Великобритании, где она преподает историю в Университете королевы Марии в Лондоне, - тогда, быть может, история перестанет перемещаться».

Перевод: Виктор Федотов, ИноСМИ.Ru.

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  2862
Оценок:  0
Средний балл:  0