Статья опубликована в №38 (459) от 07 октября-13 октября 2009
Культура

Расширение собрания

На день рождения Саввы Васильевича Ямщикова в Псковский музей прибыла выставка его портретов
Юлий СЕЛИВЕРСТОВ Юлий СЕЛИВЕРСТОВ 07 октября 2009, 00:00

8 октября Савве Васильевичу Ямщикову исполнился бы 71 год. На этот первый день рождения без него Псковский музей-заповедник откликается маленькой, но исполненной незаурядного смысла выставкой графических работ молодой московской художницы Анны Леон [ 1 ]. Посвящённая Савве Васильевичу Ямщикову портретная серия выполнена углем на бумажных листах. Произведения А. Леон, острые и неожиданные, сами по себе достойны внимания. Но понятно, что для Пскова они в первую очередь важны и дороги тем, чей именно образ в них воплощён.

Анна Леон. Портрет Саввы Ямщикова. 2009 г.

«Когда человек умирает, / Изменяются его портреты. / По-другому глаза глядят, и губы / Улыбаются другой улыбкой», - писала А. А. Ахматова.

Один мой добрый знакомый сказал, что после ухода человека мы вглядываемся в его портрет пытливее и дольше, по-иному: пытаемся понять, открылись ли и нам через прежнее общение те черты, которые уловил художник. Во всяком случае, некоторая посмертная перемена в созданном средствами искусства образе и в нашем его восприятии – объективная данность.

Вот и я смотрю в лицо Саввы Ямщикова на рисунках Анны Леон с вопросом к самому себе: всё ли успел за его жизнь заметить и прочитать в этом строгом, могучем лице. Мне дано было вырасти, умственно сформировать себя как бы «на фоне» С. В. Ямщикова, под его большим всесторонним влиянием. Помню его очень разным – молодым, бесшабашно весёлым, в писательском труде, под объективами телекамер, в безудержно вспыхнувшем гневе, в смертельной опасности.

Но главное (и это всего дороже) я навсегда помню Ямщикова вдохновенным, пришедшим в восторг от какой-либо творческой идеи, от своей ли, чужой, к сроку найденной мысли, живой поэтической строки, безошибочно услышанной сквозь монотонную вибрацию банальностей. Сколько раз – скажем, при созерцании псковского благословенного пейзажа, осеннего заката от стен Снетогорского монастыря – видел я в нём эту озаренность красотой! Это очень сокровенно, никогда не было напоказ и открылось, наверное, лишь самым близким.

Анна Леон. Портрет Саввы Ямщикова. 2009 г.

Господь много раз говорит нам, что не спасёмся, пока не станем как дети. А я знаю именно эту вышнюю наивную детскость в С. В. Ямщикове, который (будучи – по пройденному им пути, по той роли в судьбе Отечества, которую принимал на себя – бескомпромиссным, несломимым воином) пронёс её в сердце до последнего дня…

Анна Леон познакомилась с Саввой Ямщиковым и рисовала его лишь в весенние месяцы 2009 года – т. е. очень незадолго до ухода, в ту пору жизни, когда портретируемый был (словами А. С. Пушкина) «уже маститый старец». Больно, но важно видеть в череде портретов, созданных А. Леон, борьбу недюжинной духовной силы с нарастающей телесной немощью.

В последние годы С. В. Ямщикову было трудно ходить: он опирался на посох, на руку спутника.2 Ямщиков встречал старость с христианским мужеством и спокойствием. Портретистка дерзко и, быть может, безжалостно (со всей правдивостью) фиксирует в некоторых своих листах тот оскал смиренного страданья (подобие улыбки над собой и своей слабостью), когда, покорствуя судьбе, человек словно согласен раствориться в бессмысленном роении безличных молекул.

Но рисовальщице – содержательнее, сильнее – удалось поймать азартный огонь живых глаз: тот самый блеск неподдельного вдохновения, о котором я говорил выше, и который (как любовь и жизнь) нельзя ни с чем спутать, имитировать. А. Леон смогла выразить в образе Ямщикова духовный свет, который (если он есть в человеке) изнутри за десятилетия выстраивает по-новому архитектонику его лица, даёт наполненность взору.

В этом постепенном прояснении, в преображении даже телесном, являет и даёт себя знать такой хорошо известный, но непросто объяснимый феномен, как аристократизм духа: когда рождённый в «низкой доле» человек – рабочий, крестьянин – к исходу судьбы, отданной духовному возрастанию, становится благородно утончённым, как какой-нибудь князь или граф.

Анна Леон. Портрет Саввы Ямщикова. 2009 г.

«Я из московского барака», - не уставал Савва Ямщиков подчёркивать своё происхождение. Но вполне естественно, что в страдалице-России природная, веками взращенная аристократия, которая была под корень уничтожена красным террором, именно такие люди, как Ямщиков, своим талантом и самоотверженной интеллектуальной работой выдвигались на авансцену общественной жизни. Мощный генофонд русского этноса не мог угаснуть без сопротивления.

Анне Леон суждено было выявить и «рассказать» зрителям ту роскошную, непокоримую породу, которая кипела в Ямщикове и была одной из определяющих черт его личности. В века катастроф люди из народной толщи по необходимости обретают роль и достоинство князей, пророков, национальных предводителей. Термин «пассионарий», введённый в научный оборот Л. Н. Гумилёвым (старшим другом и учителем Саввы), в наивысшей степени приложим к самому Ямщикову, почти каждое помышление которого было о Родине, о её спасении для будущего.

Творчество А. Леон зорко, объективно, заострено – как лезвие. Оно балансирует на опасной грани, за которой фотографический натурализм и моментальность фиксации грозят уничтожить, взорвать само искусство. Балансирует, но в портретах С. В. Ямщикова тонкой грани этой не переходит, оставаясь «по сю сторону»: в пределах реализма, осмысленно исследующего изображаемое, раскрывающего сквозь отобранные типические черты базовую идею (душу) этого мира.

Выставка художественной коллекции С. В. Ямщикова, прошедшая в стенах Псковского музея в июле и августе сего года (и находящаяся сегодня в Пушкинских Горах) самим владельцем была названа «Музей друзей». Свою статью в «Псковской губернии» о той, составленной из художнических даров, выставке я озаглавил «Добровольное собрание»3 . На примере работ Анны Леон мы видим, что «Собрание…» это продолжает себя: музей друзей Саввы Ямщикова расширяется.

Юлий СЕЛИВЕРСТОВ

 

1 Открытие выставки портретов Саввы Ямщикова и его единомышленников работы Анны Леон состоится 8 октября 2009 г. в 16 часов в картинной галерее Псковского музея-заповедника.

2 Деревянный резной посох, унаследованный Саввой от его друга С. С. Гейченко – это отдельная история. Побывавший в руках двух выдающихся людей, он стал сегодня большой мемориальной ценностью, музейной святыней.

3 См.: Ю. Селиверстов. Добровольное собрание // «ПГ», № 29 (450) от 5-11 августа 2009 г.

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  3255
Оценок:  18
Средний балл:  10