Статья опубликована в №1 (623) от 09 января-15 января 2013
Культура

Конец связи

Одна из самых неформатных рок-групп постсоветского пространства объявила о распаде
Алексей СЕМЁНОВ Алексей СЕМЁНОВ 30 ноября 1999, 00:00

Одна из самых неформатных рок-групп постсоветского пространства объявила о распаде

«Всё. Конец правды…
Нет смысла больше быть честным.
Мало того, что это неинтересно,
Да это, к тому же, никому и не нужно.
Но я прошу тебя, ради нашей дружбы
Не замечай ничего и дальше.
Ни плохо темпированной фальши,
Ни хорошо скрываемой грязи.
Всё, конец связи».
«Userpic», альбом «Ищу друга», группа «И Друг мой Грузовик...».

Чувствую, что попрощаться с 2012 годом надо как-то по-особенному. Тему в декабре ушедшего года подбросила уважаемая группа «И Друг мой Грузовик...», сделавшая официальное заявление: «Вот и пришло время прощаться. Обсудив положение вещей и ситуацию в целом, мы приняли обоюдное решение завершить творческую деятельность группы «И Друг мой Грузовик...». Мы сделали всё, что могли, и сказали всё, что хотели сказать в рамках этой группы. Дальше каждый из нас пойдёт своей дорогой. Это были прекрасные 15 лет, и мы расстаёмся с лёгкостью в душе и сердце, без горечи и сожалений».

Фронтмен группы «И Друг мой Грузовик» Антон Слепаков. Фото: gruzovik.dp.ua

Да, это было прекрасное время. На мой взгляд, ничего более оригинального, чем трио «И Друг мой Грузовик...», в последние 15 лет в русскоязычной рок-музыке не появилось.

Трогательная и бесшабашная группа из Днепропетровска записала несколько альбомов, отыграла бесчисленное множество животворных концертов, но так и не вписалась в шоу-бизнес. Нельзя вписаться в то, чего нет. От первой до последней песни это был полнейший неформат.

Бас-гитара, барабаны и вокал – это всё, чем владели музыканты группы «И Друг мой Грузовик...».

Это очень точное слово – «владели». Не использовали, а именно владели. Более ответственного отношения к звуку я на нашей сцене не встречал. Хороший звук у «грузовиков» был в крови.

Для «грузовиков» качественный звук был жизненной необходимостью. Они могли часами настраивать аппаратуру, отлично понимая, что иначе над сценой не взлетишь.

Однако только музыкантами их считать было бы неправильно. Концерты группы напоминали спектакли, в которых минимальными средствами достигалось всё, что было жизненно необходимо.

Они играли звуками (преимущественно бас-гитара Ростислава Чабана) и образами. Они играли в детские игрушки с недетским размахом, не укладываясь в рамки привычных стилей.

Первый раз вживую группу «И Друг мой Грузовик...» я услышал в декабре 2004 года на сцене псковского клуба «TIR». «Псковская губерния» тоже не обошла концерт вниманием. [ 1]

В тот вечер мне пришлось усиленно ловить в объектив фотоаппарата солиста группы Антона Слепакова. Он был нужен в привычном своём состоянии, то есть в полёте. Наконец, поймал. Хотелось проиллюстрировать песню со словами «я буду прыгучим лягушонком».

Вообще-то Антон Слепаков и вся группа «И Друг мой Грузовик» всегда были трудноуловимы. Может быть, именно поэтому они не стали всенародно популярны.

Все эти 15 лет, с небольшим перерывом на проект «НеГрузовики», группа всё время куда-нибудь летела, осваивая пласты, которые другие группы не способны были заметить и оценить.

Пока другие гребли совковой лопатой в привычных местах, «грузовики» копали где-то в стороне детской лопаткой. Осваивали целину. Именно так, как поется в заглавной песне их прощального альбома «Годы геологов», вышедшего в 2012 году.

Пять лет назад, после псковского концерта 2007 года, Антон Слепаков четко обозначил перспективы группы на ближайшие годы: «Мы точно не будем делать откровенно конъюнктурную музыку, на потребу рынка, ради того, чтобы где-нибудь засветиться, попасть в высшие эшелоны, в обойму Первого канала телевидения, на ёлку в Кремле. Это, безусловно, крайность. Но я думаю, что нас туда никто и не позовет. Мы существуем на разных планетах».

За эти годы планеты ближе друг к другу не стали.

«Как все нормальные люди, мы не любим заискивания, мы не любим подхалимства и фальши», – сказал тогда Антон Слепаков, резко ограничив круг распространения своей музыки.

Точнее, круг постоянно ограничивался в момент рождения очередной песни, потому что куда деться, когда ты исполняешь песню со словами: «Называть игрушечного медвежонка Балтийским Морем… Это свобода»?

Место медвежонка по прозвищу Балтийское Море примерно в том же месте, в каком живёт котёнок Метроном («Маленький серый котенок, что спал в моем рюкзаке…»).

Еще одна острая страсть группы «И Друг мой Грузовик» – спорт, особенно – футбол. Поэтому в песнях естественным образом появлялись итальянец Алессандро Дель Пьеро, парагваец Хосе Луис Чилаверт и прочие нестандартные игроки.

«Грузовики» постоянно затевали необычные комбинации. Они играли на сцене в мелкий пас. Они были легкие и подвижные. Нет, не зря они пели: «Центр поля ни за что не отдавайте».

Пока они были на сцене, центр поля они не отдали никому.

Жаль, что это было запасное поле.

Алексей СЕМЁНОВ

 

1 См.: С. Сидоров. Би-Бип! // «ПГ», № 47 (217) от 15-21 декабря 2004 г.

Данную статью можно обсудить в нашем Facebook или Вконтакте.

У вас есть возможность направить в редакцию отзыв на этот материал.
Просмотров:  2240
Оценок:  7
Средний балл:  10